Ведьма Минари
Шрифт:
Вернувшись домой, Вирт сорвал последние обрывки магической паутины, наложенные ранее магом — дознавателем, чтобы не выпускать его из дому и еще раз проверил магическую связь, которую он установил между ним и Минари. Убедившись, что энергетические потоки не повреждены и свободно проходят через пространство, он успокоился; теперь он всегда будет знать, в порядке ли она и сможет быстро прийти на помощь. Оставалась последняя задача — разобраться с выдвинутым против Минари обвинением в воровстве. С тех пор, как он увидел ее ауру, он ни секунды не сомневался, что она не виновата. Но у них в империи воровство считалось серьезным преступлением, и она могла запросто вылететь из Академии, поэтому, он решил сам взяться за это дело. Спустя несколько секунд он уже входил в кабинет Лорда — Дознавателя главного магического сыскного управления.
— Вирт, случилось что-то из ряда вон выходящее, что ты явился лично. Ты принял предложение императора, и теперь ты мой непосредственный начальник.
— Здравствуй Мал. — Вирт пожал руку старому другу. — Не совсем.
Лорд — дознаватель встал и подошел к закрытому шкафу, провернул ключ и вынул грубоватую бутылку.
— Ты знаешь, я никогда не пью на работе, но ради такого гостя… Оркское, — многозначительно кивнул он редкое в их краях вино.
— Ну, наливай.
— Тут у нас в управлении слушок один прошел, — осторожно начал он выпытывать, когда вино было разлито и опробовано, — будто бы ты боевое заклятие к студентке какой-то применил.
— А откуда слушок? Уж не молодое ли дарование, маг — дознаватель 6 ступени господин Лапир рвение проявил?
— Значит правда?
— Правда. — Вздохнул Вирт.
— Да ты с ума сошел! Умерла?!
— Если бы умерла, я бы тут с тобой так спокойно не разговаривал.
Лорд — дознаватель слегка расслабился и откинулся на спинку кресла.
— Так… А что же ты от меня хочешь? Уж что-что, а уговорить девушку забрать заявление ты и сам в состоянии.
— Я по другому делу пришел. Вернее по ее делу, но повод другой…
— Хм, ну ладно, тогда рассказывай…
Громкий стук в дверь прервал разговор двух старых друзей и господин Мал крикнул.
— Входите!.. Долг службы, Вирт, — обернулся он к другу, — подожди минуту.
На пороге возник следователь Лапир, за спиной которого маячили Куног с отцом.
— Ой, — пискнула Куног, — магистр Вирт, а что вы тут делаете?
— Вас дожидаюсь, Куног. — Ответил Вирт, нисколько не смутившись.
— Да? А зачем? Мы вообще-то тут по частному делу…
— А я в курсе. — Он встал. — Так сколько, вы говорите, золотых у вас Миари Суок украла, Куног?
— А откуда Вы знаете? — Удивилась гномка.
— А меня любезно просветил господин Лапир. — Он кивнул в сторону мага — дознавателя.
— Да?.. А мне скрывать нечего. — Задрала она нос. — Тысячу золотых!
— Да? А почему не миллион, Куног? Как-то у вас странно с арифметикой дела обстоят.
— Что-то не слышу я в вашем голосе почтения, уважаемый — пробурчал Тарог.
— А кого здесь уважать? Уж не вас ли?
— Именно!!! Глава рода великих Тарогов, к Вашему сведению.
— Да я понял уже. И вы что, своей дочери верите, господин Тарог?
— Я таких гнусных намеков терпеть не намерен!
— А я вот не верю. — Спокойно сказал Вирт. — Подойдите ближе, Куног. Надо и правду когда-нибудь рассказать…
— Не бойтесь, Куног. — В глазах Лорда — дознавателя появился азарт старого сыскного пса. — Вы в надежных руках. Лучше чем магистр Вирт заклинанием развязывания языка у нас в империи никто не владеет…
— Таки опозорила!!! Додумалась! — за эльфами бегать!
— Баааатюшка. — Выла Куног.
— Батюшка?!!! Я не посмотрю, что ты выше меня вымахала, так врежу, на всю жизнь, запомнишь, как отцовские деньги мотать. ДВА золотых, это ж додуматься — ДВА золотых за его вшивую волосину отдала!
Хряц — тяжелая гномья рука вкатила звонкую оплеуху.
— Ааааа! — Заревела гномка.
— А я тоже хорош, дурак старый, нашел куда отправить. Говорили мне, говорили, чем они в академиях этих занимаются. Так нет же, бес попутал, пущай думаю ребенок благородное воспитание получит. Отблагодарила отца, нечего сказать — кобыле ногу куют, а жаба и себе подставляет. Все. Конец. Собирай шмотки! Домой поедем! Нечего тут больше штаны протирать. — Тарог схватил упирающуюся дочь за руку и поволок к выходу.
К вечеру стало подмораживать и мы с госпожой Клеей затопили камин. Я накрыла на стол, когда она сказала, глядя в окно.
— Кажется, к нам идет господин ректор, откроешь дверь, Минари?
— О, да ты, я вижу, совсем поправилась, ну, молодец. — Сказал ректор с порога.
— Да, господин ректор, спасибо Вам.
— Мне то, за что?
— Ну, что Вы! Я Вам с госпожой Клеей так благодарна, Вы обо мне так заботитесь.
— Если по правде — не мы одни. Вон господин Кагг даже цвет Одолень травы не пожалел, а Тильдениэль и Келебриан кровью своей поделились.
Я выпала в осадок — цвет Одолень травы! Да учитель Кагг с него пылинки сдувал, он же с ним, как с ребенком разговаривал, это ж самая его большая ценность была. А эльфья кровь — это вообще больше на сказку похоже, у них же это преступлением считается — с другим народом кровью поделиться, за это могут из рода исключить.
— Я их тоже поблагодарю, господин ректор, обязательно. Я всем Вам так благодарна. Если бы не Вы, я бы уже умерла.
— Это не совсем так, Минари.
— Нет, нет я точно знаю. Господин Кагг — он же герой! Если бы он тогда не успел, меня бы уже похоронили.
— Он не успел, Минари.
— Как? — Растерялась я.
— Это то, о чем я хотел с тобой поговорить; может присядем?
Присесть и правда не мешало, после того что я услышала, ноги почему-то не держали.
— А почему же я тогда не умерла?
— Я не знаю, Минари. Тебя каким-то чудом спас магистр Вирт. Ты, разве, не помнишь ничего?
— Что?! Нет… Я помню, как магистр Вирт разозлился и как учитель Кагг кричал и еще вспышку, а потом уже как в лазарете очнулась… А зачем он меня спас, если убить хотел?
— Понимаешь, Минари, все не так просто. Магистр Вирт — он сложный человек и у него не самый легкий характер, что-то произошло в тот день, что он настолько вышел из себя, но потом раскаялся и помог тебе.
Я молчала и с сомнением смотрела на ректора.
Чтоб Вирт раскаялся? Да скорее в лесу последний единорог скопытится. Но больше всего поразило другое — это ж какой магический резерв нужно иметь, чтобы человека, пораженного боевым заклятием, с того света вытащить. Нет, все-таки я правильно делала, что держалась от него подальше. А теперь лучше вообще не высовываться, если жива быть хочу.