Вечный мент или Светоч справедливости
Шрифт:
– Иди впереди, – скомандовал я. – Я следом.
Она послушалась. Я брел позади, разглядывая ее спину, и размышлял. Мы миновали витрину магазина, и я посмотрел на свое отражение – прищуренные злые глаза, опущенные вниз углы тонкого рта, белые волосы, оскал железных зубов, бородка, как у архидьявола, хотя я сегодня брился – в кого я превращаюсь? Не являюсь ли я подобием Кристины, точнее тем, что с ней сотворили падшие? Нет, одернул я себя, я все еще могу чувствовать, и надеяться… Надеяться на что?! На что мне остается надеяться? На кого уповать? На Аикиля, моего спившегося ангела-хранителя? На святых, воспринимающих меня как великого грешника? Или на Кухериала, которому я все больше не доверяю?! Нет, полагаться я могу только на самого себя. Единственный раз в жизни я должен поступить так, как считаю нужным сам, вопреки нашептываниям из-за левого или правого плеча. Нужно воспользоваться отсутствием высшей силы и проявить собственную волю.
Кладбище тоже навевало мрачные мысли.
«Одна из самых злых шуток Господа бога, – думал я, – это то, что человек знает – жизнь коротка. Животные безмятежны – они не ведают страха смерти». Я видел посмертное существование в аду, от него веяло кромешным ужасом. Вот бы побывать на небесах, посмотреть, как живут праведники. Может, там все иначе? Но для меня туда дорога закрыта навсегда.
Я медленно шел вдоль железной ограды. Рядом на гравийной дорожке появился Кухериал. Он выпрыгнул, как черт из табакерки и сразу же замахал руками, показывая верное направление:
– Вам туда!
Я обернулся. Стояла ясная лунная ночь, но там, куда указывал бес, повисло темное облако. Мрак был настолько густым, что внутри облака можно было различить лишь мелькание смутных теней. И еще – белые сполохи, будто тысячи светлячков пытались вырваться на свет из черного мешка. Но страшнее всего было то, что мрак быстро расползался окрест. Смоляной копотью стелился по земле, заползал на стволы деревьев, поглощал их крону. Кладбищенский пейзаж стремительно таял, пожираемый тьмой.
– Ну же, – Кухериал схватил меня за предплечье и потянул за собой. – Надо спешить.
Кристина казалась безучастной ко всему. Я расчехлил пистолет, снял с предохранителя, свернул с гравийной дорожки и пошел между могил в указанном направлении. Прежде чем ступить в завесу тьмы, я остановился на мгновение. Сумрак втягивал нас. Вокруг стремительно темнело, луну заволокло серой пеленой, небеса окончательно почернели, всего пара мгновений – и мы оказались внутри сумрака.
– Вон он, – прошептала Кристина. – Действуй… Действуй же…
Светоч стоял шагах в пятидесяти от нас, и удивленно озирался, словно никак не мог понять, как он здесь оказался.
– Эй! – крикнул я.
Он обернулся. Мгновение смотрел на меня с непониманием, потом лицо его стало удивленным – он узнал случайного попутчика и двинулся навстречу. А я поднял пистолет и пошел к Светочу.
Расстояние быстро сокращалось. Счастливцев и не думал бежать. Но стоило мне подойти ближе, скакнул вверх, сделав в неимоверном прыжке тройное сальто вправо. Я расстрелял весь магазин, но ни разу не попал. Дернул затвор, прорычал: «Проклятье!» Он стоял на одном из надгробий, покачиваясь из стороны в сторону, на мысках, руки выписывали причудливые фигуры. Несмотря на странность позы в ней отчетливо читалась угроза, и я лихорадочно зашарил по карманам в поисках нового магазина. На перезарядку требовалось не меньше двух секунд. И тут началось светопредставление…
Сотни бесплодных духов со всех сторон ринулись к Светочу. Я видел, как они ворвались в его тело. После чего Андрей Счастливцев истошно закричал, задергался и поднялся в воздух. Его тело выгибалось, как у эпилептика, голова безвольно моталась из стороны в сторону, с такой интенсивностью, что я удивился, как шея до сих пор ее удерживает, руки продолжали безостановочно двигаться, будто две змеи. Я прицелился, но в это мгновение тело рухнуло вниз и распласталось на земле.
