Ведьма философских наук
Шрифт:
— А ты дерзкой, не подчиняющейся правилам и колючей. А еще вокруг тебя все время крутились подозрительные лица мужского пола.
— Но-но-но, — помахала я пальчиком перед носом Айрида, но мой пальчик самым бесцеремонным образом был пойман и зацелован. — Они мои друзья и попрошу ничего такого не думать.
— Вот и Мирашан всего лишь готовила для меня зелье и следила за тем, чтобы Тьма не вырвалась.
Вот черт. А ведь Айрид действительно постоянно заставал меня то с Ланделином, то с Кларвином. И хотя для меня они исключительно друзья, со стороны-то все могло казаться совершенно иначе.
— Один-один, — кивнула я. — Но в сторожке больше спать не будем.
— Как скажешь, — улыбнулся мне Айрид.
Вот же. Почему он раньше так мало улыбался? Или я настолько была занята собой, что просто не замечала? Хотя нет, помнится, я один раз заметила и тут же наговорила ему гадостей.
Все же насколько я сама себя ограничивала, не позволяя себе доверять другим. Сейчас все мои чувства были словно оголены и это было прекрасно. Я наконец-то ощущала себя живой. А то, что будет дальше, неважно. Будут взлеты и падения — они неизбежны, потому как они и есть жизнь. Без тьмы нет света, и теперь это для меня была не только метафора.
— Пойдем, — потянула я Айрида к внешним воротам. Несмотря на все мое счастье, маленький жучок беспокойства по-прежнему сверлил меня и куда-то тянул.
За воротами нас ждал госрид.
— Грааз?! — удивленно воскликнул Айрид. — Тебе же нельзя здесь быть. Госриды очень чувствительны к чужой магии, — уже для меня пояснил Айрид, — поэтому стараются не залетать на территорию гор Равушар-Дан. Здесь слишком резко меняется магический фон, а для полетов это невероятно опасно.
Выглядел Грааз действительно не самым лучшим образом. Местами его белоснежные перья были помяты и вымазаны в земле, словно он не один раз падал, пока летел сюда.
— Его что-то сильно беспокоит, — прислушавшись, сделал вывод Айрид.
— А у меня ведь тоже такое странное чувство, словно мне куда-то надо, — призналась я Айриду в своем жужжащем жучке беспокойства.
— Это она зовет, — подошла к нам Тьма, — ей плохо.
Кому, Тьмуня не сказала, вернувшись в мое тело и лишь шепнув, что нам надо спешить. Айрид не стал сопротивляться, согласившись, что госрид не прилетел бы в самое сердце Равушар-Дан, не будь в этом острой необходимости, и, подхватив меня на руки, быстро поднялся на Грааза по выставленному крылу.
Лететь в объятьях Айрида оказалось намного удобней, чем самостоятельно. Впрочем, летели мы недалеко — всего лишь перелетели одну из гор, окружающих замок.
Дождавшись нашего спуска, Грааз сразу же улетел. Значит, ему действительно было сложно здесь находиться. Я же, едва ступила на землю, мгновенно узнала, куда попала. Именно здесь, возле этого странного озера я разговаривала во сне с цыганкой.
— Айрид, — позвала я своего невыносимого куратора. — Так откуда все же у тебя взялась та монетка?
— Ею расплатилась Шадина Манчи, бессменная глава Ковена Ведьм, за открытие перехода в горы Равушар-Дан для меня.
Я недоуменно повернулась к Тьмуне, материализовавшейся рядом.
— Я, между прочим, — надула пушистые щеки эта… вредина, в общем, — о его безопасности заботилась, ну и чуть-чуть воспользовалась твоими силами переноситься на любые расстояния и вернула его в академию, а он назад приперся.
— Я умею переноситься без порталов, как бабушка?
Тьма, все еще надув щеки, кивнула.
