Чтение онлайн

Но когда всматриваешься… волей-неволей заигрываешься… И снова оказываешься внизу, во власти чувств, и неизбежно теряешь взгляд с высоты и всю полноту силы… Невозможно не заиграться… в человечность. Кому дано хранить верность только холоду разума? Вы могли бы менять этот мир движением пальца… но тогда бы он не был вам нужен. Забавно? Я вот знал, что не встречу вас здесь. Но пришел, и линии сдвинулись…

Знаете, однажды… Ранней весною, на рассвете, когда даже ветер будет пахнуть жаждой жить… В холодном небе будут кружить птицы… Ваша женщина проснется в вашей постели, сквозь сон ощутив ваше отсутствие… А вы не сможете остаться ни человеком, ни даже влюбленным. Потому что, чтобы сдвинуть линии, нужно смотреть с высоты, на которой нельзя остаться человеком. Это все, что я хотел сказать. И да, я оставил заявление об увольнении вашему секретарю. Доброго дня, ваша высокомудрость.

— И вам того же, профессор, — спокойно, и даже вполне жизнерадостно откликнулся герцог. — Мне жаль терять такого специалиста, как вы, но отговаривать не буду.

— Я знал, что вы обрадуетесь возможности от меня избавиться. Прощайте, Вьяршегор. И, судя удалявшемуся по эху шагов, провидец ушел.

Я надеялась, что архимаг пойдет следом за оракулом, но он, постояв неподвижно пару мгновений, зашагал в том направлении, где сидела я. Пытаюсь втиснуться поглубже в холодный влажный камень ниши. Не дышать. Я дышу слишком громко… Может, послушает меня вода. Может, затуманит чужие очи…

— Яра? Яра, что вы здесь делаете? Не послушала меня вода…

— Отдыхаю, — буркнула я. — А что, нельзя?

— Идемте, — герцог протянул руку.

— Нет… — я затрясла головой.

— Почему?

— Не хочу.

— Что так?

— Оставьте меня здесь. Пожалуйста.

— Нет. Вылазьте оттуда, я вам говорю!

Оттолкнув его руки, неохотно выбираюсь из ниши. Голова кружилась так, что пришлось держаться за стеночку, чтобы не упасть.

— Зачем вы сюда забрались? С вами все хорошо? Впрочем, что я спрашиваю…

— Что тут может быть хорошего… Майти убили, Морену тоже… и сашарп! Еще и сашарп уничтожили… Он же портал! Я так мечтала как-нибудь заполучить этот артефакт… Может, он был последний шанс сбежать из этого Чернобогова мира… — вспомнила я.

— Боюсь, Морену не так-то легко убить. Она с вами, в этом то и проблема… — пробормотал герцог.

— Я не хочу лишиться Дара. Лучше жизни, — призналась я.

Вместо ответа он обнял меня за плечи, сгреб пальцы в свои руки:

— Идемте. Вы замерзли. У вас ледяные ладошки. Вам нужно согреться…

У него даже голос был теплый. Слишком теплый, мягкий, успокаивающий… Будто паутина обволакивает, спутывает… Надо поставить ментальный щит, обязательно надо…

Я собрала все силы. Начала шептать заклинание. Я сумела выставить слабенький щит, но это все, на что меня хватило. Далее мир выцвел окончательно и я провалилась в темноту безмыслия.

Я очнулась в незнакомой комнате. Мне приснилась горечь утраты. У женщины на троне из черепов было Майтино лицо, юное и древнее одновременно. Я видела тающий вдали берег — прекрасный, а, может, ужасный, но такой до боли родной, на который уже никогда-никогда не вернуться. Прощай, прощай… Мне хотелось плакать. Я сидела на узкой кушетке и никак не могла понять, где сон, а где мои настоящие воспоминания и где я вообще нахожусь… Это просторное помещение с голыми каменными стенами, и на стенах синей краской — пояс пентаграмм, и еще несколько пентаграмм на полу. Рядом с моей кушеткой — железный стол с осветительным шаром, у одной стены — огромный каменный камин, у противоположной — здоровенный шкаф, обитый металлом, синим блеском подозрительно похожим на мифрил. И еще дверь, обитая железом.

