Чтение онлайн

Откуда эта боль в груди, словно жжёт огнем и требует выхода.

В дверь тихонько постучали, я испуганно посмотрела на неё, не зная как реагировать. Она слегка приоткрылась впуская эту странную женщину с доброй улыбкой.

— Не спишь, девочка?

Улыбнулась ей в ответ и сползла с подоконника. Кажется пришли мои ответы. Виера села в кресло, смешно подобрав ноги, достала красное яблоко и протянула мне.

— Спасибо. Расскажете?

— Да. За этим и пришла.

Улыбка её была грустной.

— Кристиан…

— Твоя истинная пара.

Неторопливо, словно нараспев она рассказывала мне сказку о любви и верности.

— Кланы Серебристых и Бронзовых никогда не враждовали. Даже больше, были добрыми друзьями. В день, когда единственная дочь Тар-Иса Ноэрдана, и единственная молодая драконница клана встала на крыло, на праздник нового крыла были приглашены старейшины. И Драгон Дадмиар взял с собой внука, уже тогда сильнейшего в клане. И парень с девушкой познакомились. И икто не обратил внимания на то, что они почти не расставались. А накануне отлёта старейшин, в небе заходящего Цергона два дракона танцевали вальс любви. В заботах о клане Тар-Ис не обратил внимания на грустную дочь. А Дадмиар на мечущегося внука. И когда тот заговорил о любви, Драгон со смехом отмахнулся. Мальчишка, в этом возрасте влюбляются практически все, но о серьёзных чувствах говорить рано. Когда дракон просит у отца руки девушки, он своими руками делает свадебные украшения, которые называются «дар». Браки драконов нерушимы, только смерть разводит пару драконов. Истинные умирают либо вместе, либо уходят следом. Кристиан не выходил из комнат семь оборотов Цергона. Когда дары были готовы, он отправился к Серебристым.

Тар-Ис Ноэрдан не отказал, но и дар не принял, сказал, что примет решение когда Эна войдёт в полную силу. С восходом Цергона Кристиан полетел к Серебристым. Но опоздал.

Как мы его удержали сейчас даже и не расскажешь. Только видела я тебя. Это его и остановило. Метался по мирам. За четыре твоих перерождения дважды он умирал вместе с тобой, но заставлял себя жить и снова искал. Это путь был самым сложным, твой мир лежит через Грань, и пройти было практически невозможно. В умирающие миры драконам попадать нельзя, но я знала, он сможет. И смог.

Мои руки тряслись, мозг отказывался верить. Но я понимала, что это правда. Пять жизней и четыреста лет. Невероятно. Лицо было мокрым от слёз, а они всё текли и текли. Я слушала о себе, но не верилось. Какой то фэнтезийный роман, который читала давно, но напрочь забыла.

— Нам надо распутать нить родовой памяти. Тебе это должно помочь вспомнить. Не сразу, постепенно. Но поможет. Я приду когда взойдёт Цергон.

Улыбнувшись она поцеловала меня и ушла.

Накатило. Как вспомнить то, к чему в этой жизни не имеешь отношения. У меня была моя мама, мой отец, да он предал нас с мамой, но он был моим. А тут и отец и мать, но в этой жизни они не мои. Я с тоской вспомнила серебряного дракона. Или всё таки мои. Господи, как всё запутано.

То, что я когда то летала, была драконницей, это я приняла легко. До сих пор помню этот восторг, раскинутые руки, которые гладит ветер. Обидно, что ею мне уже не стать. В носу щипало. Одёрнула себя. Не раскисать!

Умыться, одеться и ждать Виеру. На большую часть вопросов смогу ответить сама, когда начну вспоминать.

Зеркало посмотрело на меня незнакомкой. Я стала немного выше ростом, угловатая прежде фигура округлилась там, где я раньше только могла мечтать. Пальцы тоньше, вот мама бы порадовалась, тяжело ей давалось моё обучение на пианино с моими крохами пальчиками. Лицо стало ещё выразительнее, упрямый подбородок, высокие скулы и лисий разрез глаз. Странный васильково-фиолетовый цвет и вертикальные зрачки, почти напугали. Я уже не Алиса, я Лисса, дочь главы клана Серебристых драконов, тар- Иса Ноэрдана.

