Чтение онлайн

Несмотря на спасенную репутацию, мужа Анна Аркадьевна не жаловала. Отчасти за кротость натуры – любимой супруге он даже сейчас, когда страсти молодости несколько поутихли, не мог отказать ни в чем. Второй причиной являлось пристрастие князя Величанского к сочинению сомнительного качества стишков и пьесок. Последние выходили из-под его пера с частотой – штука в месяц. Одну даже поставил в свое время королевский театр. Но шумного успеха постановка не имела.

В кабинет супруга Анна Аркадьевна вошла как обычно, без стука. Князь сидел за письменным столом, сочиняя очередную реплику и одновременно ковыряя гусиным пером в ухе. Реплика сочинялась плохо. Ковырялось хорошо.

– Что-то случилось? – спросил Иван Александрович растерянно. Он всегда терялся, если его отвлекали от работы.

– Случилось! – проговорила княгиня с нажимом, мягко закрыла за собой дверь, прошла и села в кресло. Иван Александрович понял, что разговор предстоит долгий…

Беседа с избранником дочери получилась весьма необычная.

– Нельзя ли узнать, молодой человек, кто ваши предки? – покашляв, спросил Иван Александрович. Было видно, что вопрос этот ему задавать в высшей степени неудобно, но Анна Аркадьевна так многозначительно смотрела на мужа, что не задать его он просто не мог.

– Я происхожу из обедневшего дворянского рода, – ответил Счастливцев. – Но происхождения я благородного, если вас это интересует. Мои предки еще при Иване Грозном занимали высокое положение.

– Это прекрасно, – оживился Иван Александрович.

Княгиня не разделяла настроений мужа.

– И что же вы не взлетели столь же высоко? Не хватает честолюбия? Или, может быть, таланта?

– Пожалуй, и того, и другого, – согласился жених и добавил вдруг невпопад: – А еще я мечтаю о воцарении всеобщей справедливости. Хочу, чтобы всем жилось хорошо.

– Хм, – только и смог сказать Иван Александрович.

– И поэтому вы пошли в жандармы, – заключила княгиня, – довольно странный выбор.

– Здесь нет ничего необычного, – с жаром заговорил Счастливцев, – мы, ведь, следим за порядком в столице. Делаем все, чтобы в Москве не было преступности. К тому же, я не на рядовой должности. Имею солидное жалование. – Одобрение не успело даже отразиться на лице Ивана Александровича полностью, как жених снова все испортил, объявив: – Так что возможностей для борьбы с преступностью и воцарения справедливости у меня много.

Ольга сидела рядом, опустив голову. Все эти слова она уже слышала не один раз. И отлично понимала, как их воспримет маменька. Как бред безумца. Молодой человек без состояния должен стремиться к тому, чтобы сделать карьеру, приумножить капитал. А Андрей Андреич одержим одной только целью – во что бы то ни стало добиться справедливости для всех. Ольга с ужасом представила, что было бы, если бы ее жених поведал сейчас то, о чем с жаром рассказывал накануне. Что, дескать, он живет на свете уже несколько веков, и все это время только и делал, что помышлял о борьбе с преступностью. Тогда, маменька несомненно сочла бы его опасным сумасшедшим, и постаралась выпроводить. Да и папеньке это тоже не понравится. Несмотря на добрейший характер, он попросит молодого человека удалиться, и больше никогда не показываться на пороге их дома.

– Может, у вас есть еще какие-нибудь прогрессивные идеи, молодой человек? – поинтересовался Иван Александрович, дабы скрасить возникшую неловкость. – Сейчас, знаете ли, многие молодые люди выдумывают всякое…

– А давайте лучше выпьем чаю, – предложила Ольга поспешно.

– Давайте. А за чаем я вам расскажу о своих прогрессивных идеях.

– Лучше не надо, – девушка взяла жениха под руку, увлекла в сторону и мягко пожурила: – Умоляю, не говори лучше ничего. Они у меня старых взглядов. И тебя не поймут.

– Я тоже старых взглядов, – прошептал Андрей, – причем, самых что ни на есть старых.

– Ну, вот, ты опять, – надула губки Ольга, – я же просила тебя больше так не шутить. Я не хочу выходить замуж за старую развалину.

– Ну, хорошо-хорошо, – устало согласился «молодой человек».

– Я распоряжусь, маменька, – сказала Ольга и выпорхнула из комнаты.

Наступила пауза. Жених, сохраняя почтительную позу, не прерывал всеобщего молчания, полагая, что все самое важное уже успел до них донести.

С чаем, впрочем, тоже не получилось.

Как только сели за стол, дверь распахнулась от сильного удара, и в гостиную буквально вбежал рыжеволосый человек с кавалерийской шашкой наголо. В нем Анна Аркадьевна с удивлением опознала француза, что сегодня утром приходил наниматься гувернантом к Сашеньке, ребенку старшей дочери. Вместе с рыжеволосым в комнату ворвался второй – страшный, с окровавленной повязкой на голове. В руке у него подрагивал ржавый пехотный штык.

Иван Александрович испуганно ойкнул, в таких переделках ему бывать пока не доводилось. Супруга напротив начала привставать, собираясь разразиться гневной тирадой. На ее счастье, жених младшей дочери оказался проворнее.

Андрей Андреич Счастливцев, отбросив стул, вскочил из-за стола и скинул сюртук. Под верхней одеждой обнаружилась кобура, а в ней длинноствольный пистолет. Рука жандарма, как кобра, метнулась к рукояти, и ствол в одно мгновение оказался направлен на француза. Тот даже не успел вскинуть клинок. Выстрел прозвучал оглушительно. Гостиную заволокло дымом. В белых клубах заметались фигуры. Послышались звуки ударов и громкие выкрики.

Вскоре дым рассеялся, и стало видно, что посреди комнаты стоит один только поборник справедливости, по-прежнему держа в руке оружие, а оба возмутителя спокойствия лежат на полу в лужах крови, вне всякого сомнения, мертвые.

Анна Аркадьевна спешно зашарила вокруг в поисках ридикюля, а поскольку таковой не обнаружился, грохнулась в спасительный обморок…

Свадьбу сыграли той же осенью.

Величанским и в голову не пришло, что парочка головорезов ворвалась в их дом с одной только целью – покончить со Светочем справедливости.

Архангел Гавриил счел, что семейная жизнь пойдет его подопечному на пользу. Так отцы часто думают о своих непутевых сыновьях – вот женится, остепенится, перестанет лезть на рожон и гневить бога.

Брак этот, и вправду, на долгое время примирил Светоча с действительностью, где по-прежнему царила несправедливость – разгул преступности и произвол властей. На Руси никогда не было спокойно.

А потом Ольга заболела и умерла…

– Как это умерла? – возмутился я.

– А что ты так на меня смотришь?! – вскинулся Кухериал. – Мы здесь совершенно ни при чем. Если бы она не умерла тогда, то все равно скончалась бы от старости. И вообще, я не знаю, может, это сами святые ее умертвили. Не хотели, чтобы переживала, теряя красоту и здоровье, в то время как ее муж остается таким же молодым и полным сил. Они на такое способны, уверяю тебя.