Чтение онлайн

И тут ее руки. Нет, это не иллюзии, я ощущаю тепло, что пробивается сквозь арктический лед. Я чую свою пару, своего феникса, только не могу ей ответить, и мысленно молю, чтоб не уходила, чтобы всегда оставалась рядом. Моя душа зовет ее, кричит в немом болезненном вопле. Ее губы на моих губах… эта сладость… Если и уйду в небытие то с ее вкусом на губах.

Эх, если бы повернуть время вспять, как многое я мог изменить. Изначально не пугать ее, а завоевывать… Слишком горячие, слишком поспешные решения. Напугал, она сбежала. И теперь мы все платим за мою поспешность. Метка пропитывается огнем, ее огнем, нашим… Я чувствую, как рушатся преграды, как пламя сжигает все, есть лишь чистые эмоции, яркие, светлые, не затуманенные гневом и яростью. Вот сейчас в этом безмолвии зарождается нечто неподконтрольное, дикое, необузданное. Те чувства, о которых я грезил всю жизнь, расцветают. И появляется несокрушимое желание жить, прогнать магию льда из своего тела, и показать Августине, что я могу сделать ее счастливой… Она для меня центр вселенной, и именно сейчас я ощущаю это настолько остро. Нити, связывающие нас, огонь что льется из ее губ в мои — наше возрождение. Мы больше никогда не будем существовать порознь, и я не уйду в мир иной, потому что не позволю себе оставить ее.

Открываю глаза… Смотрю на своего феникса, а она более не феникс… Моя возлюбленная, совершенная, прекрасная в своем человеческом облике… Августина ослепляет… Только она не Августина.

Пелена зеленой магии слетает с глаз. Девушка, что жила со мной в замке и моя возлюбленная — это две разные особи. Еще ничего не понимаю, но четко осознаю лишь этот факт.

— Ты кто? — шепчу, неотрывно любуясь прекрасными чертами лица, впитывая ее красоту, как целебный бальзам.

Сдвигает брови, смотрит на меня недоуменно.

— Ландер, тебе память отшибло? Амнезия?

— Я все помню, — а сам едва сдерживаюсь, чтобы не накрыть ее сочные губы поцелуем.

— Ничего не понимаю, — лицо растерянное, а нежные тонкие пальцы, продолжают гладить мои плечи. Невинная ласка, от которой я оживаю, исцеляюсь.

— Я хочу знать, как зовут мою истинную? Откуда она пожаловала? Люблю, а имени не знаю, — больше не сдерживаюсь, накрываю ее губы своими, и ликованию моему нет границ, когда осознаю… она отвечает на поцелуй.

Маша

Почему мне так хорошо? Просто от ощущения, что он рядом, что жив, что целует. А не могу понять, что со мной. Но не хочу, чтобы это прекращалось. Пусть это длится всегда, вечность.

— Маша, я из другого мира, — прерываю поцелуй и признаюсь. Становится так легко. Словно сбросила чужую и очень неудобную маску. Замираю. Жду реакции.

— Моя пара иномирянка, — улыбается, бережно убирает упавшую мне на лицо прядь волос.

Будто и не удивился вовсе. Или ему все равно.

— Это из-за нее, — киваю в сторону Августины, и только теперь вспоминаю, что все смотрят на нас. — Она призвала, и мы тут оказались с Семеном.

— Значит, мне стоит тебя поблагодарить, — Ландер одаривает Августину улыбкой, а у меня внутри поднимается ураган ревности. Только за улыбку, подаренную другой, за знак внимания, я готова крушить все на своем пути.

— Для начала откажись от планов поработить меня, — вставляет свои пять копеек Сентелла. Облик-то она сменила, а вот скверный характер никакая внешность не спрячет.

— Ты как? — спрашиваю, и чувствую, что краснею.

Очень странно не ругаться с Ландером. К чему это все ведет? Неужели я задумываюсь о чем-то большем с ним? Пока я морально к этому не готова. Странный и непонятный страх сковывает, и в одночасье меня охватывает дикое притяжение, которое я с трудом контролирую. Но это ведь магия? Это не настоящие чувства? Это метки… Это не мой выбор…

— Благодаря тебе я полон сил, — Ландер поднимается, потягивается, не сводит с меня гипнотического взгляда с поволокой. Какой же он офигенный, аж слюнки текут. И чего я сопротивляюсь? Потому что мне его навязали. И вот это сопротивление помогает дистанцироваться, не дает моим мозгам окончательно расплавиться.

Взгляд скользит по его телу, бледность отступает, так что теряю дар речи, а это со мной происходит крайне редко.

— Хорошо, — бурчу и опускаю голову.

— Ротвальд, не ожидал оказаться в твоем царстве, — Ландер переводит взгляд на того, кто еще недавно был немощным пони.

— Это Эсвель, — объясняю устало.

— Нет. Это хранитель вулкана, — стоит на своем дракон.

— Рад, что вы справились, — Эсвель (или не он) подходит к нам. — Если б чары синих тебя одолели, то мир бы уже не оправился.

— Что тут происходит? — подхожу вплотную к хранителю, упираю руки в бока. — Кто ты такой? Ротвальд? Эсвель? Какие еще сюрпризы?

— Я тоже не понимаю, как ты оказался в обличии коня, — кивает Ландер. — Ты призвал нас в свое царство, чтобы спасти. Но как ты оказался в стане синих? В окружении убийственной для тебя магии?

— И я хочу понять! Я вновь чую свою магию. Смогла принять человеческий облик. Кто ты такое? Что задумал? И не служишь ли врагу? — хмурит брови Сентелла.

— Мне интересно только когда все закончится? Мне пора к возлюбленной! — каркает Семен.

— Я действительно не Эсвель. И я не наследный принц синих. Эсвель погиб в вулкане. Я не смог его спасти, он был очень слаб, и не обладал силой присущей будущему правителю. Но в нем теплилась магия синих, которую я забрал себе, дабы иметь возможность выдать себя за него.

— Как это погиб?! — Августина закрывает рот рукой. — Мы же с ним обменивались посланиями… я чувствовала связь, его призыв… Я не могла ошибиться! Это ты его убил?! — срывается на крик. Хотя до этого стояла в стороне и только наблюдала.

— Его убил Мирград, желая получить престол. А я не смог спасти, слушай внимательно, и не задавай лишних вопросов, — хранитель вулкана отмахивается от нее.

— Так почему ты не устранил Миргарада? Раз имел власть и силу? А притворялся полудохлым пони? — тут уже наступает мой черед удивляться.

— Потому что проклятье пало и на Ротвальда. Он не мог покидать своих владений, и магия его была слишком слаба. А в окружении синих, она стала еще слабее, но так он мог контролировать врага, — за него отвечает Ландер.

— Я не один придумал этот план. А избрал форму пони, слабого и беззащитного существа, так я мог наблюдать, собирать информацию и жать своего часа.

— Какого часа? — тут я уже начинаю кое-что понимать.

— Когда Ландер обретет истинную, и магия проклятия разрушится. А чтобы это произошло, нам следовало действовать через Августину. Так что прошу прощения, что мы играли, на ваших чувствах, поддерживали иллюзию, что Эсвель жив, — хранитель вулкана как бы извиняется, но по нему не видно, что он сожалеет.