Чтение онлайн

Я освободила стремя, но Эйву оно оказалось не нужно, я завистливо присвистнула, когда он оказался у меня за спиной. Это было за гранью моего представления о возможном.

Придорожная гостиница осталась за спиной, а впереди была дорога, бескрайние поля по сторонам, лес вдалеке, а еще дальше – горы. Я сидела в кольце рук Эйва, держалась за луку, старалась не откидываться назад слишком сильно. Наверное, удобнее было бы устроиться у него за спиной. Но, учитывая, мою прискорбную привычку терять сознание в самый неподходящий для этого момент, мы оба предпочитали не рисковать.

Ехали молча и через какое-то время я почувствовала, что плавный шаг Ворона начинает меня убаюкивать. Боролась с этим, сколько могла, но в конце концов попросила:

– Давай поговорим о чем-нибудь? О чем угодно, иначе я точно засну и свалюсь под копыта.

– Ну, положим, свалиться под копыта я тебе не дам, – усмехнулся Эйв, но моей просьбе внял, – О чем тебе рассказать, странница?

– Почему странница? – поинтересовалась я. Он звал так меня уже не в первый раз, но в прошлый раз я не обратила внимания – были более насущные вопросы.

– А почему нет? Имени твоего мы все равно не знаем. Рано или поздно, конечно, придется придумать тебе новое, но мне почему-то кажется, что сейчас не самое лучшее время для этого. Подожди пока мы не приведем тебя в норму. Все справедливо: новая жизнь – новое имя.

– Это значит, что себя прежнюю я так и не вспомню? И ты так уверен, что сможешь меня вылечить? – в голове теснились еще какие-то вопросы, но пока удалось четко сформулировать только эти два.

– Вспомнишь ли все и вспомнишь ли вообще, я не знаю, и никто, наверное, не знает. Но жить без имени в любом случае затея так себе. А вылечить тебя я очень постараюсь, и знаю тех, кто мне в этом поможет. У нас действительно очень хорошие целители, не переживай. Завтра проведем диагностику и решим, что делать дальше. В чистом поле легко рану залечить или кости сломанные срастить, но с тобой все совсем не так просто, поэтому подожди до Цитадели.

Я посмотрела в сторону. Вокруг нас действительно было поле, травы колыхались на сколько хватало глаз, и только у самого горизонта виднелась темная полоска леса. Надеяться было страшно, что настоящее, что будущее казались одинаково нереальными, а мирный пейзаж – нарисованным. Мне нужно было уже привыкнуть наконец, начать воспринимать себя в этой новой реальности. Но когда даже самые правильные мысли помогали перестроить мозг на новые рельсы, тем более в настолько сжатые сроки?

Вокруг был целый мир о котором я не знала абсолютно ничего. В нем было что-то знакомое – лошадь в почти привычной сбруе, мягкая постель в гостинице, пыльная проселочная дорога. А еще в нем был Эйв – мой странный спутник, ставший знакомым и почти родным за какие-то пару дней. Я понимала, что это не логично и, скорее всего, неправильно, но рядом с ним я чувствовала себя на своем месте, мне было спокойно настолько, что это само по себе пугало. Доверить свою жизнь случайному незнакомцу уже было глупостью, но какой у меня был выбор? Мое состояние могло быть результатом стресса от перехода – перегруженный событиями мозг просто отсекал все лишнее, чтобы хоть как то справляться со свалившимися переменами. Или это было частью воздействия Эйва – он ведь пробовал меня лечить. Если бы я бегала в панике или билась в истерике, путешествовать со мной было бы не в пример труднее. А может быть что-то в этом месте действительно отзывалось у меня в душе, было смутно знакомым, как воспоминание из далекого детства. Только когда спустя годы возвращаешься в такие места, обычно не испытываешь ничего кроме недоумения. А сейчас все было совсем иначе. Пейзаж был мне незнаком. Но я как будто была дома.

