Чтение онлайн

Ценности Троцкого перекочевали в мои закрома, а затем такая же судьба постигла ценности его соучастниц.

Суммарно, вышло около полукилограмма золота — я, явно, чего-то не знаю об этой местности…

Возможно, тут есть какой-то денежный оборот, потому что просто так не будешь таскать, казалось бы, бесполезное золото. Допускаю, что местные КДшники стыкуются между собой на условно-нейтральной территории и осуществляют мену, где, естественным образом, главной валютой является золото.

Золота ведь было не так много в гражданском обороте, так как оно менее удобно, чем грязные зелёные или красные бумажки, поэтому естественно, что оно стало отличной валютой, что для Фронтира, что для остальных.

«Вообще, это исторический тип валюты и если мы катимся в Средневековье, то это нормально, что валюта у нас тоже стала средневековой», — пришёл я к заключению. — «Правда, Проф и Нарк думают что-то об электронной валюте, чтобы был безналичный расчёт — вроде как, по словам Нарка, это легче организовать, пока Фронтир не перешёл на всероссийский масштаб…»

Не знаю насчёт простоты или сложности этой идеи, но мне кажется, что золото как-то надёжнее — его можно пощупать и никто не скажет тебе, что эти циферки на балансе нихрена не значат.

Складываю оружие на разложенный брезент, а затем сажусь и начинаю проверять состояние своей брони.

Первые секунды боестолкновения обогатили меня на десятки граммов дополнительного веса — пули Троцкого сильно деформировали некоторые сегменты брони, из-за чего, в ходе боя, я испытал некоторый дискомфорт.

Достаю из набора пассатижи и начинаю выкорчёвывать застрявшие в стали сердечники.

«Кажется, в М993 применяется вольфрам», — припомнил я, рассмотрев растрескавшийся сердечник, извлечённый из наплечника. — «Поэтому-то он и потрескался — он очень твёрдый, но хрупкий».

Закончив с устранением повреждений на броне, берусь за лопату и начинаю копать глубокую яму. Мне нужно избавиться не только от туши невинно убиенного Верблюда, но и от четырёх трупов, поэтому копать надо очень большую яму…

Через два часа с лишним, посреди высохшего солёного озера образовалась очень глубокая яма, в которую я сначала поместил тела КДшников, а затем, поверх них, столкнул Верблюда. Расчёт простой: когда кто-то докопается до содержимого этой могилы, он наткнётся на бронированный горб и металлизированную шерсть Верблюда.

От разграбления это обстоятельство могилу не спасёт и до мяса кто-то доберётся, но потратит на это гораздо больше килокалорий, а это пусть очень маленькая, но моя личная победа…

Закапываю тела землёй и взгромождаю на курган соленый камень. Всё, работа закончена.

Отряхиваю руки от земли, возвращаю малую пехотную лопату в крепление, после чего открываю интерфейс.

«159-й левел, блин…» — задумался я. — «Осталось всего 357 очков опыта до 160-го — не хотелось бы идти в Баку не докачавшись. Там же у меня апекс „Гликогенового рывка“ — это обещает стать чем-то очень крутым…»

Надо срочно докачаться…

Достаю из рюкзака «Иридиум» и вызываю Профа.

— Слушаю тебя, Студик, — отвечает тот.

— У меня ситуация, Проф, — начал я. — Я убил Верблюда, но затем на меня напрыгнули четверо КДшников — их я тоже положил, ибо нехуй. Но дилемма, блин — мне осталось 357 очков опыта до 160-го левела. Попроси Нарка, пожалуйста, чтобы он нашёл мне в районе подходящего королевского зверя, а то обидно, блин. Чуть-чуть не хватило.

— Попробую, — пообещал Проф. — СМС напишем с ответом.

— Понял тебя, — ответил я. — Конец связи.

Единицы кончаются, мать их, поэтому стараемся экономить. Беженцы из Челябинска передали нам ещё один «Иридиум», который пришлось выкупать у счастливого обладателя за 1550 золотых монет, но в нём была исчерпанная симка, поэтому единственное, чего мы добились — «Иридиум» появился у Щеки, но общее количество единиц от этого не изменилось, так как пришлось вставить в него резервную симку.

Неприятно, конечно, что с «Иридиумом» ничего не решается, но спутниковой связи, в любом случае, скоро настанет капец, поэтому невелика потеря. Хотя хотелось бы, конечно, иметь неограниченную спутниковую связь, чтобы связываться с базой из любой жопы мира…

Чтобы не терять время зря, решаю направиться к побережью Каспия — тут сравнительно недалеко, по моим меркам, находится город Атырау, который мы уже лутали. Там могут быть тюлени, в товарных количествах, поэтому имеет смысл наведаться туда и добрать опыт…

Разгоняюсь до крейсерских 70 километров в час, несясь по степи, как гонимый, а затем мне приходит СМС.

«Крзвр в твм рне не зфкср», — гласило это сообщение. — «Иди в Атырау».

Ну, так я и подумал — маловероятно, что кто-то из сильных мира сего будет спокойно фунциклировать в ареале обитания Верблюда. Рано или поздно, они бы столкнулись с ним, и тогда остался бы только один.

А это случается регулярно: сильнейшие звери, время от времени, сталкиваются друг с другом и происходит типичная шаолиньская разборка — выясняется, чьё кунг-фу сильнее. Представителю лучшей школы кунг-фу достаются признание, почёт, уважение и сотни килограммов свежайшего мяса…

«Получается, моё кунг-фу оказалось сильнее, чем кунг-фу Верблюда, Троцкого и всех трёх его женщин», — заключил я. — «А вообще, Троцкий, сука, хорошо устроился. Наверняка, поёбывал их, время от времени — жил в условиях личного гарема, сука».

Это ведь настоящий шик — поёбывать трёх КДшниц, которые мало того, что систематически поёбываются, так ещё и защищают, в случае чего. Система «Ниппель»: войти — можно, выйти — нельзя.

«Но какой же подлой сукой была Филька…» — подумалось мне. — «Пыталась манипулировать, построить эмоциональную связь и подобраться поближе, чтобы нанести смертельный удар. Никому нельзя верить, нахрен…»

Не то, чтобы я ей хоть на долю секунды поверил, но это ведь подрывает во мне доверие окончательно! Сегодня она попыталась прокинуть меня через хуй, а завтра я, вообще без раздумий, застрелю пленного, который реально сдаётся!

Это скотское существование в блядском режиме — мне такое совсем не нравится.

«А если так сложится, что мы сумеем построить безопасное государство, то мне, чтобы быть успешным в рейдах, надо будет делить сознание на два режима», — задумался я над ещё одной вещью. — «Дома — доверие, соблюдение правил, законопослушное поведение, а в дичи — полный беспредел и взаимодействие с настоящими зверями в людском обличии. Я не психиатр, но мне кажется, что это надёжный маршрут к шизе».