Чтение онлайн

Все, казалось, были заняты, и Николаc с обманчивой праздностью медленно обводил взглядом комнату. Больше всего его интересовали разговоры о контрабандистах. Судя по реакции собравшихся вокруг стола, Джон Фрэмптон, без сомнения, с помощью Дикерсона, а возможно, иногда и Роберта наслаждался сотрудничеством с контрабандистами. Николаc остановил задумчивый взгляд на смуглом напряженном лице молодого человека. Да, Роберту нужен имение кавалерийский полк, чтобы направить его молодую неуемную энергию на что-то стоящее. Он размышлял о том, почему адмирал не сделал нужных распоряжений. Не хватило денег купить пару знамен? Мысли его перекинулись на состояние финансов Броунелдов и Спенсеров.

Николаc решил, что эти семьи скорее зажиточны, чем богаты.

Да, именно зажиточны, если только у человека нет "колчана", наполненного отпрысками, которых надо достойно устроить в жизни...

Стоимость военной карьеры велика, а лондонский сезон, куда надо вывозить дочь, а в случае Спенсеров - двух дочерей, может разорить человека с гораздо более значительным достатком.

Он задумчиво перевел взгляд с добродушного лица адмирала Броунелла к более аскетическому лорду Спенсеру. Оба относительно недавно поселились в графстве и могли бы привести доводы в пользу сотрудничества с контрабандистами - им необходимо обеспечивать свои семьи. При иных обстоятельствах такая стезя была бы для них отвратительной. Они разглагольствовали о контрабандистах, впрочем, это ничего не доказывало. Николаc признал, что вряд ли какой-нибудь из этих людей - шпион, однако он решил никого не упускать из виду. В тот миг он больше склонялся к мысли, что шпионом, если он существовал, как считал Роксбери, был Фрэмптон. Ведь кто мог знать повадки "нелегалов" лучше, чем человек, рожденный и выросший в этих местах?

Николаc слегка помрачнел: ему хотелось больше разузнать о новом сквайре и состоянии Фрэмптонов. На самом ли деле старый сквайр такой приятный, как все предполагают? Может, его знаменитая манера держаться, сжав кулаки, вызвана необходимостью? Возможно, что из-за нехватки денег его сын соблазнился и втянулся в опасные и бесславные поступки?

Вечер оказался не таким бесполезным, как вначале показалось Нику. У него появилась возможность встретиться с весьма вероятными.., подозреваемыми. Броунелл. Спенсер. Фрэмптон. И не в меньшей степени, хотя и последний в списке - Дикерсон. Пока ему следует сосредоточить внимание на этой четверке. Что же до Роберта, Джереми, Линдси.., вполне возможно, что один из них - незаурядно умный юноша - начал свои темные делишки в раннем возрасте.

Ведь Александр Великий завоевал подлунный мир в возрасте тридцати лет. Однако Николаc сомневался, что кто-нибудь из этой троицы обладал такими потрясающими способностями.

После укоризненной реплики Софи Броунелл джентльмены прервали свою беседу о спорте и присоединились к гостям, собравшимся вокруг Николаcа и Паллас, последовав примеру Джереми и Линдси.

Вновь наполнились чайные чашки, и в разговоре наступило временное затишье. И тут Паллас опустила ладонь на руку внука и спросила:

– О, пока не забыла, Николаc, что это за нелепые россказни, будто ты забрал половину моих слуг и восстанавливаешь старый дом привратника на северной стороне поместья?

Пока Николаc придумывал ответ, заодно проклиная себя за самонадеянность, будто посещение им коттеджа останется незамеченным, до него дошел торопливый приглушенный вздох, вырвавшийся у кого-то из сидевших рядом. В тот же миг чашка, которую Атина передавала одному из мужчин Фрэмптону? Дикерсону? А может. Спенсеру?
– упала на пол. Горячий чай расплескался во все стороны. В этой сумятице вопрос Паллас был совершенно забыт. Однако еще долгое время после того, как гости разъехались, Николаc не мог выбросить из головы эту сцену.

