Чтение онлайн

Этого не случится.

– Красивая подвеска, – отмечает Афина.

– Подарок сестер.

Надеюсь, мой ответ не показался нервным, иначе выдам себя.

– Можно размять ноги? До церемонии есть время.

– Да, – отвечает ничего не подозревающая Афина. – Мой отец должен прибыть с минуты на минуту.

Машу сестрам и наконец выхожу из комнаты. Из-за укладки и платья предпочитаю не спешить. Только когда оказываюсь в холле, замечаю, как низко находится солнце. Уже так поздно! Дом почти пуст, все гости на улице. Поэтому направляюсь на кухню, надеясь встретить Зельду, но не нахожу ее. Странно. Должно быть, Зельда перенесла основную часть производства на улицу. Кухня, лишенная привычных запахов и беспорядка, почти угнетает. К счастью, дверь широко распахнута настежь, и из нее доносятся далекие голоса. Прислоняюсь к раме и делаю вдох.

Биение сердца не перестает отдаваться в груди и висках. Я ничего не слышала о Деймосе с тех пор, как сбежала из бара. Не знаю, как он это воспринял и поменял ли отношение ко мне. Я хотела бы поговорить с ним до церемонии, но уже слишком поздно. Да и что скажу? Что ему больше не нужно опасаться отказа, ведь я полна решимости выйти за него замуж? И хоть меня успокаивало, что община по большей части не знает истинную цель брака, мне все еще трудно солгать Деймосу.

– Не знаю, о чем думал твой отец, когда доверил Деймосу заключение мира.

Имя суженого и обеспокоенный тон привлекают внимание. Не решаясь выйти наружу и боясь разочаровать Афину, наклоняюсь. В цветущем саду уединилась пара. Мужчина – очень высокий и мускулистый. Он похож на Деймоса песочно-белым цветом лица и светлыми волосами, с той лишь разницей, что они коротко подстрижены. Одинаковы они и суровым выражением лиц. Мужчина одет в красную античную тогу, перекинутую через левое плечо и открывающую вид на впечатляющую мускулатуру: большие грудные мышцы, накачанные руки, испещренные шрамами… Он – физическое воплощение бога!

Женщина рядом с ним, чей голос я слышала, заметно расстроенная и скрестившая руки, подтверждает догадку: Арес, бог войны, и Афродита, богиня любви. Должна признать, богиня роскошна. Кожа цвета сладчайшей карамели, густые черные волосы, свободно ниспадающие на спину и на изящные плечи. Повязка на голове, усыпанная драгоценными камнями, открывает лицо, являющееся олицетворением абсолютного очарования: большие черные глаза и ярко-красный рот. Ее фигура далека от современных стандартов красоты: тонкая талия, но полные бедра и сладострастие в изгибах. Выпрямляюсь и отвожу взгляд, сердце начинает биться чаще. Афродите удается смутить кого-либо даже на расстоянии, будучи одетой в легкий белый пеплум.

– С тех пор как закончилась война с Гекатой, Деймос стал игрушкой отца, – рычит Арес. – Только и делает, что следует всем приказам Зевса.

– Он опозорил нашу семью, а теперь вступает в брак, чтобы угодить Зевсу.

Тон Афродиты повышается, слышу, как Арес шикает на нее, боясь, что кто-то услышит. Бросаю на них еще один взгляд. Бог войны держит в объятиях супругу, но она все еще выглядит напряженной. Он гладит ее по затылку, упираясь подбородком в макушку. Есть что-то прекрасное в том, как они поддерживают друг друга. Не очень понимаю, в чем они обвиняют сына, но, кажется, выглядят сплоченными.

– То, что он сделал со своим братом…

– Не зацикливайся на этом, моя Нимфия. Не здесь.

О чем они говорят? Сначала их разговор вызвал любопытство, но теперь беспокоит. Что Деймос мог сделать с одним из братьев? Настолько серьезное, чтобы отдалиться от семьи и отправиться на службу Зевсу. Он говорил, что в долгу перед повелителем богов, имеется ли здесь связь? Родители Деймоса, похоже, винят его так сильно, что используют слово «опозорил». Что же произошло?

