Чтение онлайн

— Я честен перед тобой, Астерия, — усмехнулся я. — Если ты захочешь, то сможешь уничтожить артефакт.

— Не люблю плясать под чужую дудку… — хмыкнула она, вздернув подбородок.

Я обошел Астерию по кругу, зашел сзади и слегка приобнял за талию. Ведьма Погибели не стала оборачиваться.

— Ты ведь хочешь уничтожить артефакт и насолить мне, не так ли?

— Хочу… — еле слышно ответила Астерия, словно бы завороженная.

— Ты же помнишь наш разговор и мои предупреждения? Даже опасность потерять силы Чемпионки тебя не останавливает?

Я приблизился к девушке и положил подбородок ей на плечо.

— М-м-м… не уверена… — проговорила она.

— Знаешь, я могу дать тебе то, что ты хочешь и без подобных понуканий.

— Силенок хватит? — фыркнула она и вскрикнула от боли. — Ай!

Кнут обвился вокруг лодыжки Ведьмы, шипы впились глубоко в плоть. Рукой я схватил ее за шею и крепко сжал. Астерия захрипела, начав задыхаться.

— Думаешь, что я тебя не переиграю, что я тебя не уничтожу? — я сделал небольшую паузу и произнес максимально суровым тоном. — Я тебя уничтожу!

— М-ха-х… — донесся от Астерии занимательный стон.

— Мне хватит одного твоего желания, Ведьма Погибели. За попытку уничтожить ценный артефакт ты будет строго наказана. Тебе ясно?!

— Яс-но… — прохрипела она.

— Ясно, мастер! — поправил я и слегка ослабил хватку на горле.

— Ясно, мастер! — живо откликнулась Астерия.

Я вздохнул удовлетворенно. Тяжко живется мастеру-приручателю. Каких только экзотических тварей не приходится привечать в своем питомнике! Дрессировать, учить, кормить и наказывать!

Если отбросить хохмы в сторону, то в целом мне нравилась компания Астерии. И раз уж ей требуется именно такое обращение, но открыто об этом она попросить не в состоянии, придется самому угадывать и исполнять желания любительницы боли и унижений. Не скажу, что я сам не получал удовольствия в процессе, хоть это и было слегка утомительно.

Продолжая держать Астерию за шею, я переключился на артефакт и обвил его Крепким Хватом. Потребовалось всего несколько секунд, чтобы Перчатка Могущества развалилась на куски, после чего исчезла в синем пламени.

Поздравляем! Вы уничтожили один из темных артефактов Бездны и спасли ярусы от яростного безумия.

Получено: Дар Перчатки Могущества

Дар Перчатки Могущества. Ранг: Звездный

Сила: +12%

Очищающий холодок прошелся внутри головы, убрав недуг.

— Красота! — вздохнул я полной грудью.

Мир вернул краски, звуки природы перестали вызывать неприятные чувства. Обычно боль нарастала постепенно, а уходила мгновенно. Разница ощущалась столь сильно, что казалась настоящим кайфом. Вряд ли смогу когда-либо привыкнуть к подобному.

Довольно долго я ходил окрыленный, радуясь внезапно наступившему затишью. Хорошо жить! А жить хорошо с хорошими девушками рядом еще лучше!

— Ара-ара, как жаль, что мне не удалось нанести последний удар… — произнесла Астерия с фальшивой горечью в голосе.

— Я еще тобой займусь, не переживай.

Похоже, отныне можно доверять Астерии. Поглядывать одним глазком, конечно, но я надеялся, что проведенного внушения достаточно. Закончив с уничтожением темного артефакта, мы решили вернуться на Дно. Нам предстояло множество дел, в основном скучных — вроде выборов нового Председателя Совета.

— Мастер, я так рада видеть снова вашу настоящую улыбку! — просияла Тайхо.

— А какая у меня улыбка во время головных болей?

— Вымученная! Надо скорее искать новый темный артефакт, нельзя запускать себя до подобного состояния!

— Вот только темные артефакты на дороге не валяются, — хмыкнула Эль. — Допустим, хватит ему на полгода, а что дальше?

— Н-не надо говорить такие плохие вещи! — возразила фавниха.

— Причем здесь зло или добро? Просто констатирую факт. Надо придумать более надежный метод избавления от болей, — заявила дроу.

— Пройти всю Бездну, к примеру? — проговорил я. — Как думаете, сколько всего этажей?

— Одной Богине известно, — пожала плечами Эль. — Когда адепты открывали проход, новый ярус появлялся сам собой. Сколько их заготовила Эри-Летту, не знает никто.

— Ладно, разберемся с текущими вопросами сначала. Уже поздно, переночуем на базе. Кого отозвать, кого отпустить?

— Меня отпустить! — заявила Астерия.

Похоже, ведьма отошла от моего проникновенного урока, раз уже способна шутить.

— Ага, через год…

Корхес решил остаться бодрствовать. Наверняка пойдет пьянствовать или подкатывать к Венци’ллад. Весск, разумеется, тоже желал провести время с супругой, раз уж такой случай выпал. Шия попросилась отпустить ее на волю.

— Получила бонус, и сразу в кусты. В это вся суть кицунэ, — покачал я головой.

— Сказала бы я в чем суть хуманов, да не при дамах, фыр-фыр-фыр. Когда соберетесь на испытание — зовите. До тех пор буду следить за порядком в Урке.

— Заканчивала бы ты со своей деятельностью. Доиграешься — пошлют по твою душу убийц. Со своим штрафом долго не протянешь!

— Страшишься тех, у кого власть и деньги, фыр?

— Я за тебя боюсь, глупышка! — мягко потрепал я кицунэ по голове и мохнатым ушкам.

— Эй, куда лапы тянешь без разрешения?!

— Есть у кого-нибудь расческа? — окликнул я.

Тайхо передала мне простенькую расческу, и я надвинулся на кицунэ, не скрывая своих преступных намерений.

— Ч-что ты творишь?!

— Ты ведь сама сказала, что я должен буду вычесывать твою шерсть. Приступаю к своим обязанностям!

Кицунэ не успела скрыться, как я схватил ее за хвост и принялся расчесывать. Как же давно я не держал в руках лисьи прелести! Прекрасная мягкость и нежная пушистость оказались снова в моем распоряжении спустя столько дней. Шия слегка ерзала и явно чувствовала не в своей тарелке, но я не давал ей сбежать.

— М-м-м, класс! — не удержавшись, я прильнул к пушистому мягкому хвосту и зарылся лицом.

— Хватит! В твои обязанности входило расчесывание хвоста, а не облапывание! Животное, фыр!

С такими неоднозначными словами кицунэ юркнула прочь и исчезла в стороне Провала. Мы также двинулись прочь от Горного Монастыря и опустились на Дно. Новогодний вечер плавно перетек в ночь. Народ плясал и квасил до самого утра. Из таверн раздавались пьяные песни, народ гулял по Урку толпами. Наконец и я мог насладиться празднеством в полной мере. Голова не болела, и поющих музыкантов не хотелось прирезать.