Чтение онлайн

— Что-то я не слышала, чтобы у нас сейчас такое было, — Влада наконец убрала руку от носа.

— Вполне возможно, что к такому прогрессу приложил лапу, или, что там у него, наш Вебсик, — сказал я. — А аномалия в Церне создала условия для его перемещения или установления контакта с нашей Вселенной. Хотя это сильно хлипкая гипотеза. Найти его сетевые «лежбища» до сих пор не удалось, они всё время плавают. А тут высококлассный изолированный супермозг… Я б не отказался на его месте.

Тут мне поскребли ногу. Я посмотрел вниз. У ноги сидел и смотрел на меня снизу Пусь. А рядом с ним стояли ноги близнецов. Когда они к нам подошли, я и не заметил.

— У вас тут совещание? — спросил Ион. — Перед этой картиной?

Влада как-то странно посмотрела на него и скомандовала:

— Ну-ка, садимся в круг на пол и все берёмся за лапы. Как раз нас пятеро.

Странно, но возражений это ни у кого не вызвало. Мы с Владой взяли в руки передние лапы Пуся, устроенного между нами. Скоро побежало знакомое щекотание, потом пелена, и…

…Море рождало ленивые долгие волны. Они не спеша и методично пролизывали тёмную кромку песчаного берега. Мы, все пятеро, стояли на краю обрыва. Я с упоением наполнял лёгкие морским воздухом, близнецы с неподдельным интересом озирали открывшиеся окрестности, а Влада сосредоточено искала что-то взором внизу. «Отца ищет», — подумал я. Пусь, прибалдевший от такого приключения, ни на шаг не отходил от моей ноги. «Странно, он же уже бывал тут, а ведёт себя как в первый раз», — мелькнуло у меня.

Влада потянула меня за руку.

— Пойдём, поищем, — шепнула она, кивая головой в сторону уже знакомого нам спуска вниз. Я посмотрел на близнецов. Они всё так же смотрели по сторонам, переговариваясь между собой в полголоса.

— Ребят, мы вниз ушли, — сказал им я, и мы втроём стали осторожно спускаться. Пусе это очень не понравилось, он бурчал что-то, но аккуратно вслед за мной перелезал с камня на камень, не делая никаких попыток обогнать. Влада спускалась первой.

Наконец мы спрыгнули с последнего камня на мелкую гальку пляжа. Большая часть его была песчаной, но у заросшего какими-то кривыми кустами откоса были галечные россыпи. Я приметил и подобрал в карман пару симпатичных камешков.

Влада быстро оторвалась от нас и достигла того места, где мы оставили Славу. Мне уже отсюда было видно, что там никого нет, и я шёл медленно, пытаясь рассмотреть какие-то новые следы. Пусь, наконец, осмелел и шёл отдельно по мокрой кромке, то и дело отбегая от набегавших волн и рыча на них. Ничего, кроме наших старых следов, мне найти не удалось. Подойдя к Владе, я увидел, что на песке сохранился оттиск лежавшего на нём тела. Мы опустились на колени, пытаясь рассмотреть хоть какие-нибудь намёки на следы, но тщетно. Подбежал Пусь, и мне пришлось придержать его за ошейник. Но он не нашёл в нашем занятии ничего для себя интересного и опять убежал в сторону.

— Что вы тут ищете? — поинтересовались уже спустившиеся следом и подошедшие к нам близнецы. Мы с Владой переглянулись, и я пожал плечами, давая ей понять, что придётся рассказывать. Очень кратко я им рассказал, что в предыдущее посещение мы тут нашли и вроде оживили Славу Серёгина. Потом оставили его тут и вернулись обратно, а там его снова нашла Марта.

— Когда это было? — спросил Зет.

Я прикинул время. Выходило, что на шестой день. Четыре дня назад.

— Так вот, — сказал Зет, услышав мой ответ. — Когда мы привезли Серёгина на базу, то наши медики начали сомневаться в том, что он действительно мёртв. Все процессы очень сильно замедлены, сканеры показывали смерть, но возникли сомнения. В последний момент руководство решило сымитировать его похороны и официальное прощание, а его поместить в лабораторию профессора Ивина…

— Александра Борисовича? — вырвалось у меня.

— Да. Вы знакомы?

