Чтение онлайн

 - Я, кажется, снова вовремя, - Волков посмотрел на русалку, на ворон, затем опустил взгляд на Марусю, а потом снова перевел его на меня.

– Ага! – кивнула соглашаясь. Да и как тут не согласишься, если он, действительно, снова спас меня!

– Что ты сделал с ними? – ткнула пальцем в птиц.

– Заморозил, - последовал быстрый ответ и следом за ним не менее быстрый вопрос: - Ключ у тебя?

– У меня, - ответила подозрительно. Определенно, колдуняра что-то знает, но молчит. А это меня настораживает. Да и кого бы ни насторожило?

– Хорошо. Не придется птиц ощипывать, - бросил он, подошел ближе и, протянув руку, обхватил пальцами мой подбородок, заставив запрокинуть лицо. – Сейчас будет немного жечь, - предупредил и, до того, как я успела что-либо спросить, и вообще произнести даже слово, поднял вторую руку и прикоснулся раскрытой ладонью к моей щеке.

– Sanitatem! – шепнул мужчина и на этот раз я поняла то, что он сказал. Да и как не понять, если Волков заговорил на мертвом языке, который более не был для меня тайной.

– Исцеление, - повторила я уже на родненьком русском.

 Щеку обожгло. Словно кто-то крапивкой приласкал. А затем отпустило.

 Добрыня проделал то же самое с моими руками, и только после этого, отошел назад, взирая на меня, как на дело рук своих. Даже неловко стало.

– Ты умеешь лечить? – спросила. Вопрос напрашивался сам собой. Ведь колдун уверял меня, что исцелять не его профиль. А тут…

– А ты понимаешь мертвый язык? – ответил мужчина вопросом на вопрос.

– Сюрпризззз! – протянула я и даже улыбнулась. Да и почему бы не улыбнуться? Порезы мне залечили, ничего больше не болит. А колдун смотрит как-то странно. Ну хоть этот жуткий блеск из его глаз исчез и на том спасибо.

 Услышав мои слова, Волков только головой покачал. Кажется, кое-кто считает меня глупой и неразумной.

 Он прошел вперед. Схватил одну из зависших над полом птиц, проделав это с легкостью. А меня даже покорежило.

– Почему они снова явились? Почему так открыто напали? – вырвалось невольное.

– Разберемся. – Он провел ладонью над вороной, и та очнулась, сверкнула бусинами глаз, злобно и ненавидяще. Впервые вижу, чтобы у птиц были эмоции. У этой они точно присутствовали.

– Открой мне, кто послал тебя, - проговорил Добрыня и чуть склонившись, дунул на крылатую хищницу. Я увидела, как с его губ сорвалась легкая тень. То ли дымка, то ли туман. Ворона распахнула было клюв, видимо, собираясь каркнуть, и этот дым заполз в нее, прежде чем она успела встрепенуться и уклониться. Широкие крылья раскрылись. Волков отпустил птицу, и она шлепнулась на пол, не сумев взлететь. А затем принялась ходить, забавно вскидывая опасные лапы, шатаясь, будто пьяная, если только птицы могут опьянеть.

– Что ты сделал с ней? – спросила тихо. – Что ты вообще сделал с ней и другими воронами? С Марусей и Мариной?

– Скоро они очнутся. Времени осталось немного, - не глядя на меня, произнес колдун.

 Нет, все же, колдун он был явно сильный. Я только теперь начала это осознавать. Что здоровяк с бородищей умеет не только топором махать да мускулами играть девицам на загляденье.

 Я осознала, что, помимо всего, он опасен. И, возможно, даже для меня. Правда, пока от Волкова была только помощь. И все же… что-то во мне до сих пор относилось к мужчине с настороженностью.

 Опустив взгляд, проследила за птицей, пытаясь понять, что сделал Добрыня. Но ворона просто топала по полу и продолжала качаться из стороны в сторону. Того и гляди, упадет.

