Чтение онлайн

Они только знай себе, вспыхивали, распадаясь от ударов звеньев. А другие, плотным кольцом окутывали воспарившего дракона. Он дохнул на них Ярым пламенем, но тщетно, их было слишком много, на место испарившихся, тут же пришли сотни других.

Они снова воссоздали форму сжимающейся сетки, с огромными, немилостиво врезающимися в плоть шипами, и чем больше дракон двигался, тем больше, они врезались в его тело. Дракон начал падать, но все еще пытался неуклюже парить, чтоб не рухнуть, и еще раз собрав все остатки сил, не смотря на невыносимую боль, дохнул огнем на Безтелесных, чтобы разорвать их цепь.

Цепь то разорвалась, но обезсиливший дракон продолжил падать.

— Даная! — в отчаянье воззвала я, к единственной, кто мог сейчас помочь мужу. И тут же почувствовала, как мой защитный кокон лопнул, у Огнеяра больше не было сил его питать.

Высшее Я — по некоторым утверждением, изначально, Всевышний Творец, отделяет для каждого из нас, часть своего света побольше — Дух, или же Высшее Я. Дух, должен пройти определенное развитие, познать, что есть хорошо, что плохо, что есть радость, что есть горе и т. д. и для этого он делиться на более мелкие части — Души. Которые для более быстрого набора опыта, одновременно направляются в разные миры и проходят там разные дороги, но дух, или Высшее я, у всех у них един. И задача каждой души, набираясь различного опыта, в конце концов, воссоединиться со своим Высшим Я, а потом уже высшее Я, с опытом всех своих душ, возвращается к Творцу.

Планида — судьба, участь, доля.

Даная появилась мгновенно, но не успела. Огнеяр, в образе дракона, уже тяжело рухнул вниз. Здесь сражалось лишь наши эфирные тела, но я все равно услышала хруст его костей.

Позабыв обо всем, я бросилась к мужу, но через пару шагов ударилась о невидимую преграду и отлетела назад. Я испугалась, что это удар силы от Михаэля, но тут же почувствовала на себе чей-то защитный кокон. Неужели Савгур, таки выполняет обещание?

Но нет, он был занят другим: подняв руки вверх, он выставил загораживающий экран для драконицы, он не хотел ее подпускать к сыну. она со всей силы била по прозрачной преграде, огромными и красивыми рубиновыми крыльями, но тщетно!

О, Боги! Как же я была зла на Савгура сейчас.

А ко мне шел Михаэль и, судя по его свирепому взгляду, ничего доброго мне ждать от него не приходилось.

— Лада, матушка! Защити! Убереги! — шептала без устали, как молитву.

— Скуй его огненной цепью! — крикнул свёкор. — Представь ее и кинь на него.

Но что-то пошло не так…

Вместо огненной цепи, на Михаэле вдруг появилась огненная сеть с шипами, навроде той, в какую воплотились безтелесные, чтобы побороть моего мужа. Дух дергался, но лишь шипел от боли, ранясь и теряя силы. От каждого его движения, сеть вокруг него сжималась все сильнее.

— Ты не можешь так со мной поступить! — рычал он в исступление.

— Ты ведь со мной смог, — роняя слезы, прошептала я. — Цепь исчезнет тогда, когда ты осознаешь, что был не прав и будешь готов пойти дальше. Вперед, к свету.

— Сколько лет спускался, столько же и подниматься будет, если конечно же не заупрямиться и действительно к тебе захочет побыстрее.

Савгур взмахнул руками и вокруг нас образовалась небольшая, каменная пещера с углублением в стене. Демон взмахнул рукой и Михала отнесло как раз в эту нишу.

— Вот так. Посиди, в тишине и покое, подумай, поразмышляй, — совершенно спокойно пел демон.

Дух больше не пытался сопротивляться, он весь дрожал, я чувствовала, что процесс осознания уже пошел, Пока, это все будет идти только через обиду, злость и ненависть ко мне и только одному Создателю известно, когда Михаэль их в себе изживет и перейдет на более высокие энергии.

— Я буду ждать тебя! — эти слова сорвались с моих губ сами собой.

Михал не удостоил меня даже кивком, я чувствовала его обиду на меня, он считал меня подлой предательницей. От этого стало неожиданно очень горько.

— Идем, дочка, — Савгур взял меня за плечи и вывел из пещеры.

— Что теперь будет с Безтелесными?

— Кто захочет подняться наверх — поднимется. Кто не захочет — отправится в пекло, на доработку.

Над нами открылось два портала. Из одного лился теплый, серебристый свет, из другого, холодный, синеватый. И большую часть тумана буквально втянуло во второй. В светлый портал, увы не влетело и двух десятков сущностей. Но, то их добровольный выбор, если еще не готовы принять свет, то просто сгорят в нем. В конце концов, мы все вышли из света Творца единого, чтобы набраться своих опытов и знаний, от самых низких, до самых высоких, и рано или поздно, мы все вернемся к изначальному свету Творца, но каждый в свое время, именно тогда, когда будет готов и не секундой ранее.

Выйдя из пещеры, я огляделась, но ни Данаи, ни Огнеяра уже не увидела. Наверное, душа Огнеяра уже поднялась выше, и они снова теперь вместе и рады этому. Огнеяр то уж точно.

С одной стороны, я была рада за мужа, в глубине души, именно этого, он всегда и хотел — поскорее воссоединиться со своей планидой. А с другой, мне до слез было жаль, что по — настоящему счастливыми у нас было всего несколько часов, хотя могло быть и куда больше.

— Доволен теперь? Отомщенным себя чувствуешь? — спросила, глядя в холодные глаза Савгура.

Слёзы невыносимо жгли глаза.

— Да, доволен, — кивнул он с легкой улыбкой. — Теперь мы все, сможем пойти дальше.

— Огнеяр говорил, что всю сегодняшнею ночь просил тебя о прощение. Почему ты не отвечал?

— Одно дело языком чесать, другое — делом доказать раскаяние, — Савгур говорил со мной с доброй улыбкой, словно давний друг.

— И все же, ему необходимо знать, что он прощен, он мучается виной, съедает себя ею изнутри.

— Теперь это уже не важно. Все начнется заново.

Слова демона резанули, словно серпом по сердцу.

— Что будет со мной теперь?

— Думаю, что нечего плохого. Возвращайся.

Савгур взмахнул рукой и снова меня ждал полет вниз, по сияющему коридору света и тяжелый, первый вздох.

Лежала я на большом, мягком ложе, не у себя. Не в Северных землях и не в Заполье. Лежала я одна. Огнеяра рядом не было.

Зато слева от ложа, стояла высокая, черноволосая женщина, в платье красивого тёмно — синего цвета, которое уже не могло скрыть ее скорое, приближение материнства. Сколько лет этой женщине, предположить было невозможно. От тридцати и до бесконечности, впрочем, как и у всех драконов. Женщина смотрела на меня очень внимательно, словно какую-то мою загадку разгадать хотела.

— Резко не вставай, голова закружится, — спокойным тоном предупредила она. — С детками, все в порядке, не тревожься.

Про деток, я и сама знала, а вот спросить про мужа, язык не поворачивался.

— Теперь ты все поняла про себя? Легче стало?

— Нет не все! Я никогда не пойму как отец не может простить своего сына, прекрасно зная, как он мучился виной все эти годы! — я горько всхлипнула, не удержав эмоций.

— Если строжит — не значит, что не любит. — с улыбкой, словно малому ребенку объясняла драконица. — Огнеяр сам должен был осознать, пережить, и отпустить свои чувства, свою тьму.