– Убей его! – завизжала Кристина. И я увидел, как со всех сторон кладбища выныривают из земли рогатые. Некоторые сжимали в руках трезубцы или хлысты, другие были безоружны. Падшие пришли мне на помощь.
Над распростертым телом Светоча началась настоящая свалка. Вцепившись сотней пальцев в сияющую фигуру архангела, бесы тянули Гавриила наружу, им помогали облепившие содрогающееся тело злые духи. То и дело можно было наблюдать их оскаленные злые морды, выныривающие из мрака. Высший святой вцепился в рукоять сияющего меча, но достать оружие ему не давали. Одна рука его растянулась на несколько метров, другой он отчаянно цеплялся за тело Андрея Счастливцева. У Светоча изо рта текла слюна, глаза закатились и походили на бельма, пальцы врывались в землю.
– Убей его! – кричала Кристина. – Сделай это. Долго они не продержатся!
Я подбежал, вскинул руку и спустил курок. Грохнул выстрел. За ним еще один. Две пули попали Андрею Счастливцеву в живот. Я намереннно не стрелял в голову. Мне вовсе не хотелось убивать Светоча. Бронежилет должен был предохранить его от пуль. Но уже в следующее мгновение я понял, что он не надел бронежилет.
Я не видел, что происходит за спиной. А там архангел, наконец, извлек из ножен сияющий меч, и бесы кинулись врассыпную. Гавриил взмахнул клинком, рассекая бесплотные тела темных духов, и молнией ворвался в тело Светоча. Несмотря на ранение, вечный мент двигался стремительно, вскочил на ноги и бросился на меня. Пуля ушла в молоко, когда он прыгнул в сторону. А затем нанес мне сокрушительный удар в лицо. Я почувствовал, как с хрустом сломался нос, и опрокинулся навзничь. Спасибо рефлексам – пистолет из руки не выпустил. Но успел подумать: «Кажется, это конец!» Через пару секунд я смог ориентироваться в пространстве, приподнял голову и увидел, что меня пока рано списывать со счетов.
Андрей Счастливцев лежал на боку. Архангел покинул человеческое тело, его крылатый силуэт смутно проглядывал через серую рябь. Из сырой кладбищенской земли бесконечным потоком, распластав черные крылья, с протяжными стонами вырывались создания тьмы. Гавриил рубил их сияющим мечом, двигаясь с неимоверной скоростью, обращал в тлен и пепел, и все же, им удалось его задержать, не дать ему убить меня.
– Поднимайся! – рядом возник Кухериал. – Заверши начатое!
Я сплюнул, стер тыльной стороной ладони кровь с подбородка, поднялся. Архангел внушал страх, от его величественной фигуры веяло ужасом праведного возмездия, которое я, безусловно, заслужил. Поток падших созданий сделался значительно меньше, они уже не могли сдержать Гавриила. Он смотрел на меня, не отводя взгляда, сведя густые светлые брови над переносицей – я был для него основной целью.
Под ногами вдруг ощутимо дрогнуло. По земле побежала трещина, полыхнуло пламенем, и в огненный разлом полезло нечто с массивной головой и буйволиными рогами – на подмогу явился один из высших демонов. Поначалу меня порядком расстроила его медлительность, но когда архангел ударил рогатого мечом, клинок неожиданно наткнулся на выставленный кверху трезубец. Ноги Гавриила обвили длинные хвосты. Голова демона дернулась, рог ударил архангела в грудь, и он покачнулся, но на ногах устоял. Отмахнулся, разгоняя темных духов, застивших зрение. А демон продолжал карабкаться из недр земли. Ему явно кто-то мешал, не пуская в мир живых, но он прикладывал все усилия, чтобы выбраться на поверхность.
– Молох! Молох пришел! – заорал Кухериал в самое ухо.
Я понял, что в ближайшее время архангел не сможет мне помешать осуществить предначертанное. Настало время действовать.
Я оглянулся на Кристину. Она сжимала в руке острый загнутый клинок в форме серпа.
– Его должен убить ты… – проговорила она капризно.
Раненый в живот Андрей вовсе не собирался бежать, спасая жизнь. Он сидел на земле, и, казалось, вот-вот потеряет сознание. Под ним натекла целая лужа крови.
– Может, ты сама? – сказал я неуверенно. Что-то удерживало меня от последнего шага.