Чтение онлайн

На самом её дне ещё находятся несколько глотков воды — я приложил пулевое отверстие на бутылке к губам и выхлебал их.

«Надо налутать огнестойкий костюм», — подумал я. — «Они у нас есть, но я не думал, что окажусь посреди огня. Да и насколько бы он помог? На пару десятков секунд?»

Боль сначала отупела, а затем ушла на задний фон, поэтому я начал действовать.

Ожог лёгких и ожог носоглотки выставил на регенерацию первыми, что отняло у меня 31 586 килокалорий. Дорогое удовольствие, но не самое дорогое в прайс-листе…

Постепенно начался зуд в лёгких, горле и носу. В лёгких он отдалённо напоминал зуд в бронхах, как при бронхите, в горле же ощущалось что-то беспрецедентное, впрочем, как и в носу.

Срок устранения — два часа пятьдесят три минуты.

Торопиться и ставить в очередь что-то ещё я не стал, потому что это мне невыгодно. Это как с торрентами — можно выставить одну закачку, а можно шесть. В первом случае вся скорость уйдёт на одну, а во втором случае её размажет между шестью. Общее время от этого не изменится, но зато время регенерации каждого повреждения будет больше.

А мне хочется нормально дышать, причём как можно быстрее. С остальным разберусь, постепенно.

«Надо залечь где-нибудь», — решил я. — «Вафлисты могут прислать сюда ещё кого-нибудь».

Проверяю «Витязя» — пластик обгорел, но внутренности не пострадали. Надо почистить его — он искупался в болотной жиже. У «Печенега» схожая ситуация, поэтому я, превозмогая боль, поднимаюсь и иду дальше, чтобы найти спокойное место.

Спокойным местом я назначил ближайший овраг, с обеих сторон поросший кустарником.

Вновь сажусь на землю и достаю из крошащегося подсумка набор для чистки.

Это извращение — каждое действие причиняет мне нешуточную боль, но зато с пальцев перестало слезать всякое говно…

Чищу, как могу, «Печенега», а «Витязя» оставляю на потом.

«Как же плохо, сука, твою мать, нахуй!» — мысленно ныл я.

Вытаскиваю из рюкзака единственный не выпавший цинк с патронами ПС, и заряжаю его в «Печенег».

Щёлкнул затвор, пуля в патроннике и пулемёт снова готов к бою.

Всё, я больше не безоружен.

Аккуратно ложусь спиной на землю и стараюсь не двигаться.

Чистка заняла четырнадцать минут, а это значит, что лежать мне ещё дохрена времени.

И время вообще не идёт. Каждый вдох вызывает боль и я, невольно, считаю их, что субъективно замедляет ход времени…

«Надо было, наверное, рухнуть на землю и тушиться, катаясь по ней…» — подумал я. — «Не подумал. А надо было — возможно, сейчас пришлось бы регенить меньше повреждений».

Но это всё из-за отсутствия у меня опыта горения.

«Они точно пришлют ещё группу, чтобы добить меня», — начал я раскручивать в голове тревожные мысли. — «Пиджак — это лудик ебаный, который депнул на нас десяток единиц бронетехники и тонны взрывчатки, а затем большой отряд КДшников. Он просто не может оставить это — слишком много уже вложено».

Ему, наверное, сейчас очень обидно, потому что все эти потери нанесены одним мной. Лучшим вариантом было просто забить на ту историю у Волгодонска и жить дальше — он мог бы пережить недовольство своих КДшников и прочей внутренней аудитории.

А вот последствий сегодняшнего дня он может и не пережить…

Начался нестерпимый кашель, из-за которого мне пришлось перевернуться на правый бок. Я начал выкашливать какую-то херню, состоящую из бело-жёлтых кусочков плоти и крови. Это очень и очень неприятные ощущения, вызывающие рвотный рефлекс.

Я выкашливал свои лёгкие примерно около часа — в ходе этого меня минимум дважды посещала мысль о том, что можно закончить всё одним выстрелом из ПСС…

Но было бы глупо заканчивать всё так. У меня достаточно килокалорий, чтобы устранить все повреждения, а дальше уже побарахтаемся.

Только вот эта сводящая с ума боль, бьющая мне по мозгам при любом резком движении, побуждала мой разум идти по пути наименьшего сопротивления. И в данном случае, это смерть.

«Не для того я сделал столько!» — с яростью подумал я. — «Хер дождутся, вафлисты ебаные!»

В конце концов, всё заканчивается. И регенерация лёгких с носоглоткой закончилась. Кашель сошёл на нет, я нормально задышал и начал чувствовать, что жизнь, чуть-чуть, наладилась…

Следующими в список на регенерацию я назначил кисти рук и ноги. Они нужны мне, чтобы продолжить бег. Я и сейчас могу, но это очень больно.

«Нет времени», — пришёл я к заключению. — «Придётся терпеть».

Выбираю для форсрегена указанные конечности, а затем поднимаюсь на ноги и начинаю движение на север.

Если я верно помню карту, по этой роще я смогу пройти не более двух километров, а затем начнётся поле, а после него, на пути к мосту, будет сожжённая роща.

Дроны срисуют меня сразу же, поэтому мне нужен максимум скорости.

Прислушиваюсь к окружению. Вертолёта не слышно, но это не значит, что пидарасы не высадили никого подальше. Хотя, вертолётные лопасти слышно очень далеко — было бы глупо высаживать людей на дистанцию свыше шести-восьми километров от цели. А цель у них одна — мост. Ничего не изменилось, расклад всё тот же, и они это понимают не хуже, чем я.

Мне надо на сраный мост, а им надо, чтобы я до него не дошёл. Если я дойду, то дальнейшие поиски резко осложняются, а это равносильно тому, что я благополучно смылся.

«Если бы не ебучие рыбы, не было бы никаких проблем у меня», — подумал я. — «Сука! Блядь!»

Гнев подогревает сознание и притупляет боль. Твёрдой походкой преодолеваю рощу, а затем срываюсь в бег.

Вижу я хреновато, потому что глаза повреждены и адски болят от встречного ветра, но надо бежать, потому что сейчас бег — это жизнь. Буквально.

ИК-зрение, согласно отчёту интерфейса, урезано до 356 метров, а УФ-зрение заблокировано из-за повреждений. В обычном же зрении у меня мутная пелена, через которую почти ничего не видно.

Ничего, главное, чтобы руки восстановились — 356 метров обзора для прицельной стрельбы хватит за глаза…

Регенерация конечностей идёт в замедленном режиме. Форсреген ног словил дебафф на 96%, а руки дебаффнуты на 17%. Общее время до завершения — 19 часов, но в них есть 1 час 28 минут, за которые отрегенятся кисти.