— А у главы Ковена случайно нет трубки, из которой сиреневый дым идет? — повернулась я уже к Айриду и тот тоже утвердительно кивнул.
Все понятно. По крайней мере, теперь я знаю, кто втянул меня в эту переделку.
— А это что за озеро? — спросила я, решив разобраться со своим сопровождением чуть позже, потому как жучок беспокойства уже чуть ли не весь череп мне сгрыз, а странное озеро тянуло к себе как магнит, но ученый во мне упорно твердил, что главное правило исследователя — не лезть голыми руками в непонятные жидкости и не пытаться сразу погладить неизвестных животных.
— Первозданная Тьма, — тихо ответила Тьмуня, неотрывно смотря на черную гладь озера. — Ей очень плохо, эта звезда обжигает ее, она хочет домой.
— Та самая, которую призвал мой дед Хадрок? — уточнила я.
— Да, — кивнула пантера.
— Темная энергия Прорыва? — недоверчиво покосился на Тмуньку Айрид. — Но этого не может быть, мы уничтожили ее еще пятнадцать лет назад, да и выглядела она совсем по-другому.
Тьма рассмеялась:
— Если вы ее уничтожили, то почему все эти пятнадцать лет в вашем мире то и дело появляются твари? Вы лишь выжгли прямой межмировой проход, да ее слегка обожгли. Поэтому она спряталась здесь, но ей плохо, вот она и зовет своих детей, чтобы ее забрали домой. И выглядит она по-другому, потому что спит.
— То есть, — уточнила я у Тьмуни, — если ее не вернуть в мир Черной Звезды, эрлы и дальше будут проникать сюда.
— Да, они инстинктивно идут на ее зов. Мы тоже слышим его, но для нас хозяин важнее.
— Ты сказала, что она спит, — продолжила я допрос. — А что будет, если проснется?
— Он видел что, — ухмыльнулась кошачья морда, кивнув на побледневшего Айрида.
— Неслышной поступью Судьба срывает тайны покрова. Закрыто сердце на покой разбудит тьму любой ценой. Вернуть порядок и покой сумеет только мир иной, — повторила я сами собой всплывшие в памяти слова пророчества. — Тоже слышал его? — спросила я тревожно глянувшего на меня Айрида. — Это Нимфа напророчила мне сразу после того, как ваша глава Ковена забросила меня в этот мир. Что ж, теперь я хотя бы последнюю строчку этого пророчества понимаю. Не вернем вот это, — я указала на озеро, — в ее мир, не будет здесь покоя и порядка никогда.
— Как ты собираешься это сделать? — напряжение в голосе Айрида зашкаливало, но я уже понимала, что выбора у меня нет. Цыганка отлично знала, кто я, и не просто так подгоняла меня.
— Воспользуюсь генами предков, — нарочито легкомысленно усмехнулась я Айриду. Что-то подсказывало мне, что быть даже не полукровкой, а четвертькровкой не так уж и хорошо для переноса Первозданой Тьмы через миры.
«Тьмуня, помоги», — про себя шепнула я Тьме быстро — так, чтобы Айрид не успел меня остановить, пока я шагаю в темные воды. Краем глаза я заметила, как его успела задержать Зараза. Бедная моя метелочка. Полуживая сама, в броне из Тьмы она все это время прижимала к себе остатки поломанной метлы Айрида. Он обещал восстановить ее по возвращению в академию, но увижу ли я это, я не знаю.
Айрид Далорос
Несносная, глупая девчонка! Что она наделала? Еще и Зараза, дурацкая метла, не дала мне ее остановить. Вот зачем она это сделала? Ведь можно же было что-то придумать. Придумали же мы, как замораживать тех же тварей. Может, и это озеро, пока оно в таком виде, можно было навечно заморозить.
Я смотрел на медленно колышущиеся воды черного озера и боялся отвести глаза. А вдруг? Какая-то совершенно иррациональная надежда все еще теплилась в груди. Потому что терять ее снова просто нет сил.