Чтение онлайн

Пробегаю по заранее проложенному маршруту и оказываюсь в нескольких метрах от стальных врат цеха. Поржавевшие, блин, с облупившейся краской, но, тем не менее, выглядящие надёжно.

Кидаюсь к ним и слышу за спиной сигнальный клёкот — ещё одно подтверждение остроты орлиного зрения.

«Ёбаные мутанты!» — подумал я, дёргая за ручку двери во вратах.

Но она, конечно же, оказалась заперта, поэтому я поступил импульсивно, но, как мне кажется, единственно верно — я выстрелил в замок из РШ-12.

Крупнокалиберная пуля вынесла замок к чертям, после чего я тут же залетел внутрь цела и оказался под прицелом ДШК.

Всматриваюсь и вижу, что за пулемётом никто не стоит, ну и вокруг вообще нет людей. Тут только кости и гильзы.

Очередные последствия драмы, произошедшей очень давно.

Судя по положению некоторых обглоданных грызунами костяков, их приставили к стенке и застрелили выстрелами в затылок — таких нашлось девять.

Стена украшена пятнами из запёкшейся крови с засохшими фрагментами мозга. Зрелище неприятное…

Очевидно, что здесь произошла казнь, примерно в первые месяцы зоошизы, а возможно, что и в первые недели.

ДШК, кстати, стоит на пикапе Тойота Хайлюкс, но у пикапа открыт капот и двигатель находится в полуразобранном состоянии.

Патронов к пулемёту нигде не видно, поэтому это, в настоящий момент, обыкновенный кусок высоколегированной стали, пригодный в бою, разве что, в качестве очень тяжёлой дубинки.

«А жаль, блин…» — подумал я с досадой и сожалением. — «Сейчас бы я этих сук, нахуй…»

Прислушиваюсь к окружению, но не слышу никаких посторонних звуков в цеху. Значит, я тут один.

Прохожу к пикапу и осматриваю его салон. Внутри лежит офицерский планшет, но документы в нём на азербайджанском языке.

«Севду надо было брать с собой!» — подумал я. — «Блин, вот кто же знал?! Почему сюда отправили меня? Я что, спец по тюркским языкам?!»

Лапша бы быстро разобралась в документации ещё в президентском дворце — я уверен, что там точно сохранились какие-нибудь бумаги, способные указать на какие-нибудь склады или войсковые части в окрестностях.

«Но, если я выживу, то это точно не последний рейд в Баку», — решил я. — «Я собрал охуительно ценную информацию: город абсолютно мёртв, лут тут не грабленный, КДшников и нормальных людей тут нет и быть не может, по причине пернатой смерти, блядь, а это значит, что местечко очень перспективное. Но я сюда больше ни ногой. Пусть с этим говном разбираются Щека, блядь, Лапша, а может и Проф собственной персоной!»

Я задумался о том, что было бы с Профом, сунься он сюда в одиночку.

Ну, полагаю, он бы сейчас лежал в орлином гнезде и его бы поклёвывали птенчики.

Или же, альфа-орёл бы поднял его на пару-тройку тысяч метров и уронил на камни. И уже после этого бы его остатки клевали птенчики.

В любом случае, Баку точно не для Профа и большинства наших КДшников.

Здесь условия хуёвые даже для меня, а я выживал в самых гнусных жопах, какие только можно придумать.

«Но почему ёбанные птицы?» — подумал я с негодованием. — «Я ненавижу их — почему в Баку именно они?!»

С досады бью кулаком по двери пикапа и оставляю в ней вмятину.

«Нет, у меня же теперь всё хорошо», — подумал я. — «Пространства дохрена и больше — могу курсировать тут, как у себя дома, ожидая, пока эти суки сунутся ко мне. А если не сунутся, то просто почиллю тут до самой ночи».

Но беспокоит меня одна мыслишка…

А что делать с совами?

Я не удосужился найти себе даже СШ-68, поэтому если меня шарахнут когтями по башке, то это будет Ашот-ваншот.

Оглядываюсь по сторонам, в поисках чего-нибудь подходящего.

Надо разбираться, что тут делали эти субчики, устроившие самосуд и расстрел приговорённых.

Иду в западную часть цеха и обнаруживаю там палатку, которую кто-то разложил за плотно заставленными автомобильными деталями стеллажами.

Тут у этого выживальщика и газовая горелка с таганком, и рюкзак, сейчас сильно изорванный, ну и спальный мешок тоже здесь.

Ну и сам выживальщик, если я верно понял, лежит недалеко — в паре метров. Обычное дело, конечно…

… но мне не нравится его череп.

Поднимаю череп с бетонного пола, снимаю с пояса свой «Алтын» и сличаю повреждения. Глубокие борозды от трёх когтей, примерно близкие по ширине между бороздами, но разные по длине.

— Филины, ебать их в сраку! — пришёл я к выводу на основании проведённого анализа.

*Азербайджанская Республика, город Баку, Низаминский район, ПГТ Кешля, 19 декабря 2027 года*

«А вот и ночка пришла…» — мысленно констатировал я, осторожно выглянув во двор автомастерской.

Улицы посёлка накрыл мрак, а орлы съебались куда-то ближе к закату.

Моя теория о том, что эти твари опасаются летать в тёмное время суток, полностью подтвердилась — только свет начал угасать, как все они сдёрнули к себе в гнездовища.

«Надо найти где-нибудь нормальный шлем…» — вновь подумал я. — «А не то Ашот-ваншот от первого же филина…»

В цехах ничего не обнаружилось, потому что тут точно никто не задерживался сильно надолго, кроме того бедолаги, устроившего здесь свой последний кемпинг.

Пока что, буду ходить в пробитом «Алтыне», потому что он защищает от простуды мозга лучше, чем ничего, но по дороге постараюсь подыскать себе что-нибудь. Даже брежневских времён СШ-68 сгодится, потому что это броневая сталь, способная удержать пулю из ПМ. А если ПМ держит, то и когти филина затупит…

В качестве эрзац-решения я использовал пакет паутинной брони и боковую пластину бронежилета, вложенные в шлем, на место с пробоиной. Так себе защита, конечно, но я остался доволен своей креативностью.

Надо убираться из города, как можно скорее — филины и совы, объективно, являются меньшим злом, ну и если я смогу оторваться от них до рассвета, то они от меня отцепятся, и я с удовольствием брошусь в объятия псин, лютиков, броников и свинопотамов…

Мне надо добраться до Московского проспекта и рвать по нему, сверкая пятками, на северо-запад. А потом, вдоль берега Каспия, бежать в возлюбленную мною Махачкалу.