Оставшись один в своем кабинете, он быстро написал записку Роксбери, сообщая ему обо всем, что обнаружил, и посвятив в свои планы на вечер. Поставив восковую печать на официальное письмо, он позвонил Лавджою Как только слуга появился, Николаc вручил ему письмо и сказал:

– Я хочу, чтобы Роксбери получил эту информацию как можно скорее. Проследи за этим, пожалуйста.

Лавджой кивнул и удалился, крепко держа письмо.

Через некоторое время Николаc выскользнул из дома, надеясь встретиться с контрабандистами и еще раз обдумывая сцену в гостиной. Кого-то расстроили вести о доме привратника. Но кого? И почему? Может, дело в контрабандных товарах?

Или здесь нечто совершенно иное?

Глава 13

Впереди показался дом привратника, но у Николаcа по-прежнему не было ответов на вопросы. Дождь, упорно ливший весь день и вечер, превратился в туман, на небе не было ни звезд, ни луны. "Чудесная ночь для любого уважающего себя контрабандиста", - с усмешкой подумал Николаc, привязывая лошадь в крайнем стойле конюшни.

Он заранее обдумал, что лошадь мудрее всего поставить там, ибо если контрабандисты обнаружат у дома оседланную лошадь, это насторожит их, и они решат, что в доме кто-то есть. Он еще накануне обследовал конюшню и убедился, что по крайней мере до сих пор контрабандисты в этом месте не орудовали. Полный мешок овса, привязанный к голове лошади, также гарантировал, что животное будет стоять спокойно, даже если заслышит поблизости ржание других лошадей.

Позаботившись о лошади, Николаc направился к дому и тихо прокрался в темное строение с тыла. Он распорядился потушить все свечи как можно раньше, опустить шторы, чтобы изнутри не просачивался свет.

Он подошел к дому. В воздухе невозможно было различить ни дыма, ни малейшего намека на свет. Николаc уверился, что контрабандисты сочтут дом заброшенным. Если, разумеется, известие о том, что дом занят, не распространит среди них какой-нибудь гость бабушки...

Неслышно закрыв за собой входную дверь, Николаc с удивлением заметил слабый свет, пробивавшийся из кухни. Неужели контрабандисты уже здесь? Он проверил свой пистолет, убедился, что тот заряжен, и бесшумными шагами пошел вперед, туда, где свет горел ярче.

Он остановился, затаив дыхание, в дверном проеме, но увидев, что за выскобленным дубовым столом сидит Тесc и ест яблоко. Ник расслабился. Маленькая свечка распространяла по кухне свет.

Положив пистолет в карман, он прошел вперед, разрываясь между удовольствием видеть ее и раздражением от того, что она не в спальне, наверху и не в безопасности. Тесc не слышала, как вошел Ник, поэтому, когда он внезапно возник из темноты, девушка слабо вскрикнула и вскочила на ноги.

– Вы испугали меня!
– Она неприязненно смотрела на него.

– Хорошо, что напугал я, а не кто-нибудь из контрабандистов, - сухо парировал он.
– Насколько помню, мы договорились, что вы будете в постели.

Плотнее запахнувшись в новую голубую шерстяную накидку, Тесc с вызвавшим у него восхищение раскаянием призналась:

– Я была в постели, захотела есть и спустилась, чтобы найти что-нибудь. Все шторы и ставни закрыты. Не думаю, чтобы снаружи был виден хоть какой-нибудь свет.

– Да, ничего не видно, но вас все равно могли обнаружить, - тихо произнес он. Лицо его сделалось серьезным.
– Не допускайте этого снова. Мне невыносима мысль, что с вами может что-то случиться.

Она состроила гримаску.

– Я просто не подумала, кроме того, "нелегалам" рано пока рыскать повсюду, разве нет?

Николаc пожал плечами.

– Возможно, но сейчас уже далеко за полночь. Не думаю, что они устанавливают определенный час для своих делишек. Надеюсь, я не слишком опоздал.

– Почему?
– вдруг встревоженно спросила Тесc.
– Вы полагаете, они просто придут и уйдут?

– Нет, но сегодня произошел инцидент...

Тесc еще больше заволновалась.