Вечный рассвет. Академия
Шрифт:
Моя собеседница недоверчиво хмыкнула.
За тузом последовала карта с человеком в серебряных доспехах, оседлавшим коня.
— Рыцарь жезлов. О-о-о, это любовь, я бы даже сказала, — страсть, стихия, способная все разрушить. Очень интересно!
— Что ж, деточка, — странная собеседница взглянула на меня, прищурив свои черные, как ночь, глаза, — ты смогла меня заинтересовать. Если хочешь, можем продолжить. — Мисс Кроул отодвинула ящик стола и достала оттуда прозрачный шар на красной подставке.
— Нет-нет, давайте потом, мне нужно позвонить маме.
Я взглянула на нее с надеждой и опаской. Неужели придется сидеть здесь до самой ночи?
— Хорошо, сейчас достану телефон, — мисс Кроул обреченно вздохнула и начала тихо бормотать:
— Где же он, только что был тут! Это все Берри! Вечно сует свой нос, куда не просят.
Она отодвинула верхний ящик и начала выгребать оттуда содержимое.
На стол полетели красный веер, статуя Будды, амулет от сглаза, синяя тарелка, потертый кошелек и голубое перо неизвестной птицы. Перо показалось мне красивым, и я протянула руку, пытаясь дотронуться до синеватого стержня.
— Не трогай! — Над моим ухом раздался звонкий голос миссис Кроул. — Это перо полуночного дрозда, оно смертельно опасно в это время суток! Особенно для людей!
Я, вздрогнув, отдернула руку.
— Вот он. — Мисс Кроул, поджав губы, поставила передо мной черный радиотелефон.
Где-то внутри возникло радостное предчувствие, и, сказав спасибо, я схватила трубку.
Мама ответила почти сразу, словно ждала моего звонка:
— Привет, мам!
— Нина? Почему не позвонила вчера? Я ведь так волновалась! Тебе нравится в Нортенвиле? Кормят хорошо? Ты тепло одеваешься, сейчас ведь жуткий холод?
Мисс Кроул, которая без ложного стеснения подслушивала, закатила глаза.
Я улыбнулась: до чего приятно было слышать голос родного человека!
— Все нормально, одеваюсь тепло и кормят вполне сносно. Еще я подружилась с одноклассником.
— Хм-м… Он симпатичный?
На миг я представила, как она стоит на кухне, помешивая поварешкой свой любимый тыквенный суп, тоска по дому навалилась с новой силой.
— Даже не знаю, что сказать, Стив упитанный, но дружелюбный.
Мама на другом конце вздохнула:
— Что ж, надеюсь, он не такой толстый, как песик миссис Бригс. В любом случае не переживай, может, встретишь кого-нибудь еще.
Услышав это, мы с мисс Кроул синхронно фыркнули, и администратор, позвякивая браслетами, красноречиво показала пальцем на серебристый циферблат настенных часов:
— Время, деточка, время… У меня еще куча дел!
После этого мы обсудили с мамой погоду, последние сплетни от миссис Бриггс (протестанты хотят открыть церковь на месте закрывшейся прачечной, Батон объелся вредных сладостей и мучился расстройством желудка), затем, поймав еще один недовольный взгляд мисс Кроул, я попрощалась с мамой и пообещала ей позвонить через два-три дня.
— Люблю и скучаю, — сказала напоследок Джанетта Райн и повесила трубку.
— Тебе пора на ужин, деточка. — Мисс Кроул демонстративно начала разгребать завал на столе. Я кивнула и, пожелав ей приятного вечера, уныло поплелась в столовую.
Стива там не было, поэтому пришлось есть одной.
Внутри разрасталось странное предчувствие вперемешку с беспокойством, словно в скором времени должно произойти нечто ужасное.
На часах было уже десять вечера, и я решила отдохнуть в своей комнате, а заодно еще раз посмотреть на карту Эрни.
Эвелин, похоже, веселилась где-то с подругами, и я, радуясь возможности побыть одной, легла на свою кровать, включив ночник. Затем открыла карту и начала внимательно разглядывать черный крест с надписью: «Комната, куда приходят ОНИ».
Кто они, Эрни? Что же ты все-таки узнал? От усталости слипались глаза, и где-то между сном и явью я услышала ворчливый голос:
— Аим Лерай скучает в своей тюрьме. Аим-Лераю нужен контракт, но никого рядом нет, одни хитрющие ведьмы, возьми их мрак! Ах да, и еще одна человеческая девчонка, но какой от нее прок! Жаль, что минули времена былой славы и священной войны, когда кровь лилась рекой, а мечи рубили головы. Аим Лерай помнит это время! Помнит и скучает…
Наверное, это был сон. В любом случае мне было лень открывать глаза, и я продолжила лежать, свернувшись калачиком и слушая завывания ветра за окном.
Постепенно к завываниям ветра присоединился топот чьих-то ног из гостиной, звонкий смех и кокетливый голос Арабеллы:
— Майкл! Да ладно тебе…
Стоп! Майкл? Откуда он в женской гостиной? Я резко открыла глаза и села на кровати. Похоже, поспать мне все равно не дадут.
В этот момент дверь в комнату отворилась, и меня чуть не ослепил яркий свет.
На пороге стояла Эвелин в короткой юбке и тонкой рубашке с рисунком в виде смайликов.
— Нина? Ты что спишь в такую ночь? Вставай! Сейчас ведь вечеринка самой Арабеллы! — Она схватила меня за руку и начала трясти за плечи: — Не будь букой. Там все веселятся!
— Подожди, — хрипло сказала я, — но ведь такие вечеринки под запретом. Громкая музыка после десяти, и парни в женской гостиной…
Эвелин рассмеялась:
— Пф-ф… Ну и зануда ты! Все запреты снимаются, если это вечеринка самой Арабеллы Ридели!
— Вот как, — я надела обувь и поплелась за соседкой, проклиная все вокруг.
Кто-то включил музыку, и на всю комнату зазвучала попсовая песня.
На диванах в гостиной сидели мои одноклассники. На столе стояли динамики и бокалы с подозрительного вида напитком ярко-малинового цвета.
Кучка подростков толпилась у балкона. В центре комнаты на двухместном диване расположились Арбелла и Майкл.
Они чокнулись бокалами, и по комнате разнеслось пронзительное «Дзынь».
Рядом с ними сидели и стояли одноклассники, словно пытаясь быть поближе к своим кумирам.
От всего этого шума у меня разболелась голова.
И тут я увидела, как мне машет рукой Стив. Он сидел рядом с камином в компании двух девчонок, одна из которых со скучающим видом слушала моего приятеля.
Красные волосы и карие глаза. Несомненно, это была Лиза. Мысленно пожелав Стиву удачи, я подошла к ним ближе.
Из динамиков доносилось: «Помни нашу малиновую любовь».
— Любо-о-овь, — нараспев произнесла Арабелла, передразнивая исполнителя.
За моей спиной раздался громкий смех и звон бокалов.