– Что ты делаешь?

Вздрагиваю от неожиданности. Гармония в облегающем платье-футляре из змеиной кожи стоит прямо за моей спиной. Прижав руку к сердцу, срываюсь с места и осторожно обхожу ее. Не стоит дразнить ее и паниковать. Гармония смотрит на меня в ожидании ответа.

– Ничего, просто прогуливаюсь, – отвечаю с улыбкой.

– Я рада, что ты станешь моей невесткой. Психея, жена Эроса, слишком счастлива для меня.

Прекрасно. Значит, и Гармония считает счастье отвратительным.

С другой стороны, это означает, что я не пышу счастьем. Но сегодня я не должна выглядеть измученной. Я должна расслабиться и создать впечатление, что союз меня полностью удовлетворяет.

– Знаешь, я нервничаю. Как все невесты в самый важный день.

– В этом нет ничего удивительного, ведь ты собираешься стать частью дома Геры и Зевса, Афродиты и Ареса.

Киваю, продолжая улыбаться. Я уже знаю родословную Деймоса. Мысленно благодарю Гармонию за то, что она снова нагнетает обстановку.

– Я рада, что ты здесь. Гости собрались снаружи и тебе стоит выйти к ним.

Лихорадочно пытаюсь придумать, как вежливо попросить ее оставить меня в покое. Но Гармония не сводит с меня глаз, играя крупными золотыми бусинами на ожерелье.

– Зевс пока не явился.

Она запинается в середине предложения и отводит взгляд, когда имя повелителя богов слетает с ее губ. Не могу понять, что это: уважение, страх или ненависть. И как по воле случая, раскат грома возвещает о приближении верховного бога. Гармония вытягивает руки вдоль тела и сжимает пальцы в кулаки.

– Никогда не оставайся с ним наедине, – шепчет она, перед тем как уйти.

Сестра Деймоса пугает. Она непредсказуема и жестока. Что она пережила, чтобы стать такой? Ведь ее привязанность к братьям кажется искренней.

– Элла! – зовет Афина, за ней следуют мои сестры.

Она разворачивает сотканную вуаль и подходит ко мне, напоминая охотника с сетью, готового наброситься на добычу. Позволяю покрыть себя вуалью. Семья моего жениха выглядит опустошенной тайнами и ранами, в то время как моя всегда готова оказать поддержку. Вуаль скрывает меня до талии, легкая как перышко. Все становится красным. Богиня берет меня за руку и выводит из дома, сестры сопровождают нас.

Не знаю почему, думаю об отце. Едва слушаю Геру, стоящую за мраморным алтарем, принесенным богами, в эффектном одеянии из павлиньих перьев и роскошной диадеме. Она разжигает огонь в толстой бронзовой чаше, бросая в нее цветы и травы. Ее голос пронзителен, мне он кажется неземным. Пока Гера занимает центральное место на сцене, Зевс стоит рядом. Безупречная туника, электрические волосы увенчаны золотым лавром. Поляна усеяна цветами – осень в самом разгаре. Над нами кружатся огни, лепестки медленно падают с неба, собравшиеся внимательно слушают, окрашенные в оранжевый, почти розовый свет заходящего солнца. Все роскошно и красочно.

А я продолжаю думать об отце. И осознаю почему. Однажды он сказал фразу, которая осталась со мной, хотя тогда показалась тривиальной. Он с нетерпением ждал возможности присутствовать на важных событиях в моей жизни. Без дара мне оставалось представлять себя в будущем, которое будет следовать его обычаям, обычаям людей. Он рассказывал мне о «первом танце отца с дочерью», о том, как «поведет меня к алтарю», о том, как «подружится с зятем»… Слова были немного необычными, но они сближали меня с ним и заставляли его улыбаться.