Ведьма в бегах
Шрифт:
В темноте коридора кто-то глухо засмеялся.
— Кто здесь? — не особо интересуясь ответом, спросила я.
По сути, мне было без разницы, кто ещё пришёл полюбоваться на изловленную ведьму. Тонольские земли и не были просвещёнными, но темнота простого люда в этот раз сумела удивить.
Маги ведь не редкость в нашем обществе.
Да, нас не много, причём большинство покидает родину, отправляясь на Обетованный остров. Одаренные там всегда занимались исключительно наукой, преподаванием, и не смогли бы быть самостоятельным государством, если бы не острая нужда остальных в магии. За неё и расплачивались всем необходимым с островитянами.
Но ведь были и те, кто не собирался навсегда уезжать и вкушал практически полное отсутствие конкуренции. Вот и мне не хотелось отправляться в несусветную даль, чтобы ожидать нанимателей или того хуже — писать научные труды. Плаваои, знаем.
Хотя минусы в подобном образе жизни были. Вот, например, мое заключение в тюремной камере. Нет, охоты на ведьм церковь в Тонолии не устраивала, и вообще по большей части игнорировала или даже отрицала наше существование вопреки здравому смыслу и фактам. На самом деле даже Тонольское законодательство не предусматривало таких составов преступления, как ведьмовство. Терпимость.
Но стоит попасться кому-то, и внимания народа, выросшего на страшных сказках, не избежать. Тут дознавателям приходилось изощряться и приписывать мошенничество, кражи и различного рода покушения. А вот среди простого народа, не обремененного бюрократией, нам присваивали совокупления с демонами и прочие безобразия, которые образованному человеку и в голову не придут.
Один из таких вот образованных сейчас стоял перед моей камерой, выйдя из скрывавшего его Полога темноты.
— Господин Эдинвейл, безумно рада вас видеть, — бесцветным голосом произнесла я. — Прошу прощения, поклон мне сейчас сделать физически не удастся.
— Я бы удивился, если бы было иначе, — сказал человек, бесивший меня ообенно сильно. Своей глупостью и безразличием.
— Надеюсь, вы пришли сообщить, что меня отпускают? На первый раз можно и простить.
Так как терять было уже нечего, я могла себе позволить явную насмешку над городским магом. Я видела любопытство в глазах проныры. А ведь он, привыкший в этом городе знать все, даже не представлял с кем говорит.
— Увы, леди Арина, таких новостей у меня для вас нет.
Я пожала плечами, ничуть не удивлённая его ответом. Всё же он обычный чиновник, пусть и с даром, который без официальной бумаги мало что может. Его роль хоть и важна, но незначительна, как бы противоречиво это не звучало. Должность городского мага есть в каждом крупном городе, и, конечно, в королевском замке имеется свой одарённый. Но эти люди зачастую лишь исполняют роль связных с Обетованным островом и ни шагу не делают вопреки Инструкциям. Их привлекали и к дознавательской деятельности, ведь только они могли контролировать одарённых преступников. Хотя с эффективностью работы магов в этой сфере можно поспорить. Знаю, о чем говорю.
Имея обывательское знание закона, я считала, что именно Эдинвейл должен сообщить руководству острова о задержании и выдать меня. Но, по-видимому, этого делать никто не собирал, обставив всё обычным преступлением, не заостряя внимания на моих силах. Нет притеснения человека за его дар, значит нет и вмешательства островитян. Спорная позиция, но решать не мне. А подоок подошел к делу формально и по Инструкции не стал угубляться в расследование. Хотя то, что его Верховенство даже не поставили в известность, довольно странно. Мстит, наверное, гаденыш, что так и не выяснил, кто я.
— Тогда даже предположить не могу цель вашего посещения, — сообщила, обдумывая сложившуюся ситуацию и удивляясь, как не пришла к этой мысли раньше.
А ведь можно было написать целый трактат по межгосударственной правовой помощи. Я наигранно вздохнула, вспомнив, что после пары дней в стенах академии попросилась бы в эту камеру или к сразу палачу, но лишь бы сбежать от канцелярщины.
Эдинвейл усмехнулся.
— Зашёл посмотреть, как вы себя чувствуете.
— И что же вы увидели?
— Тюремная камера на пользу вам не идёт. Вы чуть не довели бедняг до приступа.
Я устало откинулась на холодную стену и, едва сдержав стон, прислонилась к камню затылком. Его спасительная прохлада сейчас была как нельзя кстати, усмиряя нараставшую головную боль и лихорадку. Такими темпами до казни можно просто не дотянуть.
— Вы хотели ещё что-то от меня услышать?
Эдинвейл покачал головой, незаметными пасами поглаживая стену. Я отметила легкость его движений и была бы не прочь увидеть, как он управлялся с потоками.
— Ну, если так, то как коллега, может быть, сделаете мне одолжение?
— Леди Арина, даже при желании, а оно, поверьте, ещё не возникло, я бы не смог. Говорят, приказ самого лорда-дознавателя. — Мужчина развёл руками.
Мне захотелось кинуться на него, расцарапать лицо до крови, оставляя глубокие борозды, но пришлось лишь прожигать тяжёлым взглядом. Силы спешили покинуть тело. Они всё-таки меня сломали. Я была готова умолять, лишь бы прекратить эти мучения.
— Пожалуйста, хотя бы остановите Поглощение. Иначе я просто не доживу, и народ разочаруется. Кому интересно отрубать голову бездыханному телу?
Маг задумался на минуту, а затем неожиданно и растерянно, словно и сам удивился подобному решению, кивнул.
— Хорошо. Поглощение ваших жизненных сил остановят. Это были лишь временные меры безопасности. Которые, да, затянулись. Но вы ведь сами прекрасно это понимаете. Бумажки… Забыл секретарь прошение доставить лорду-дознавателю на подпись. Но примите к сведению, здесь никого не наказывают лишь за дар. Только за вред и преступность. Я ведь тоже одарённый, но, в отличие от вас, способен правильно распоряжаться способностями. Из солидарности остановлю заклинание без приказа сверху, но не более того. И чтобы без фокусов, леди Арина! Я за вами слежу.
Не дождавшись моей запоздалой реакции, он покинул казематы.
Что произошло, я поняла не сразу. Моё тело, словно во сне, провалилось в пустоту. Оно стало лёгким, прекратив, наконец, терзать. Вздохнув неожиданно глубоко, я закашлялась. И лишь восстановив дыхание, осознала, что медленная пытка прекратилась. Магии по-прежнему не витало вокруг и пополнить резерв извне было нереально, но силы внутри меня снова были доступны.
— Ещё поборемся, — ожив, усмехнулась я и, удобно свернувшись калачиком, отключилась.
Меня разбудил звук приближавшихся шагов. Привычно сосчитав двух людей, идущих к камере, определила в них своих охранников. Но, что удивительно, мужчины оказались незнакомыми. В который раз я прокляла свою ущербность, сделавшую меня беспомощно слепой. Видимо прошлая двойка не выдержала потрясений от буйной ведьмы. Я довольно улыбнулась и, чувствуя себя хорошо отдохнувшей, потянулась.
— Доброе утро, мальчики, — промурлыкала, подходя вплотную к железным прутьям.
Ноги держали крепко, хотя тело одеревенело за несколько дней лежания. Разминая мышцы, прошлась вдоль решётки.