Чтение онлайн

— Боюсь, я не уполномочена разглашать такую информацию, — ушла от ответа женщина и указала тех троих, кто её заинтересовал.

Дальнейшие переговоры прошли довольно оперативно, и менее чем через час гости вышли из корпуса с фамилиями и именами двух «избранных».

— Ох! Как вы вовремя, — пряча в карманы явно озябшие руки, подскочил к ним сопровождавший их вначале словоохотливый мужчина. — А я как раз домой собирался, думаю, дай-ка зайду, узнаю, как у вас дела. Может, вас до гостиницы подкинуть?

— Не откажемся, — улыбнулась довольная результатом посещения Катерина.

Следующим утром всё повторилось, а затем начались сложные бюрократические манипуляции с неизбежным вливанием немалых капиталов в карманы главврачей и прочего персонала клиник. Вот только с одним пациентом возникла заминка. Тот самый парень из «элитной» психушки, что с надеждой смотрел на Семёна, оказался ни много ни мало внебрачным сыном бывшего мэра. И проблема была не в том, что высокопоставленный папаша был против его освобождения, руководство больницы ни в какую не желало терять золотую жилу, которая, как оказалось, и так успела недавно сбежать, и лишь спустя месяц была возвращена в «родные пенаты».

Гостей коробило настолько циничное отношение. В голове не укладывалось, как можно насильно держать человека пусть и в позолоченной, но клетке, ради перспективы пополнения своих банковских счетов. Семён в какой-то момент почти сдался, но Катерина тут же отвела его в сторонку:

— Ты, конечно, руководитель, но этот парень нам нужен. Его дар многократно сильнее, чем у Совы, прибавь к нему неподдаваемость внушению и предвидение. А впоследствии вы могли бы открыть детективное агентство. Больших капиталовложений это не потребует, а Сова и этот Станислав (как звали экс-мэровского бастарда) быстро принесут немалую прибыль. Так что предлагаю просто их обработать. Они всё подпишут, и денег сэкономим.

Кто же откажется от такого предложения, когда на счету каждая копейка? По прошествии ещё пары дней, в сопровождении Катерины и Семёна в Питер направилась группа из четырёх человек. Троих планировалось приобщить к работе в клинике, а «хвостатого бастарда», на первых порах к поиску Светланы и её друзей, с дальнейшей карьерой детектива ещё не созданного агентства.

Поезд прибыл на Витебский вокзал во втором часу. К концу июля знаменитые Питерские белые ночи остались позади, и гости города смогли в полной мере полюбоваться красотами Северной столицы: архитектурными ансамблями в иллюминации подсветок, нескончаемыми гирляндами Невского проспекта, где большая часть заведений функционирует круглосуточно и всячески старается привлечь клиентов, создавая феерию света. Особенно гостей впечатлили громады «разводных мостов» над Невой, возле которых они минут двадцать простояли в ожидании, когда же их опустят, позволяя припозднившимся жителям окраинных районов выбраться из центра города. Зрелище впечатляющее даже для привыкших ко многому коренных жителей, не говоря о приезжих.

Новеньких обустроили в освобождённой Артуром и его «командой» квартире, где до сих пор жил Пётр, и дали им три дня пообвыкнуться на новом месте, после чего подключили к работе. И вот тут открылись новые, совершенно неожиданные подробности из жизни того самого «бастарда». Стоило ему услышать краткий пересказ Светиной истории, связанной с поисками сестры и странным дальнейшим исчезновением, как парень вдруг впал в прострацию. Семён минут через десять хотел уже встряхнуть его, выведя из задумчивости, но Катерина буквально скрутила начальника по рукам и ногам, дав ему понять, чтобы помалкивал. Спустя ещё минут десять Станислав вернулся на грешную землю и тихим голосом произнёс:

— Воистину неисповедимы пути господни. У вас есть фотография Марии? — этот вопрос относился к Семёну.

Мужчина тут же достал телефон и нашел сделанную тайком от Светланы фотографию её сестры. Помнится, в тот день, когда он впервые оказался у Светы, его очень удивила реакция девушки, когда он посмотрел на стоявшую на тумбочке рамку с изображением темноволосой красотки. Семён сам не понял, зачем это сделал, но стоило Свете выйти из комнаты, он тут же кинулся к отложенной в сторонку фотографии, и достав телефон, сделал снимок. До сих пор он ему был не нужен и вдруг вот: не ждал, не гадал, а пригодился.