— В городе по лестничной площадке несколько лет соседями были.

Профессор Ивин всегда вызывал у меня восхищение. Высокого роста, очень красивый с резкими, но правильными чертами лица и совершенно обаятельной застенчивой улыбкой, он был замечательным собеседником, и мы часто собирались на нашей общей лоджии. Жил он с женой Валентиной, его дочь уже давно от них уехала, время от времени подкидывая в их дом шумных внуков. С одним из них, Витькой, у Пуся была настоящая дружба. Эта парочка при встречах веселилась, как могла, превращая обе квартиры в одно нераздельное пространство. Соседство с Ивиными было самым приятным из городских воспоминаний.

— И… ему удалось? — спросила Влада.

— Пока всё держится в строгом секрете. Нам известно только то, что Ивин установил, что время возможной «смерти» Серёгина не совпадает ни со временем крушения коптера Марты, ни с тем, когда его тело нашли и кремировали вы. Это всё, что мы пока знаем, — ответил Зет.

Ион снимал на регистратор следы и отпечатки на песке.

— Когда мы были детьми, — вдруг сказал он, — на том же месте в гостиной висела картина нашего отца, Петерса. Пейзаж горной площадки с видом на равнину. И в центре тоже был нарисован странный камень — шестиугольник с пирамидкой. Мы его с братом там наверху нашли. Пытались взять в руки, но даже с места не сдвинули. Как влитой сидит.

— На пейзаже с морем тоже он есть, — сказал я. — Удобен для концентрации внимания. А у вас есть какое-то объяснение тому, что это за место и где мы всё-таки находимся?

— Мы здесь впервые, — покачал головой Зет. — В детстве мы с братом придумали, что если долго смотреть на ту пирамидку, то откроется другая реальность и впустит нас. Мы даже снаряжение приготовили походное. Но сколько не смотрели, ничего не случилось. Тут даже сложно определить, иллюзия это или реальность. Хотя, скорее всего, иллюзия. Посмотрите вдаль и заметите, как анимация переходит в статичный фон, как в залах видеопластики. Но, с другой стороны, полное ощущение воды, воздуха, камня и песка… Нет, это очень натурально всё вроде. А как вы отсюда возвращались?

— Просто сильное желание и круг. Возвращались обратно в гостиную.

— А вы не пробовали отсюда что-нибудь брать с собой?

— Раньше нет, а сейчас хочу попробовать, — я вытащил из кармана и показал два камешка. — Если это всё иллюзия, то они исчезнут.

— Возможно, — согласился Зет. — Так же, как и наши записи на регистратор.

— Но регистратор же существует, так же как и мы, — не поняла Влада. — Что он тогда запишет?

— Пол в гостиной, — ответил Зет. — Вернёмся — посмотрим. Но дядя Слава тут был.

— Возможно, что не он, а его астрал, — сказал я. — В таком случае многое объяснимо, в том числе и наши переходы туда-сюда. Этот шестигранник с пирамидкой может служить для облегчения выхода в астрал, в древних магиях такие штучки на каждом шагу описывались.

— Если смотреть на него сверху, то он напоминает тайный символ, — сказал Зет. — Похожий символ — Звезда Давида с треугольником в центре — начертан в начале рукописи деда доцента Кобелевича. Её всё-таки нашли.

— Вебсик её найти не смог, — вспомнил я.

— Немудрено, в ложе дед этого доцента был под совершенно другим именем. Если кратко, то там рассказ о том, что в некоем замке в подземелье на полу в круглом зале выложена на полу эта фигура, и вставший на неё оказывается в особом месте, замедляя, а то и оборачивая вспять своё биологическое старение. По преданию, владелец замка прожил 450 лет и жил бы дальше, если бы не него однажды не упал сгнивший от времени подъёмный мост. Всё творение занимает десяток страниц. Кстати, рукопись деда доцента нашлась в архивах фирмы, которые были изъяты при банкротстве и переданы на госхранение. Там на удивление большая доля исторических раритетов оказалась. На это как-то не обратили внимание и передали в исторические архивы россыпью, просто чисто случайно часть её систематизировали, а то бы никогда не найти было. Мы после той первой нашей встречи дали по своим каналам запрос, вот и сработало. Но чисто случайно всё, как понимаю.