Чтение онлайн

Пачкуля тяжело вздохнула. Она скучала по своей пыли, паутине и маленьким черным чешуйкам. Раньше в процессе зельеварения у нее всегда были пыль, паутина и маленькие черные чешуйки. В доме должныбыть пыль, паутина и маленькие черные чешуйки! Она к ним так привыкла.

— Мошно сменять лапу?

— Нет!

Пачкуля в раздражении ткнула пальцем в раскрытую поваренную книгу бабули Малодур, распластанную на кухонном столе.

— Нет. Здесь черным по белому сказано: «Использовать только левую руку». Мы должны строго следовать инструкции, иначе ничего не получится.

— А пошему метла не помогать? — надулся Хьюго.

— Потому что я оставила ее сторожить снаружи. Если кто появится, она даст три громких предупредительных удара в дверь. Незваные гости нам ни к чему, или я не права?

— Уфф. Натеюсь, мои труты того стоят, — вздохнул Хьюго. — А втруг зелье не сработает? Сама понимаешь, рецепт устарефший…

— Ты что, еще не понял? Это же Эликсир желаний бабули Малодур, Хьюго! Бабулины зелья всегда срабатывали, понимаешь ты? Всегда! А если оно не сработает, виноват будешь ты. Потому что локон надо было срезать ровно в полночь, и вообще…

Договорить она не успела, потому что в это время раздались три громких предупредительных удара в дверь. От неожиданности Хьюго подпрыгнул на месте, выронив из отекшей лапы тяжелый нож и просыпав часть уже нарезанного локона. Пачкуля схватила железную крышку и быстро нахлобучила ее на котелок со своим незаконным зельем.

— Это она! — в панике пискнул Хьюго. — Чепухинда! Доигрались! Она нас застукать! Что будем делать?

— Запудривать мозги, — не растерялась Пачкуля. Одной рукой она молниеносно спрятала бабулину книгу под диванной подушкой, а другой проворно распылила по дому добрую половину баллончика с ароматом пахучей розы.

И тут из-за дверей раздался голос.

— Эй, Пачкуля, ты дома? Не бойся, это всего лишь я, Шельма.

Испустив вздох облегчения, Пачкуля ринулась открывать дверь. На пороге и впрямь стояла Шельма. По всей видимости, она прилетела на всех парах, потому что с ее метлы пот лил ручьями. В одной руке Шельма держала дамскую сумочку. В другой — большой, ароматный, еще не успевший остыть домашний кекс с плесенью. Пачкулина метла стояла у нее на пути, уперев в бока тонюсенькие ручки, и не давала пройти.

— Привет, Пачкуля, — поздоровалась Шельма и протянула подруге кекс. — Скажи, наконец, своей глупой метле, чтобы убралась с дороги. Я принесла тебе кекс в знак примирения. Чуешь, с пылу с жару!

— Шельмуся, свет моих очей! Проходи же, проходи скорей! — воскликнула Пачкуля, которая всегда рада была принять предложение о дружбе. И прилагавшийся к нему кекс, разумеется. — Ты даже не представляешь, как я счастлива тебя видеть! Эй, метла, а ну сию секунду прочь с дороги моей подруги Шельмы!

Пачкулина метла обиженно отступила в сторону и прислонилась к стене хибары. Шельма приткнула рядом с ней свою, и метлы принялись тихонько тереться друг о друга щетиной, что на их языке означало заговорщическое недовольное перешептывание.

— Заходи, дорогуша, — пригласила Пачкуля подругу в дом, принимая кекс. — Полагаю, ты пришла, чтобы все загладить?

— Нет, я все погладила еще до того, как идти к тебе, — объяснила Шельма. — Разве незаметно?

Конечно, это было заметно. Шельма, как всегда, выглядела безупречно. Отглаженный костюм без единой морщинки, накрученные волосы, напудренные щеки, длиннющие накладные ресницы из паучьих лапок и щедрый слой свекольной помады на губах.

— Но если ты имела в виду наши отношения, то да, я пришла загладить свою вину, — добавила она. — Я решила заново простить тебя, Пачкуля. Я все обсудила с Дадли и пришла к заключению, что Рональд виноват в испорченном чаепитии не меньше твоего.

— Что, правда? — удивилась Пачкуля, вгрызаясь в кекс. — А что же Дадли? К какому заключению пришел он?

— Прямо противоположному, — вздохнула Шельма. — Он говорит, что во всем виновата только ты одна. Признаться, я была с ним полностью согласна. До тех пор, пока Рональд не прислал мне счет за химчистку!

— Да неужто! — изумилась Пачкуля. — Тебе? Собственной тете? Ушам своим не верю!

— Вот и я о том же. Вопиющая наглость. Получила по почте сегодня утром. Думала, что это благодарственная открытка за чудесно проведенный вечер. И ни слова не сказал о креме от прыщей, что я ему присылала. Ну что за молодежь пошла!

— Я тебе говорила, — заметила Пачкуля. — Все волшебники такие. Всегда знала, что этот твой Рональд тот еще прохвост.

— И была права. Постой-ка, а у тебя и впрямь чистота! — восхищенно воскликнула Шельма. — Могу поклясться, ты подметала полы! И паутина исчезла. Такое впечатление, что это вообще не твоя хибара!

— Знаю, — буркнула Пачкуля, бросая исподтишка укоризненный взгляд в сторону Хьюго, который втянул щеки и упрямо насупился.

— Одним словом, я заявила Дадли, что мы с тобой подруги не разлей болотная вода, — продолжала Шельма. К тому же я знаю, что ты что-то замышляешь, и сгораю от любопытства.

Шельма повела своим длинным носом.

— Ага, я так и знала! Чую болотную трясину! Колдуешь над тайным зельем? Это оно у тебя в котелке? Можно взглянуть?

Шельма метнулась к очагу, приподняла крышку и принялась внимательно изучать бурлящее в котелке варево.

— Пахнет ужасно. Дадлин ус уже там? — спросила она.

— Еще нет.

— Хм. И ни одной черной чешуйки. Да что с тобой, Пачкуля, неужто чистюлей заделалась?

— Чистюлей? Я? Ни за что! — передернула плечами Пачкуля. — Ну, раз уж ты здесь и мы снова лучшие подруги, так и быть, расскажу тебе все. Последи за котелком, пока я схожу поставить чайник. Эй, Хьюго, что я тебе велела? Режь давай!

И пока Хьюго из последних сил нарезал остатки ингредиентов, Шельма помешивала содержимое котелка и угощалась горячей болотной водицей, а Пачкуля уплетала за обе щеки кекс, показывала Шельме поваренную книгу бабули Малодур и взахлеб рассказывала историю с добыванием всех необходимых для зелья ингредиентов.

— Ну и ну! — воскликнула Шельма, едва Пачкуля закончила говорить. — Ну и дела! Так вот из-за чего весь сыр-бор! Ты раздобыла рецепт бабулиного Эликсира желаний! Ну и везет же тебе, старушка! Всегда мечтала сварить нечто подобное! Ты должна была мне все рассказать! Я бы тогда выдрала у Дадлика ус собственными руками! Насколько я понимаю, ты собираешься представить эликсир на конкурсе лучшего чародейства года?

— Точно, — подтвердила Пачкуля. — Теперь понимаешь, почему я все держала в секрете?