Наверное Виера права. Там я умерла снова. Пятый раз. А здесь я родилась заново. Не буду оглядываться. Теперь это мой мир. Снова.

ВИЕРА

Слепа, но слышу звуки. Одна барахтаясь во тьме… И тянутся драконьи руки… И чешет пяткой в животе… Болит душа, ещё не прижилась, держу её, вцепившись в холку, цепко…А, вдруг отторгнется, так тяжело далась… И двигаюсь в надрыв, взрываясь каждой клеткой… Засомневалась, стоит ли вперёд, тут так тепло, а там всё неизвестно… И замирая, дёрнулась на взлёт, срывая горло в крик… О! Боже, как мне тесно!.. На свет… Ожогом лёгких боль… И всполохи неведомого цвета… Дракона грозная ладонь… Отрезанная с пуповиной вместе…

Девочка спала. Я закончила тянуть нить. На удивление она легко поддавалась. Лисса приняла этот мир и была готова жить дальше. Стойкая девочка, у неё всегда была сильная воля. Я не осуждала Ноэрдана, не мне судить. Кто знает как бы поступили в любом из кланов имея всего одну молодую драконницу. Клану нужны дети. И именно своей стихии. Особенно, если их остаётся всё меньше и меньше. У Серебристых за тысячу лет родилось всего пять девочек, две из них двести пятьдесят лет назад, и снова у старого Ноэрдана, что удивило всех. Две у правого крыла. И вот эта потеряшка. Ей шестьсот лет здесь или всё таки так и осталось двести, но она человек с драконьей сущностью. Тридцать четыре года. Ребёнок у драконов и взрослая женщина у людей.

Жаль, что она не встанет на крыло, у неё нет крыльев. А без них она не сможет стать матерью. Дракон Кристиана может не принять её как мать своих детёнышей. Но он принимает её как пару. Я впервые сталкивалась с таким.

Жалко девочку.

Девочки великая драгоценность у драконов.

Я тихонько закрыла за собой дверь.

ЗАЛ СОВЕТА СТАРЕЙШИН

Виера вошла в зал. Села в своё мягкое кресло, закрыла глаза и откинулась услало на спину. Старейшины молча ждали.

Наконец она проговорила скрипучим голосом,

— Нити распутала. Но я её не вижу.

Все озадаченно посмотрели на Виеру.

— Видела, что Кристиан вернётся, вижу как старый Ноэрдан мучает бедного грифона, то посылая весть к нам с просьбой визита, то снова затягивая его за хвост в окно. Видела Эвандора, она посмотрела в глаза брата, младшего из старейшин, как он крался ночью в погреба за бутылкой вина, для старейшин. Вижу Раяну, дочь тэр Ларина, ушедшую за сыном Ноэрдана, Кирсеном. У них будет серебряная девочка и бронзовый мальчуган.

Вижу как предгорье, в стае белых волков, у вожака родилась огненная лисичка. И он не спускает малышку с рук. Вижу, что Ноэрдан всё таки отпустил хвост грифона. А вот девочку не вижу. Впервые сталкиваюсь с таким мощным блоком. Я даже не скажу есть ли в ней хоть крохи магии. Распутывая нить я надеялась хотя бы на крошечную искру. Но нет, обычная человеческая нить. И я не уверена вернётся вся родовая память или часть. И мыслеречь её мозг отторгает. То, что Кристиан чувствует её уже большая удача, но что чувствует она?

Виера снова закрыла глаза. Ошарашенные старейшины не проронили ни слова.

Грифон прилетел к восходу Эны. Драгон Тар-Ис Ноэрдан, глава Серебристых драконов просил разрешения посетить земли Бронзовых драконов. Впервые за четыреста лет. Ровно столько границей, между кланами, стал Холод. Они не воевали, но и прежней, когда то дружбы не было.

Старейшины дали разрешение на визит Серебристых через два Цергона.

ЛИССА

Открыв глаза долго разглядывала потолок. Мысли вяло текли вокруг событий, было непривычно, странно, но в то же время присутствовало ощущение, что я почти дома. Почти, потому что эти комнаты не были моими. Где то тут, совсем рядом, есть что то моё и меня там ждут.