Мое внимание привлек прислоненный к камину посох — длинный, черного дерева, с молочно-серым камнем на вершине, заключенным в причудливую ветвистую оправу. Я подошла и некоторое время благоговейно любовалась. Руки чешутся, хотя без защиты хвататься за артефакты такой мощности настойчиво не рекомендуется во всех до единого пособиях по магической безопасности. Но это же посох Главы Совета Архимага, один из трех Посохов Волхвов! Страшное искушение. Удержаться и не полапать почти невозможно. Скажу потом Майти «я держала в руках Посох Волхвов»…

И тут мне наконец-то четко вспомнилось все произошедшее, любоваться посохом резко расхотелось. Подкравшись к двери, прислушалась. Тихонечко попыталась приоткрыть — дверь поддалась легко, без скрипа и шуршания. Сразу стали слышны голоса. Я замерла у щелочки, задержав дыхание. Знакомый голос.

За дверью стояла магистр Леонарда Ассанавет.

— Я думаю, широкой магической общественности будет крайне любопытно узнать, что высокочтимый Глава Совета Архимагов считает себя вправе выносить смертные приговоры магам, членам Ковена, отпрыскам знатнейших родов — без суда и следствия, по собственной прихоти, — ее резкий, взволнованый голос.

— Вы правы, я думаю, им будет очень любопытно, — хрипловатый баритон герцога. — Только вы будете рассказывать магической общественности сию занимательную историю со скамьи подсудимых, осознавая, что ваш сын мог бы сейчас жить. Мог бы…

Я услышала смех Леонарды — истеричный, больше похожий на всхлип.

— Это же… Какая невообразимая подлость! Вы как никто умеете изумлять, Вьяршегор…

— В чем же подлость? Я даю вам шанс, который вам так нужен, а вы избавляете меня от возни с официальным вынесением смертного приговора этому созвездию благороднейших магов…

Или вас смущает цена? Но вы же уже согласились на любую цену… если я не ошибаюсь?

— Да… на любую цену… — тихо проговорила Леонарда. И, после полуминутного молчания:

— Два часа — слишком мало. Мне нужно больше.

— Три?

— Сутки.

— Исключено. Я предпочитаю оградить вас от душевных терзаний и попыток меня обмануть, а себя — от бесполезной траты времени. У вас два часа.

Наступила долгая тишина. Потом Леонарда сказала:

— Ставьте Око.

— Я сдержу слово, Лео, — сказал архимаг.

Хлопнула дверь. Потом опять хлопнула. Послышались шаги.

— Она согласилась? — Матиул.

— Да. Адептка, хватит подслушивать! Выходите!

— Она что, все слышала? — спросил менталист.

— Наверное — герцог сидел за столом и устало растирал лицо ладонями — Садитесь, Яра. Как самочувствие?

— Спасибо, прекрасно — заверила я.

— Адептка Рысев, будьте так добры, выйдите в приемную и…

— Пусть остается, — перебил Матиул ректор. — Она и так слишком много знает, какая разница? Садитесь здесь, Яра.

Я неохотно уселась за столом между архимагами. Черт, что значит «слишком много знаю?» Герцог швырнул сгустком энергии в синий кристалл, который держал в лапах бронзовый крокодил.

Кристалл вспыхнул, потемнел до черноты и эта чернота приковывала, словно втягивала в себя мое зрение… Я вдруг увидела зеленомраморную лестницу главного корпуса, очень странно увидела, вкруговую — верх и низ, стены и потолок одновременно и поднимающуюся по лестнице Леонарду — лицо и затылок одинаково четко, и ободок ее встревоженной ауры, и даже смутно — силуэты костей в ее теле…