Чтение онлайн

— Да он же вас заворожил!

В это самое мгновение раздался негромкий мягкий сигнал, сообщавший, что к терминалам подходит корабль. Это было совершенно непонятно, потому что корабли нападения находились еще в двадцати минутах лета.

А потом сигнал звучал не умолкая, потому что непонятно откуда появившиеся корабли исчислялись уже десятками. И тут же некоторые из искорок, которые обозначали корабли нападающих, начали ярко вспыхивать, свидетельствуя о том, что поле отражения этих кораблей испытывает перегрузки. Между тем на пульте связи вновь замигал сигнал вызова. На этот раз экран включили, не дожидаясь распоряжения менеджера. Все увидели на нем боевую рубку какого-то корабля. И, без всякого сомнения, это был корабль людей. Фигура, стоявшая в центре изображения, была облачена в боевой скафандр неизвестной конструкции, казавшийся кусочком пустоты из-за напыленного на его поверхность слоя келемита. Шлем венчали какие-то отростки, похожие на рога, и вся фигура в доспехах напоминала какого-то древнего викинга из псевдоисторических боевиков. Все это выглядело бы гротескно, если бы как раз в этот момент за внешней обшивкой станции не шел ожесточенный бой. Фигура пошевелилась, и с экрана послышался негромкий голос:

— Говорит «Драккар». Больше не включать экран до конца боя. Алый князь обладает способностью заставить вас с энтузиазмом выброситься в открытый космос без скафандров. — Заметив возмущенные взгляды, человек пригрозил: — Если я увижу, что вы меня не послушались, то уничтожу передающий комплекс.

— И отключился.

Главный менеджер несколько мгновений созерцал вновь появившуюся на экране картину сражения, потом повернулся к главному инженеру:

— Послушайте, можно как-то различить, где кто? Главный инженер отрицательно покачал головой:

— Нет. Ведь у нас нет военной системы опознавания «свой — чужой», к тому же я сильно сомневаюсь, что этот образчик современного Ярла командует какой-то регулярной эскадрой. Хотя… — Он запнулся и наморщил лоб, потом повернулся к боковой консоли: — Эй, Дуг, а ну, проведи-ка селекцию отметок по времени обнаружения.

— О'кей, шеф.

Почти в тот же миг все искорки, обозначавшие корабли, окрасились в два цвета, а Дуг прокричал:

— Алые — это те, что появились первыми. Белые — ребята того Черного Ярла.

Главный инженер несколько мгновений всматривался в пляску искорок, потом тихо пробормотал, так что было слышно только стоящим рядом с ним:

— Поздравляю. Похоже, мы остаемся с людьми. У консоли связи удивленно вскрикнули:

— Сэр, мы остались без связи.

Итак, Черный Ярл решил подстраховаться, особо не надеясь на здравый смысл и послушание людей, находившихся на заводе. Но это было уже никому не интересно.

…Ив стоял у большого обзорного экрана и следил за круговертью боя на экране. Динамики его шлема были полны какофонией переговоров, скрипом зубов и крепкими выражениями. Короче, от такого беспорядочного шума нормальный человек давно уже перестал бы хоть что-то соображать, однако Иву он не казался беспорядочным. Забавно, но этот, уже невесть какой по счету бой, в котором он участвовал, совсем не напоминал ему предыдущие схватки. Он был скорее похож на то, что Ортега называл «фламенко на котировках». Так же, как и в разгар биржевых страстей, он чувствовал, что часть его мозга впала в какой-то странный транс, вовремя замечая при этом еще только намечающиеся ошибки и формулируя решения, приходившие как бы сами собой. Так же, как и тогда, он время от времени переключался на частоту какого-нибудь из кораблей и бросал короткие замечания, несколькими словами помогая капитану выпутаться из возникшей неприятности, и так же, как и тогда, неизвестно почему, капитаны реагировали на его распоряжения практически молниеносно. Может, все дело было в том, что он впервые участвовал в бою не как простой член абордажной группы, офицер управления огнем или даже капитан корабля, а как адмирал довольно многочисленной эскадры.

