Чтение онлайн

— У меня нет данных.

— У тебя достаточно этих данных, не надо скромничать. А я так вообще за разнообразие.

— Я слишком стеснительная.

— Опытный партнёр — и стеснительность тает, как снег.

— Я… Я боюсь, — прошептала Маша, понимая, в какую ловушку её гонят, но туда попадаться никак нельзя.

— Неужели я такой страшный? — игриво поинтересовался Дерек. — Посмотри на меня. Посмотри, это приказ.

Маша осторожно подняла голову и заглянула в глаза демону. О да, тот, кто прикрывался именем графа, знал, что его боятся. Он сам старательно этого добивался, потому правильного ответа практически не было.

— Я — простая деревенщина, необразованная… Я просто не достойна быть рядом с вами, — тихо ответила девушка.

Дерек откинулся на спинку кресла и рассмеялся, отчего Маше стало немного жутко. Успокоившись, он снова внимательно посмотрел на девушку.

— Ну что, кукла, а теперь вернёмся к твоему проступку. Рассказывай, что случилось, пока я в настроении.

— Да, конечно, — Мария опять склонила голову. — Я предложила вам показать, как играю на инструменте. Вы смилостивились и попросили девушек выйти, чтобы они меня не смущали.

— Они тебя смущали? — сыронизировал Дерек.

— Я боялась ошибиться на своём первом выступлении перед своим господином. Да я вообще недавно в замке работать начала, никого тут не знаю, защитника не имею. И… опыта нужного у меня нет, вот я и стеснялась. И судя по всему, вы очень мудро поступили, прогнав свидетелей из комнаты, мой позор слышали только вы. И вам точно это не понравилось, потому что в какой-то момент бросили в инструмент шар огня. А меня сдали охране и велели наказать плетьми, может быть потому, что я посмела уклониться.

— Что-то я не помню этого, — нахмурился граф. — Давай детали. Что именно ты со мной сделала?

— Я не хотела вам вредить, честное слово, — девушка старалась говорить так, чтобы в её ужас и раскаянье верили, при этом сейчас нельзя было использовать даже каплю магии, вдруг её почуют. — Я не знаю, что точно случилось. Я просто играла и, видимо, задумалась. Порой я дома начинаю подпевать самой себе, когда заучиваю мелодию, и иногда уже это делаю не осознано. Может быть, я нажала не на те клавиши, а может, вам слова не понравились или голос мой пел фальшиво. Я обещаю, больше никогда не буду играть. Я случайно!

— Что именно ты пела? — не отставал граф, его не устраивала эта ситуация, а собственная амнезия тем более.

— Мне обязательно напеть? — прошептала девушка.

— Можешь просто сказать, — зло сказал Дерек.

Маша сделала паузу, как будто задумалась, а после тихим голосом зачитала:

— Любить тебя словно сон. Мираж, что исчезнет в ночи. Вижу тебя лишь в толпе, а так хочу ближе быть. Скажи мне имя своё, открой мне свой секрет. Смогу увести тебя за собой, не узнаём мы горя и бед… Только последнюю строчку я не успела допеть, после «секрета» вы разозлились.

В комнате повисла тишина. Мария сидела на полу, не смея поднять глаз. Ей не надо было притворяться, волнение так и било девушку, но больше она ничего не могла сделать. Дерек же задумчиво прокручивал слова девушки в голове. О да, теперь он понимал, что могло так разозлить демона, но почему простая песенка его заставила спалить инструмент, а после всё забыть — тут следовало хорошенько покопаться. А значит — девчонку надо держать поближе к себе. Очередной оценивающий взгляд, и улыбка сама расплылась на лице мужчины.

— Встать, — ровным голосом сказал он девице, хотя внутри уже зрело предвкушение будущей игры.

Мария покорно встала, вариантов у неё не было.

— Подойди ко мне.

И снова она покорно выполнила приказ, хотя ноги дрожали, мало ли что пришло в голову этому демону в человеческом теле. Стоило ей приблизиться, как Дерек поднялся с кресла и медленно обошёл свою жертву, остановившись у неё за спиной.

— Знаешь что, моя маленькая пианистка, — прошептал граф проникновенным голосом, — Мне всё равно не особо нравиться то, что я вышел из себя, даже если ты обещаешь больше не петь и не играть. Думаю, мне надо присмотреть за тобой, но наблюдать — это так скучно. А потому, моя дорогая, думаю я стану твоим учителем.