— Да… — тихо протянул Станислав, и взгляд его глаз едва уловимо изменился. В них сквозила нежность и тоска. — Я её знаю. Точнее знал, — поправился он и умолк.

Время шло. Катерина и Семён в ожидании смотрели на товарища, а тот, казалось, ничего кроме фото на экране телефона не замечал. В этот вечер им так и не удалось разговорить ушедшего в себя парня. Да и телефон забрать оказалось проблемой. Тот никак не желал расставаться с сохранённым там изображением.

Следующей ночью настойчивый телефонный трезвон выдернул Семёна из сна. Звонил Пётр:

— Семён Витальевич, — послышался из трубки взволнованный голос, — я не знаю, что с ним. До этого нормальный парень был, а тут как белены объелся. Носится по квартире, никому спать не даёт. Просит, чтобы ему денег в долг дали, клянётся, что вернёт, и твердит, что ему срочно надо куда-то уехать… — тараторил Пётр.

— Постой, кто — он-то? — сонно пробурчал всё ещё не проснувшийся Семён.

— Да этот… патлатый музыкант…

Семён мгновенно понял, о ком речь. Станислав поразил всех, выйдя из клиники не с пустыми руками, а с гитарой за спиной. Значит, он куда-то рвётся, но куда? Зачем? На эти вопросы Пётр ответить не мог.

— Продержите его до моего приезда, — бросил в трубку Семён и, отключив связь, кинулся собираться.

Благо в предутреннее время мосты уже были сведены, а на работу в такое время ещё никто не ехал. Да и сотрудники ДПС благополучно отсыпались в теплых постельках, что позволило Степану, игнорируя скоростные ограничения и светофоры, долететь до нужного дома за каких-то пятнадцать минут. Жильцы квартиры действительно стояли на ушах. Не сказать, что они были злы на всполошившего всех парня, скорее они были обеспокоены его навязчивой, маниакальной идеей куда-то срочно отправиться.

Пары несвязных на первый взгляд фраз хватило, чтобы Семён кое-что понял. Вот только объяснять что-то присутствующим не хотелось. Долго. Быстрее было бы, окажись тут Катерина, но она далеко.

— Петь, — взволнованный начальник не заметил, как перешёл на «ты» с подчинённым, да и тот, казалось, не придал этому значения. — Вот ключи. Где Катерина живёт, знаешь? Быстро гони к ней. По дороге звякнешь, предупредишь, чтобы к твоему приезду была готова. И сюда. Чем скорее, тем лучше.

Пётр, не задавая лишних вопросов, схватил барсетку с документами, ветровку, ключи и выскочил из квартиры. Как уж он умудрился так быстро обернуться туда и обратно, осталось тайной, но Катерина была на пороге квартиры уже через двадцать минут, хотя только до её дома было ехать как минимум столько же. Семён же всё это время ужом извивался и так, и эдак, стараясь удержать рвущегося в неизвестность Станислава.

— Успокойся, — подойдя к «патлатому», произнесла женщина.

«Он же не поддаётся внушению!» — хотел закричать Семён, с опозданием понимая: она бессильна, он зря гонял Петра…

— Внушение внушению — рознь, — повернулась к начальнику явно прочитавшая его мысли Катерина. — Я не собираюсь подавлять его волю и личность, но договориться и выяснить, что он задумал, могу.

Было видно, что Пётр не зря потратил время в дороге, успев обо всём рассказать женщине. Непонятно, что она имела ввиду под словами: «я не собираюсь подавлять его волю», но парень вскоре успокоился и, пройдя на кухню, начал рассказ. Семён лишь с удивлением уставился на до боли знакомый диктофон в руках Катерины. Получается, Пётр успел что-то объяснить той ещё по телефону. Иначе как бы она догадалась взять с собой этот девайс? А тем временем из парня информация лилась как песня. И была та песня о счастливом периоде его жизни: о побеге из клиники, о встрече с молодой парой, о чудесной, хоть и сумасбродной девушке, которую он боготворил. Порой молодой человек пускался в столь интимные воспоминания, что Семён отчаянно краснел, благо жильцы квартиры разбрелись по своим комнатам, а Катерина в это время мало на что реагировала.