Он задумал этот рейд давно. В тот день, когда его мозг преподнес ему очередной сюрприз, который показал, что процесс, запущенный Творцом, не прекратился и он все еще продолжает изменяться. С некоторых пор он стал замечать одну интересную вещь: все, что он когда-либо слышал и видел на протяжении всей своей жизни, находится в его полном распоряжении. Он мог вспомнить дословно любой разговор, начиная от первой произнесенной им фразы: «Мама, пить!» — и кончая замысловатым ругательством, состоящим из двадцати одного слова, которое как-то выдал в припортовой таверне Пивной Бочонок. Больше он его ни разу не повторил, несмотря на все просьбы восхищенных слушателей. Он помнил все: количество пуговиц на мундире того центурия, которого одурачил в приемной Старого Упитанного Умника, щербинку на кубке кардинала Дэзире, он мог дословно воспроизвести даже обрывок фразы диктора, который вещал что-то с общественного экрана в порту Таира, когда он остановился возле него, чтобы поправить отворот ботфорта, хотя в тот момент все его внимание было поглощено абсолютно другими вещами. Похоже, Вечный в нем все еще продолжал развиваться. И вот однажды, когда он обдумывал свой план по захвату контроля над «Свамбе-Никатка файнэншл энд индастриал груп», в его голове всплыло воспоминание о нападении Врага на каронитовые заводы. Вернее, нападению подвергся только один завод, однако после проведенного позднее всестороннего анализа военные пришли к выводу, что это был великолепно организованный рейд, целью которого было лишить человечество как мощностей по производству каронита, так и обученного персонала. Если бы это удалось, то, вероятнее всего, мгновенно последовала бы мощная волна наступлений на миры людей, целью которой было бы уничтожение военных кораблей основных флотов. А производство новых из-за недостатка каронита было бы сильно затруднено. Так что в течение нескольких лет была бы сломлена вся военная машина человечества и Врагу удалось бы захватить столько миров, что дальнейшее сопротивление остальных утратило бы всякий смысл. Возможно, удару подверглась бы и сама Земля. В общем, это был прекрасный план, на первый взгляд исключавший всякую возможность поражения. Однако он провалился. И провалился потому, что у первого же завода рейдеры Врага встретила эскадра, состоявшая сплошь из свободных каперов, под предводительством того, кого впоследствии все стали называть Черным Ярлом. Причем никто не знал, как и почему они там очутились. Если, конечно, не предположить, что Черный Ярл узнал об этом нападении заранее. Ив немного жалел о том, что знает о том рейде очень мало. Но это произошло так давно, за много лет до рождения дона Ива Счастливчика, который, естественно, ничуть им не интересовался. Так что приходилось обходиться своим новым умом. К тому же этот рейд полностью укладывался в русло его стратегии по захвату контроля над «Свамбе-Никатка файнэншл энд индастриал груп», поскольку давал Иву блестящую возможность отлично сработать на падении акций заводов по производству искусственного каронита. Просматривалась великолепная схема: информация о том, что восстановлена добыча и переработка каронита на Рудоное, приведет рынок в состояние неустойчивости, а сообщение о нападении Врага на каронитовые заводы вызовет настоящий хаос. Акции «Копей Рудоноя» тут же взлетают до небес, а компании «Орбитальные каронитовые заводы» падают в преисподнюю. К тому же, как он узнал, Свамбе действительно временно изолировали себя от каналов новостей, а это создавало большую вероятность того, что Перье не успеет вовремя сбросить акции заводов и, поскольку в эти акции вложено почти пятнадцать процентов финансовых средств «Свамбе-Никатка файнэншл энд индастриал груп», ее акции также существенно скатятся вниз. Дальше шла заманчивая цепочка, ограниченная единственно тем, что количество акций «Свамбе-Никатка файнэншл энд индастриал груп», которые могли появиться на свободном рынке без санкции великой Свамбе, составляли лишь несколько процентов. Но Ив уже знал, как он обойдет это препятствие.