— Учителем? — Маша вздрогнула.

— О да, — прошептал граф и сделал шаг вперёд, прижавшись к израненной спине, чем вызвал стон. — Ты вся такая неуверенная, не ценишь себя, а я не могу допустить, чтобы алмаз не стал бриллиантом. А ещё ты такая… странная. — Странная? — удивилась Мария, на миг забыв, что не надо выходить из образа, но на её счастье, мужчина видел затылок, а не лицо. — Тут все бояться меня, в первую очередь. А ты больше испугалась опозориться перед какими-то… дамами. — Вы — господин замка и его окрестностей, — тут же ответила девушка, возвращаясь в роль запуганной служанки. — Он вас ничего нельзя скрыть, даже плохую игру. А если бы они узнали, как я опростоволосилась, слухами бы весь замок оброс. Я бы сгорела от стыда и уволилась, а ведь толькоздесь устроилась, не хотелось бы потерять своё место.

— И ты не думаешь, что это странно? — прошептал мужчина, отчего девушка вздрогнула весьма натурально. — Ты сейчас в пыточной комнате, наедине с самим графом, но продолжаешь бояться… слухов?

Руки мужчины обняли девушку за талию, тем самым прижимая к себе и причиняя дополнительную боль. И это ещё повезло, что её раны были обработаны мазью, это немного притупляла ощущения.

— Знаешь, с такими ранами за спиной нужен уход, — голос графа стал нежным, чувственным, ласкающим, его дыхание запускало мурашки по коже, хотя он всего лишь нагнулся, чтобы шептать на ухо своей жертве приговор. — Раз уж я тебя так наказал, видимо, мне придётся взять на себя и заботу.

— За-зачем? — Маше потребовались все силы, чтобы не дёрнуться прочь, эти обещания пугали.

— Ну, сейчас тебе будет очень неприятно лежать на спине, — задумчиво выдал граф, при этом он чуть отстранился, но ровно настолько, чтобы пальцами одной руки пройтись по ране, вторая всё так же удерживала добычу в объятьях. — А если ты ещё начнёшь дёргаться от ритмичных движений, можешь запачкать кровью мне простыню. Если тебя перевернуть на живот, тогда я буду наблюдать твои раны и отвлекаться на них. Или вдруг я прижмусь к тебе всем телом, такой разгорячённой, чуть вспотевшей от страсти, а ты меня запачкаешь своей кровью, опять грязь. А ещё ты будешь стонать, но не так, как я хочу. Стоны боли и стоны удовольствия — знаешь, они порой хорошо гармонируют между собой, но я предпочитаю сам выбирать, что слышать. Да и боль лучше тогда, когда она свежая, одномоментная, показывающая, кто тут хозяин положения. Я хочу сам причинять боль, а не любоваться чужим творением.

— Прошу, не надо, — взмолилась Маша.

— Ну что ты разволновалась? — Дерек довольно улыбнулся. — Ты просто не знаешь, о чём говоришь. Боль — часть жизни. И в малых количествах она приносит удовольствие, экстаз, усиливает и влечение, и желание, объединяя людей в таких простых, но таких умопомрачительных чувствах. Скажи, ты уже познала мужчину? Видимо нет, потому что тогда бы знала, что первый опыт проходит через боль. Зато потом она проходит, и ты начинаешь испытывать то, что никогда раньше не испытывала. Женщина и боль — вы не просто созданы для неё, вы приспособлены переносить её, а потому она порой вызывает у вас самые разные эмоции. И я собираюсь тебя познакомить с этой частью женского удовольствия. Нет ничего лучше отдаться своему мужчине в полное подчинение, чувствовать, как он до боли входит в тебя, буквально вбивается, тем самым показывая силу своего желания. Женщина должна быть покорна, и я обучу тебя покорности. Женщина должна приносить мужчине удовольствие, и я научу тебя этому. Женщина должна стонать так, чтобы её было слышно на весь замок, и я заставлю тебя стонать, вне зависимости от того, что именно вызывает твой стон. Любишь играть на инструменте? Что ж, я тоже. Только мой инструмент гораздо тоньше в настройках.