Чтение онлайн

Огнеяр отпустил их и свои темные чувства. Он смог!

Теперь эти ниточки стали светлыми, тонкими, говорящими лишь о том, что в одной из жизней, эти души были в кровном родстве. Нить с Савгурам, имела три узелочка, значит, вместе они прошли уже три жизни, от того и непросто у них все так, было что по карме расхлебывать. Но теперь все, Савгур удовлетворён тем, как сын себя проявил и отпустил его.

Теперь такая же тонкая нить от него тянется и ко мне и будет видна все следующие воплощения. Сейчас, эта ниточка была самой яркой и толстой из всех, что еще к нему тянулись.

— Все эти годы, все эти жизни, я копила силы, чтобы помочь тебе возродить расу драконов. Позволь мне это сделать и не оставляй одну.

Огнеяр из человеческой ипостаси, вдруг перешел в величественную драконью и в моей голове зазвучал его мощный голос:

— Я никогда тебя теперь не оставлю, Обавница из прекрасного Заполья! Хочешь ты того, или нет — теперь мы с тобой родные души и так или иначе, мы будем связаны из жизни в жизнь. — Судя по мягкому голосу, дракон ласково улыбался. — Иди ко мне. Иди прямо по воде, не бойся.

Я аккуратно сошла со своего островка и пошла прямо по невесомой воде, дракон поставил мне крыло, я взошла по нему и устроилась на его широкой и как не странно, мягкой спине.

— Не бойся! Ты не упадешь!

Дракон легко и совершенно неощутимо воспарил в тумане, а совсем скоро поднялся и выше него. Страха я не испытывала, поскольку чувствовала, что меня окружает его защитное поле.

Над нами взмыла краснокрылая драконица, зависла на пару мгновений и ушла в появившийся над ней луч света, рассыпавшись потоком блестящих искорок.

— Куда это она?

— Я, наконец, смог ее отпустить, и она ушла на новое воплощение. У нее тоже есть свои долги и свой путь, до нашей новой, не скорой встречи.

— А в следующей жизни вы тоже будете драконами?

— А это уж как заслужим, или как захотим. Посмотрим. Смотри вниз! Смотри, не бойся.

Я сдвинулась чуть ближе к мощной шее дракона и слегка свесилась вниз. Мы пролетали высоко, высоко над заснеженными Северными Землями, но сейчас там не было привычных вьюг, метелей и пасмурного неба. Сейчас над заснеженным краем ослепительно сияло солнце и потрясенные этим люди, высыпали на улицу и смеялись от радости как дети!

— Подумай об этих людях, и ты услышишь, о чем они говорят.

В моей голове дракон улыбался, я с удовольствием сделала, что он велел и в мою голову тут же полились десятки восторженных возгласов:

Солнышко! Яркое! Теплое! Ты помнишь, когда оно здесь было в последний раз? Видать знатно отогрела южная ведьма нашего владыку-то! Да пошлет им всевышний с десяток сыновей и дочерей не меньше! Да мира и лада на ложе и в быт! Тогда и нам всем неплохо будет.

Молится нам за кнесенку нашу каждый день надобно, шоб силов то ей хватало с Владыкой нашим лютым управляться, да сердце его каменное ежедневно умягчать.

А я и так молилася! Ой, молилася, надоело уж во тьме сидеть, да от холода трястися! Да и девка, аки ангел хороша! Жаль будет, коли пропадет!

Сердце мое сжалось до боли, растроганное словами этих людей. Я почувствовала, что ответственная. За каждого из них теперь ответственная, до конца дней своих. Они надеются на меня, и подвести их я права не имею!

А коли солнышко то выглянуло, значит и твари эти больше не придут! Знать одолел их наш Владыка, наконец!

Дошло до кого-то одного, и весь люд подхватил моментально:

Слава владыке и княжне его молодой! Слава!

Люди смеялись и плакали от счастья, а к нам потоком шла их энергия от здравниц и благодарностей. Шла и питала так, что хотелось прямо сейчас взять и создать из нее новый и самый прекрасный из всех возможных миров.

Раньше, я, бывало, задумывалась, как за сотни тысяч лет богам не надоедает нами править? Как они бедные не устают то? А теперь поняла, что устать от этой благодати невозможно! Напротив, ее хочется получать все больше и больше, а для этого, нужно стремиться, сделать жизнь твоих людей, все лучше и лучше. Так что скучать здесь некогда.

— Никогда раньше я не получал от них столько благодати и даже и подумать не мог, что это настолько приятно! — раздался в моей голове восторженный возглас Огнеяра.

— Больше никакой вины и цепляний за тьму, что осталась в прошлом?

— Никакой! Теперь только вперед! К свету и будь что будет!

— А будет то, что ты сам захочешь! Не забывай про закон свободы воли, дракон!

— А воля моя — любить тебя с утра до ночи, моя ведьмачка! Держись!

Дракон пошел на резкое снижение и нарочно приземлился в снежный сугроб так, что я, не удержавшись на его спине, скатилась под его гогот в моей голове, прямо в рыхлый снег.

— Ах ты, ящерица чернокрылая! — возмутилась я, безуспешно пытаясь выбраться из сугроба. — Ну, держись!

Скатала из рыхлого снега ком и швырнула мужу прям в глаз, в этот момент он уже начал переходить в человеческую сущность, не успел закрыться и я чуть от страха не умерла когда он вскрикнул а я увидела, что левый глаз его мгновенно опух и заплыл, на глазах у сотен столпившихся вокруг нас зевак, которые, все как один, так и охнули в ужасе.

— Я все исправлю! Честно! — затараторила я, пытаясь подняться.

— Уж постарайся, жена моя! — тихо, но очень страшно прорычал супруг.

Я неспешно встала и с удивлением обнаружила на себе теплое платье, вишневого цвета, впрочем, и муж голым не был, что сейчас и к счастью.

— На собаку перейди, а с собаки ветром унеси! На собаку перейди, а с собаки ветром унеси! — шептала, волнуясь и смущаясь. Вот хохма будет, если сейчас, при всем народе, разволнуюсь, и простой отёк с глаза снять не смогу.

Подошла к мужу и замерла, собираясь с силами, может же зараза и сам себя мгновенно исцелить, но специально этого не делает! Опозорить перед людьми хочет, как я его сейчас, хоть и не намеренно.

— В глаз плюнуть надо, тётенька! — раздался слева непосредственный детский голос, и все снова ахнули в ужасе.

Я не знала, понимает ли Огнеяр, что все происходящее сейчас, просто проверка для его сдержанности и поэтому поспешила загладить:

— Думаю, лучше поцеловать.

Привстала и коснулась губами опухшего глаза, хрюкающего от смеха Огнеяра.

— Плюнуть в глаз дракону, значит?! Буду знать теперь рецепт от всех недугов! Муж открыто захохотал, не сумев совладать с собой.