Пляска огней на экране немного изменила свой рисунок. Ив насторожился. Один из кораблей противника, до сего момента принимавший активное участие в сражении, вдруг начал выходить из боя и двигаться в сторону звезды. Ив быстренько провел ревизию своим наличным силам и силам Врага. Ни одна из отметок, обозначавших его корабль, не исчезла с экрана, хотя семь из них уже вышли из огневого контакта и оттянулись ближе к комплексу завода. По-видимому, они имели серьезные повреждения. У противника погасло около трети искорок. Судя по всему, эти корабли сейчас представляли собой светящиеся облака раскаленного газа и оплавленных обломков, быстро расширявшиеся во все стороны. А остальные были окружены двумя-тремя его каперами каждый. Внезапный удар есть внезапный удар. Он представил, как в узких коридорах меченосцев сейчас идет отчаянная рубка, и усмехнулся. Однако тот вражеский корабль, который начал выходить из боя, по данным комплексных сенсоров «Драккара», практически не был поврежден. Во всяком случае, он развил значительное ускорение, пытаясь оторваться от двух висевших на его хвосте каперов. Ив щелкнул пальцами, привлекая внимание Уэсиды, который в этом сражении исполнял обязанности капитана, и кивком указал ему на убегающего врага. Тот молча поклонился и, щелкнув переключателем, бросил в микрофон несколько коротких фраз. Резкое нарастание скорости выразилось в небольшой вибрации пола и ощущении мурашек, бегающих по коже. Ив поморщился. Новые генераторы силового поля были еще не до конца отрегулированы, и при таком резком возрастании скорости силовой каркас начинал едва заметно вибрировать, компенсируя гравимагнитные взаимодействия, которые в противном случае грозили превратить всех присутствующих в плотно спрессованные тонкие лепешки, налипшие на исковерканные обломки корабля. Поскольку ни один материал, используемый или созданный человеком, как и сама его плоть, не могли выдержать подобных перегрузок. Впрочем, по поводу себя самого Ив не был особо уверен, однако экспериментировать не собирался.

Они первыми из преследующих кораблей вошли в зону абордажа. Когда стало ясно, что остальные не успевают, на консоли связи настойчиво замигал огонек. Ив бросил раздраженный взгляд на пульт. Он уже понял, кто домогается его внимания. Мгновение спустя после того, как офицер системы коммуникаций подключил канал, на экране возникло лицо человека с огромным носом и маленькими злыми глазками. Этот человек был крайне раздражен:

— Послушайте, сэр, с каких это пор адмиралы ходят на абордаж? Вы собираетесь упереть мой приз прямо у меня из-под носа?!

Ив усмехнулся. Он знал, что из-за затемненного забрала его собеседник не увидит этой улыбки, а то мог бы закатить настоящую истерику. Этого типа звали Исайя Фробель, а его прозвище, естественно, было Дон Шнобель, и, возможно, именно по этой причине он терпеть не мог, когда его называли доном, хотя это слово уже было у всех в ходу, и именовал себя «честным американским капером». Его происхождение и гражданство были окутаны покровом тайны, который, впрочем, оставался, скорее всего, в неприкосновенности просто потому, что не нашлось желающих его развеять. Ив еще при планировании операции предположил, что с Доном Шнобелем будет немало хлопот, но каперов пока было еще очень мало, и поэтому он не мог пренебречь ни одним. К тому же дурной характер не самый большой недостаток благородного дона.

— Прошу прощения, мистер Фробель, но это МОЙ приз. И я очень не советую вам приближаться к нему, не столько даже из-за того, что сам собираюсь им заняться, а скорее потому, что это в ваших же интересах.

— Черта с два! — рявкнул Дон Шнобель. — Я уверен, что «краснозадый» находится на этом корабле. И тому, кто сможет выставить его пред очи объединенного командования, светит такая кругленькая сумма, что вы можете подавиться своим дерьмовым гонораром. Так что я не согласен, адмирал.

Ив понял, что с этим типом никакие разговоры не помогут, он упрямо лез прямо в пасть к Алому князю, которому не составит особого труда заворожить или просто уничтожить всю команду Шнобеля, да, пожалуй, еще два раза по столько. Поэтому он лишь удрученно пожал плечами, сделал знак прервать связь и, повернувшись к Уэсиде, показал рукой на экран. Тот понимающе склонил голову. Ив несколько секунд разглядывал изображение меченосца, вновь появившееся на экране, потом встал, не обращая внимания на смотревшего на него с тревогой Уэсиду, подал знак уряднику, который все время боя всегда находился у него за спиной, и пошел к ангару абордажного бота.

Когда до меченосца оставалось всего около ста ярдов, тот внезапно развернулся и приглашающе открыл шлюз. Бойцы недоуменно переглянулись. До сих пор они никогда не слышали о подобной любезности. Впрочем, много ли человек выжило после встречи с Алым князем? А в том, что на борту убегающего меченосца находится именно Алый князь, Ив нисколько не сомневался. Он усмехнулся, с легким шелестом вытянул из ножен шпагу и, буркнув себе под нос: «Этому сукину сыну сейчас придется сильно удивиться», повернулся к донам абордажной группы: