Чтение онлайн

Итак, с зельем мы закончили. Цветы отправились в мою спаленку, зелье в темноту, настаиваться. И нам оставалось дождаться вечера и отдать Маришке то, что ей так нужно.

 Чтобы не терять зря время, решила подняться и почитать книгу. Я как раз хотела изучить русалок. И вот она, возможность.

 Если уж быть ведьмой, то нужно знать, что к чему. Маруся отличная помощница, но я не могу постоянно рассчитывать на нее. Знания – сила, особенно для меня в моем положении.

 Уже топая по ступеням наверх, вдруг вспомнила Булгаковскую Марго и то, как она летала на метле, раздевшись догола. Стало любопытно, могу ли я так, или мне, как приличной ведьме, положена ступа?

 Вот надо у Маруси уточнить. Она точно знает.

 Мысленно хихикнула, представив себя сидящей в ступе с платком на волосах. Непременно, цветастым, из гардеробчика домовихи.

 А вот и заветная книга, хранящая в себе так много тайн.

 Раздел про русалок нашла быстро. Еще быстрее прочитала, в очередной раз поразившись осведомленности Маруси. Моя домовиха знала многое, при том, что, как мне кажется, была необразована. Но она столько всего умела, что ей, вероятно, и знатная ведьма со стажем позавидует. Так что стоит прислушиваться к этой мудрой женщине. Книги книгами, а опыт еще никто не отменял.

 Маришка явилась, как договаривались. Едва ночь опустилась над Ложечками, как русалочка тут как тут.

 Маруся лично отворила гостье. Проводила в нашу гостиную, где на столе, остывшее и настоявщееся до нужной кондиции, нечисть ждало зелье.

– О! – только и пробулькала русалка, когда я указала на выполненный заказ. – Спасибо! – она присела на край дивана, на этот раз не требуя лохань.

– Угостишь своево мущщину завтра на закате. Один стакан, разбавленный с болотной водицей, не боле! – дала ЦУ домовиха.

– И что, он будет только мой? – алчно задышала заказчица.

– А енто ты сама постарайси. Ежели Рома другую привядет, то нихто тябе не даст гарантий. Самая большая сила на ентом свете – любов! – выдала Маруся.

– Не приведет. Уж я постараюсь. А если приведет, я той лохудре лохмы повырываю еще до того, как она с ним ложе разделит! – яростно произнесла Марина. – Пока мне его внимание привлечь надо.

– О, то не бяда! – кивнула домовиха. – Усе будет как надо! Еще спасибо скажешь!

– Я уже благодарна, если оно подействует, - Мариша простерла над столом руки. Одной сгребла зелье, второй положила на стол мешочек, чавкнувший от влаги.

– Глядите. Надеюсь, хватит? – уточнила она.

 Маруся предоставила это мне.

 Раскрыв мешочек, высыпала на стол добрую кучу злата. Даже глаза вытаращились от удивления.

 Вот так мы с домовихой стали обладателями двух перстеньков, явно мужских, толстой цепочки, кулона с изображением голопопого купидона, и пупковой серьги с подозрительно похожим на бриллиантик камешком.

– Ого, - только и присвистнула я.

– Хватит? – спросила Марина серьезно.

– Вполне, - кивнув, подумала, что плата более чем достойная. Только мне бы привычными деньгами было бы лучше. Ведь это золото как-то и где-то надо сбыть, чтобы превратить в деревянные рублики. Ну да ладно. Не стану же я, в самом деле, требовать у нечисти баксы и тугрики! Буду по колечку в ломбард сдавать. В общем, разберемся.

– Тогда я пошла! – поднявшись, русалка двинулась в сторону выхода. Но до дверей она не дошла. Раздался жуткий звон, и окно в гостиную, то самое, выходившее во двор, взорвалось от черных крыльев, пробивших стекло.

 Я едва успела вскрикнуть, глядя как черный поток, нет, целая лавина черных тушек с огромными крыльями, ринулась прямиком на меня, минуя и Марину, и Марусю.

– А! – вырвалось невольное. Машинально присела, закрыв голову и лицо руками, но одна из птиц уже спикировала мне на грудь. Вцепилась острыми когтями в ткань футболки, оцарапав кожу. Рванула на себя, словно хотела порвать, сорвать с меня.

 Я, не будь дурой, пальцы в кулак и айда птице по голове.

 С громким криком, хлопая крыльями, она отлетела назад, еще до того, как я нанесла удар.

– Ой-ей! – вскрикнула домовиха и прыгнула вперед, отгонять от меня птиц. А те падали сверху. Ох и острые же у них оказались когти. Хорошо, что клювами не долбили, а то бедная была бы моя головушка.

– Изыди, - Маруся ухватила одну ворону за крыло, отшвырнула, словно тряпку. Вторую поймала за хвост, бросила на пол и ногой наступила птице на крыло. Но и вороны не спасовали. Атаковали мою защитницу, пытаясь разделить нас.

«Это ключ! – поняла я, отбиваясь от острых когтей. – Они прилетели за ним!» - и одной рукой схватилась за находку, пряча ее в кулаке от зорких глаз ворон.

 В доме все смешалось. Хлопанье крыльев, тяжелые удары падающих тел, крики и карканье. Просто бедлам. И я, скрючившаяся на полу, осознающая, что стоит распрямиться и эта стая заберет то, за чем прилетела.

– Ох! – продолжала свой бой домовиха.

– А-ну, расступись! – русалка тоже не осталась в стороне. Я услышала ее требовательный голосок, а затем тугая струя воды ударила по налетчицам.

 Воронам водица, да из озерца, не пришлась по нраву. Закричав, птицы взмыли вверх. С их крыльев летели брызги, но они и не думали сдаваться, пока хлопнувшая дверь не перетянула перевес на нашу сторону.

 Это прибежал Добрыня.

 Не знаю, что он сделал. Колдун просто крикнул какое-то непонятное мне слово и весь мир затих. Затихли крылья, замерла даже вода, бьющая фонтаном изо рта Марины. Застыла и Маруся, вскинувшая руки к очередной наглой вороне, целившейся в меня своими длинными лапами. И только мы с Волковым остались такими же, как были.

 Остальной мир просто замер. Застыл. Замерз.

 Медленно подняв голову, посмотрела на своего спасителя. Первым делом в глаза бросилось то, каким было лицо Волкова.

И его глаза.

 Они светились. Та еще жуть. Наверное, у колдунов во время процесса магии всегда так происходит? Но прежде я за Добрыней подобного не замечала.

Распрямила спину, огляделась. Над головой камнями, распластав крылья, висели вороны. Маруся смешно застыла, протянув руки, а Марина была ну просто скульптура под фонтан, изрыгающая струю застывшей воды.

– Блин! – вырвалось невольное. Руки, и даже щека, пестрели царапинами. Футболка была похожа на редкое рванье, и я порадовалась, что не поленилась утром надеть под нее лифчик. А то сейчас соседушка посмотрел бы на то, чем меня наградили бог и родители.