– Она сопротивляется, - пояснил мужчина. – Магия, заключенная в ней, пытается противостоять моей. Думаю, тот, кто околдовал птичью стаю, очень силен, Василиса.

– И кто это может быть? – шепнула еле слышно. Колени у меня тряслись. То еще ощущение. Неприятно чувствовать себя слабой.

– Я не знаю, но пытаюсь узнать, если получится, - Добрыня присел на колени, вперил взгляд в бедную птицу. Да, да. Мне даже стало жаль пернатую потому как глаза у бородатого снова вспыхнули ой как жутко. И птица замерла. Подняла голову и ответила на взгляд колдуна таким же взглядом. А затем, по истечении нескольких секунд, просто взорвалась.

– А! – я отпрыгнула в сторону. В воображении в стороны полетели ошметки плоти, но вместо кровищи птица разорвалась туманом и перьями.

 Так, словно внутри была пустой. Как набитое соломой, или ватой, чучело.

 Почти в тот же миг ожили замершие вороны. Маруся опустила руки, а Маришка закрыла рот, перекрыв свой краник с водой.

 Птицы заорали, забили крыльями и унеслись через разбитое окно, а я устало опустилась на диван, обхватив рукой ключ, пряча его ото всех.

– От же ироды! – выпалила домовиха и тут заметила соседушку. – Добрынюшка, ты?

– Я, - он поднялся с колен, отряхнул одежду от птичьих перьев. Несколько застряли в его густых волосах. А одно топорщилось на бороде. Маруся все сразу приметила. Поманила колдуна наклониться.

– И когда ж успел, ась? – спросила она, когда Волков сделал так, как попросила домовиха. Маруся вытащила из его бороды перо и стряхнула с волос те несколько, оставшиеся от вороны. Впрочем, на полу их теперь хватало. Подушку, конечно, не набьешь, но раскидано прилично.

– Успел, - коротко ответил колдун.

 Маришка кашлянула. Покосилась на зелье в своей руке.

– Весело тут у вас, - выпалила она и оскалилась. – Но мне, кажется, пора.

– Спасибо тебе за помощь! – произнесла я, взглянув на синеволосую русалочку.

– Да не за что, - она направилась к выходу. – Не провожайте. Дорогу знаю. – И была такова. Только дверь скрипнула, выпуская нечисть из дома. И остались мы втроем. Я, Маруся и сосед.

Глава 10.

 - И шо тяперь с окном делать-то, - домовиха явно была огорчена. – Эх, ты ж, - проговорила она и раскинула в стороны руки, в которых, будто по заказу, сразу появились веник и совок. – Заразы пернатыя, шо натворили! – попеняла она птицам.

– Давай, я помогу, - предложила помощь, но меня опередил колдун.

– Лучше я, - сказал он. Подошел к окну и вздохнул, - пока закрою временно пленкой, а завтра поеду в город и привезу стекло. Только надо мерки снять. – Оглядел погром и направился к выходу, бросив: - Дверь не закрывайте. Скоро приду.

– Агась! – кивнула Маруся и мы с ней принялись наводить порядок. Она подметала, а я поднимала поваленные вещи, возвращая на место. Вздохнула, заметив, что одна из ваз, явно старых, оказалась разбита. Но битые вещи в доме держать нельзя. Это мне еще мама говорила. А потому ваза отправилась в мусорный мешок, который домовиха наколдовала, чтобы не бегать с совком на кухню.

– Удобно, - проговорила я, бросив взгляд на мешок.

– Ты бы енто, - Маруся распрямила спину, - переоделася, шо ли. А то вона вся одежка драная.

 И то верно. Я и забыла, во что превратилась старая футболка.

 Отправившись в свою комнату, стянула рванье и надела свежую, ту, которую домовиха успела постирать и просушить.

 Пока переодевалась, заметила, какой в воздухе стоит аромат.

 Розы, присланные Кащеюшкой, благоухали так, что придется их вынести в гостиную, иначе на утро непременно будет болеть голова.