– Не спи, а то вдруг все-таки не успею тебя поймать, – хмыкнул Эйв мне в затылок, когда молчание затянулось, – Могу рассказать про столицу или про соседние страны или про королевский двор. Подробный экскурс в географию лучше отложить на потом, когда хорошую карту в библиотеке откопаем. А если коротко, то мы сейчас в Лартаге, довольно обширном государстве со столицей в Катрионе, на юге у нас Итафия, на востоке Хаотар, на северо-западе Ндебр и Кеосвинд. Плюс еще с дюжину различных мелких владений, княжеств и прочих гордых и независимых городов-государств…

– Названия я все равно на слух не запомню, да и без карты не особо представляю, где тут север, где восток, и где мы по отношению ко всему вышеперечисленному. Так что пока единственное, что я поняла – это то, что есть куча государств и мы в центре. А еще, что у вас монархия и есть королевский двор, видимо в том самом Катрионе, который я все таки запомнила. Обо все остальное проще язык сломать. И у вас есть магия, которой учат в Цитадели, не только в ней, но там лучше всего учат, правильно?

– Да, все верно, магия есть, но не у всех, конечно же. Это дар, с ним рождаются, у кого-то он сильнее, у кого-то слабее. Чаще всего способности передаются по наследству. У пары с сильным даром скорее всего родятся сильные дети. Но бывают и исключения. То где-нибудь обнаруживается самородок, у которого в последних пяти поколениях ни искры магии, а он сам при этом чуть ли не сильнее наследных. То наоборот в семье потомственных магов рождается неодаренный ребенок, или ребенок с таким слабым даром, что и на бытовую магию едва хватает. В общем тут нет правил, скорее закономерности, – Эйв замолчал ненадолго, достал флягу, отпил, протянул мне. День был теплым, но вода оставалась прохладной, может быть это тоже была магия, раньше я не обращала на такие мелочи внимания.

– И какая она, магия? – вполне закономерный вопрос, для человека, выросшего в мире без магии, но мне почему-то было неловко его задавать. К тому же Эйв был все еще не в курсе моего перемещения между мирами.

Возможно, я действительно спросила что-то не то, потому что мгновения таяли, а ответа так и не было. Я попыталась обернуться, чтобы разглядеть выражение его лица, но это было не так просто. А потом у меня перед глазами появилась рука, Эйв щелкнул пальцами и на них заплясал маленький язычок пламени, как у свечи или зажигалки. А ведь я так ни разу и не видела, как он разводил костер. Что еще ускользало от меня такого простого, но на самом деле важного?

Маленький огонек продолжал облизывать его пальцы, но не причинял вреда, я не удержалась и все-таки потянулась к нему рукой. Он был настоящим, обжигающе-горячим и как будто живым. Дотронуться хотелось неимоверно, но когда я попыталась прикоснуться, Эйв развел пальцы и огонек исчез, словно его и не было. Я вздохнула, не сдержав разочарования. Это был всего лишь маленький фокус. Но в тоже время это была настоящая магия.

– Магию нельзя понять просто увидев, ее нужно ощутить, познать, пропустить сквозь себя, и только тогда удастся немного приблизиться к пониманию, что же такое магия на самом деле.

От того, как он об этом говорил, у меня мурашки бежали по коже. Вот так, наверное, и выглядит настоящая страсть – жажда познать что-то настолько безграничное и немыслимое, что разум просто не способен объять. Эта страсть была завораживающей, пугающей и при этом заразительно-притягательной. Мне тоже хотелось бы гореть чем-то так же сильно. Но у меня не хватало на это сил. Никогда не хватало. Я часто вспыхивала, ярко, как падающая звезда. И так же стремительно прогорала. Наверное, отдавала все, что было, а дальше просто нечему было гореть. Поэтому все это казалось не настоящим, но вот то, о чем говорил Эйв, чувствовалось даже более реальным, чем дорога впереди или поля вокруг. И от этого перехватывало дыхание, и сердце начинало биться часто-часто, отзываясь на всплеск чужих эмоций.

В первое мгновение я почувствовала легкость, как будто еще немного и смогу взлететь, а потом волна воодушевления схлынула, и сердце начало стучать все тяжелее. И перестало хватать воздуха. Я дышала, воздух свободно проходил в легкие, но мое тело как будто этого не чувствовало, оно задыхалось.

Эйв понял, что дело неладно, еще до того, как я начала заваливаться вбок, крепче обнял меня одной рукой поперек груди и натянул поводья, останавливая Ворона.

В голове уже мутилось, и, как он спускал меня и укладывал на свой плащ, я запомнила только вскользь, просто одно слитное движение. Что Эйв делал, я не видела, но удушье ослабло, а потом осталась только слабость, руки и ноги были как будто ватными, тело казалось чужим. Я лежала в высокой траве у дороги на расстеленном кожаном плаще и смотрела в небо. Оно было высокое, насыщенно-голубое с легкими белыми облачками, ясное летнее небо.