Чтение онлайн

— Я всё понимаю… — сказал Муравей. — Но как-то это грустно…

— А ты сюда веселиться пришёл? — усмехнувшись, спросил я. — Рейды КДшников — это для грустных. Все весёлые уже погибли и перемещаются по этому миру только в виде кала.

Муравей лишь тяжело вздохнул в ответ.

— Сейчас схожу за какими-нибудь закусками и питьём, — сказал я, встав с кресла. — Жри активно, не покладая челюсти. Скоро всё кончится, и ты сможешь почиллить в своём номере — нужно просто закончить нашу грязную работу.

— Но это же ненадолго? — спросил Муравей. — Мы же потом пойдём в Баку…

— Ну, это да… — чуть растерянно ответил я. — Но, когда-нибудь, ты точно отдохнёшь! У меня такое бывало… пару раз.

*Российская Федерация, Челябинская область, город Челябинск, 19 ноября 2027 года*

— Ну, что там, пацаны? — спросил вошедший в квартиру Щека. — Здоров, бро!

— Привет, Щека, — ответил ему Муравей.

— Студик, бро, родной, брат-братан-братишка! — воскликнул Щека. — Ты говорил, что приготовил для меня какой-то разрыв очка! Надеюсь, блядь, что не буквально!

— Не, всё прилично, — заверил я его и подошёл к дивану.

Открываю диван и вытаскиваю из секции для хлама прямоугольную коробку в подарочной упаковке.

Делать было абсолютно нехрен, поэтому я потусовался в городе и нашёл в одном из разграбленных ТРЦ магазин подарков. Там-то я и разжился коробкой, заодно прихватив обёрточную бумагу, которую я выбирал минут двадцать.

Я долго колебался между «Нашему карапузу», с изображением младенцев, и сердечками с клубникой, на 14 февраля.

В итоге, выбрал последнее.

— О, как… — изрёк Щека, рассмотрев принт на обёрточной бумаге. — Надеюсь, там не метровой длины дилдо…

— Ты охуеешь, — пообещал я ему.

— Ну-с… — произнёс Щека и начал распаковку.

Разорвав обёртку, он открыл коробку, наполненную разноцветной мишурой, с недоумением уставился на винтовку, а затем обомлел.

— Охуеть… — прошептал он. — Это же… Это же «Сталинград»!

— Ага! — с улыбкой ответил я. — На прицел смотри!

Щека вытащил винтовку и начал рассматривать прицел.

— Но как?! — выпучив глаза, воскликнул он. — Это же… Ебануться! Студик, это пиздец!

— Да, это пиздец, — согласился я с ним и достал чехол к винтовке. — Вот ещё кое-что. К винтовке есть 43 патрона 8,6x70 миллиметров, то есть, Лапуа Магнум. Из них только 13 бронебойных, но, я думаю, ты сможешь налутать себе ещё.

— Конечно, блядь, смогу! — заверил меня Щека. — Нет, это ахуй, бро! Я никогда ещё не был так счастлив! Всё, буду должен тебе!

— Не, забей, — махнув рукой, сказал я на это. — Это же подарок.

— Как скажешь… — произнёс Щека.

Я как-то сразу понял, что теперь он будет напряжённо искать, чем бы отдариться.

— Когда идёте обратно? — спросил я, решив сменить тему.

— Сегодня же, — ответил он. — Мы заготовили нужное количество мяса, поэтому продовольственная безопасность Челябинска обеспечена на следующие два месяца — теперь будем эвакуировать, нахуй, всех местных жителей…

— Сам поведёшь первый конвой? — поинтересовался.

— Разумеется! — ответил Щека. — А кто ж ещё?!

Из Волгограда прибыла автоколонна из пятнадцати бронированных автобусов, прикрываемых двумя БМП-2 и четырьмя «Тиграми».

Штатная вместимость автобусов — 50 человек, поэтому первым рейсом в Волгоград отправятся 750 человек и это минимум. Ещё кого-то возьмут в «Тигры» и БМП-2, но это ещё где-то 10–15 человек.

Эвакуация жителей Челябинска займёт не один день, потому что желающих остаться тут нет — вся местная экосистема работала на том, что тут обитает прорва вооружённых людей, которые живут сами по себе и на которых очень невыгодно наламываться.

Но когда большинство уедет, оставшимся бедолагам придётся очень туго…

И всё же, я не очень понимаю тех, которые хотели остаться — жить здесь дерьмово, без электричества, тепла и воды, а вот эта их «свобода» — ну, это крайне сомнительно.

Это «свобода» умереть от голода или болезней, «свобода» стать жертвой зверей, нагрянувших на дегустацию человечины, «свобода» умереть в драке за стремительно тающие ресурсы.

Наверное, они просто не хотят жить, как раньше — работать по графику, подчиняться кому-либо и так далее.

Но обстоятельства диктуют ультиматум: либо остаётесь тут, проживать очень короткую, но насыщенную неприятными событиями жизнь, либо принимаете предложение Фронтира.

Я, на их месте, вообще бы не колебался — удостоверился бы только, что это не скам от постапокалиптических скамеров, жаждущих поживиться за твой счёт, и поехал первым же рейсом.

А челябинцы уже успели удостовериться, что в Волгограде всё окей: партия убывших на самолётах уже записала много видео, а также пообщалась с Хвощом и остальными лидерами по радиосвязи.

— «Баобаб», вызывает «Гектар», — раздался из динамика голос Зулуса. — Начинаем паковать гражданских.

— «Гектар», «Баобаб» на связи, — ответил Щека. — Понял тебя. Скоро буду.

Он с нежностью посмотрел на винтовку, а затем начал упаковывать её в чехол.

— Ещё раз спасибо тебе, бро! — поблагодарил он меня.

— Да не за что, — ответил я.

— Тогда я пошёл — пора собираться, — сказал он. — Увидимся в Волгограде.

— Давай, счастливого пути, — пожелал я ему.

— А вам успешного рейда, — пожелал он нам в ответ.

Я опустил сиденье дивана и развалился на нём.

— Что, готов к усилкам? — спросил я у Муравья, сидящего в кресле.

— Готов, — ответил он.

— Тогда дерзай, — велел я ему. — Как закончишь, час на передышку и идём за Кабаном.

Муравей ушёл в спальню, а я открыл газету «Вечерний Челябинск» за 24 июня 2026 года.

Это выпуск, вышедший примерно после начала зоошизы — ну, вернее, тогда пошли первые признаки того, что что-то идёт не так, но власть ещё сохранялась и выглядела незыблемой.