Чтение онлайн

– Нет-нет, - заговорила Веснушкина, испугавшись, что Вовка скажет что-то не то.
– Мы из 112. Но у нас соревнование с ними. Вот мы и решили их обогнать.

– Ага, - кивнул Вовка.
– Соревнование. Обгон. От волнения он потерял способность говорить глаголами и пользовался исключительно другими частями речи.

– Э, я всё понял, когда тебя увидел.
– И взгляд старика снова остановился на Вовке.

"Ну, увидел, так увидел. Ну, понял, так понял. Говорил бы сразу, что он там увидел и что со мной теперь сделает. Но я так просто не дамся. Пионера тебе не превратить в лягушку", - Вовка опустил голову, но твёрдо смотрел исподлобья.

– Ты когда первый раз пришёл, испугался. А сейчас уже с девочкой пришёл. Или ты разведчик?
– И старик снова строго посмотрел на Вовку.

– Да, разведчик, то есть какой разведчик, никакой не разведчик. Я из 112 школы пришёл за макулатурой. Ой, нет, за этими, за сведениями.

– Какими сведениями?
– нахмурил брови старик.

– Историческими. Рассказами бывалого человека.

– Мы вас на сбор хотим пригласить, - постаралась помочь ему Веснушкина.

– Точно. На сбор. Чтобы вы поделились своими воспоминаниями о войне двенадцатого года. Мы как раз прохо...
– и тут Вовка почувствовал щипок. Веснушкину что-то испугало. А вроде так складно получается.

– Как же, как же, - снова обрадовался старик.
– Помню. Помню. Наполеон. Руку заложил и смотрит. Вот так. А Москва горит. То есть нет, я не могу помнить!
– Глаза его стали колючими-преколючими.
– Ты что-то путаешь, мальчик. Кто же может помнить войну 1812 года? А?
– голос его стал зловещим. И по нашим следопытам забегали мурашки.

– Он шутит, он шутит, - попыталась спасти положение Веснушкина.

– Пошутил я, - опустил повинную голову Вовка.

– Какие могут быть шутки со старым человеком!
– И старик в волнении зашагал по комнате.

"Очень и очень старым, даже слишком", - подумал Вовка, но на этот раз ничего не сказал вслух, так как обнаружил, что некоторые мысли лучше держать при себе.

– Да и двоечник он у нас, мог и напутать, - выгораживала Вовку Веснушкина. Мол, какой с него спрос.

– Точно. Двоечник я. Вот ничего и не знаю, - изо всех сил пытался доказать свою безобидность Вовка.

– А зачем же таких двоечников присылают?
– не успокаивался старик.

– Для перевоспитания, - объяснила ему Веснушкина.
– Отличник с двоечником всегда должны вместе ходить. Даже домой.

– Двоечник я, - настаивал Вовка, считая, что чем громче он это скажет, тем будет убедительнее. И старался изо всех сил.

– Да чего же ты орёшь так?
– рассердился снова старик, которому этот крик, видно, никак не давал сосредоточиться и разобраться в этих подозрительных пионерах.

– Плохо слышит он, потому и двоечник, - объяснила Веснушкина старику и изумлённому Вовке, который узнавал о своей непутёвой жизни всё новые и новые подробности. К тому же, Веснушкина не забывала тихонько наступать Вовке на ногу, чтобы он не удивлялся, а со всем соглашался.

– Слышу плохо, потому и двоечник, - механически повторил Вовка и так расчувствовался, что готов был расплакаться и сам себя пожалеть.

– С рождения, что ли?
– заинтересовался старик, хитро забегав глазами и почему-то перейдя на шёпот.

– С рож...
– начал было рассказывать Вовка про свою горькую судьбу, но получил локтем в бок. Мол, будь осторожен, тебя проверяют и нарочно спрашивают тихо. Вовка поперхнулся. Он кашлял-кашлял и думал.

– А?
– наконец приложил он руку к уху.
– Не слышу. Частично слышу, а полностью нет. Вы говорите "рождение". У кого день рождения? С днём рождения вас, Ираклий Ираклиевич!

Ираклий Ираклиевич приветливо улыбнулся в ответ. Но только снаружи. Глаза его лихорадочно ощупывали гостей. Всё в их поведении вызывало подозрение. Всё и ещё раз всё.

Тут в дверь позвонили. Старик поёрзал в кресле. Ему очень не хотелось оставлять их одних в комнате. Но тут не сделаешь вид, что не услышал. Старик нехотя поднялся и, бросая на ребят подозрительные взгляды, пошёл к двери. Слышно стало, как заговорила соседка.

Сердца ребят забились часто-часто. Вот он, этот момент. Единственный и неповторимый. Вовка вскочил и бросился к ящику картотеки. Он вытащил одну из карточек. И пробежал глазами:

"Гадость № 647. Вылить ушат грязной воды".

Вовка прислушался. Кажется, дверь ещё не щёлкнула, и разговор о журнале продолжался. Он забегал по карточкам дальше. Веснушкина сидела ни живая ни мёртвая, вцепившись руками в диван. Она боялась шевельнуться, чтобы не выдать Вовку.

Вот! Расписки! Три, даже четыре! Сергей Волковский - есть. Все четыре в руках и одна из них Сергея.

– Ага, вот вы кто! Воры! Воры!
– Прервав разговор с соседкой, старик заглянул в комнату.
– Отдай! Сейчас же отдай!

Вовка почувствовал, как что-то заволакивает его сознание. Он становился мягким и послушным и готов был уже отдать расписки. Но тут визг Веснушкиной вывел его из забытья. Последним усилием воли он бросил бумаги Веснушкиной. Та, подхватив их, побежала к двери.

– Стой! Куда!
– Старик, оставив Вовку, кинулся за девочкой, - Наталья Тарасовна, держите её, держите воровку!

Веснушкина пулей пронеслась мимо соседки и бросилась вниз. За ней топотал старик, теряя на бегу комнатные туфли, за ним соседка. Сзади стремглав нёсся Вовка.

– Скорее!
– скомандовала пробегавшая мимо Сергея Веснушкина, и они с Шайтаном бросились вслед.

На дорожке старик догнал Веснушкину. Она прижимала расписки к себе и ни за что не хотела их отдавать. Тогда старик занёс руку для удара. Веснушкина завизжала. Тут раздался громоподобный лай. Это Шайтан вырвался от Сергея и бросился на защиту хозяйки. После его прыжка все трое кубарем разлетелись в разные стороны.

Ребята помогли подняться Веснушкиной и бросились бежать дальше. Старик погнался за ними, но споткнулся и упал в сугроб. Соседка помогла ему подняться, протянула комнатные туфли. Он со злостью отшвырнул их в сторону.

– Я найду вас! Я поймаю вас! Вы поплатитесь за это!
– кричал Ираклий Ираклиевич, отряхивая снег.

Ребята забежали за угол, за второй, за третий и наконец решились остановиться. Все они тяжело дышали, валил пар от разгорячённых лиц, а язык Шайтана свисал почти до земли.

Где же расписки? Вот они. Надо поскорее с ними разобраться.

– Сергей Волковский. Рви!
– Вовка протянул Сергею мятую бумажку.

Сергей расправил листок и посмотрел в последний раз, запоминая его на всю жизнь. Потом с радостью рванул листок пополам. И ещё раз пополам. Он благодарно обвёл ребят глазами и потрепал Шайтана по шее.