Чтение онлайн

Фрейя провела рукой по плотному переплетению виноградных лоз, но чуть погодя, когда тьма понемногу рассеялась, поняла, что ошибалась. Она стояла в центре огромного лабиринта, созданного корнями дерева. Крона его закрывала все обозримое пространство. Массивные корни тянулись во всевозможных направлениях. В вышине раскинулось покрывало небес с яркими голубыми звездами. Но они даже не мигали — свет их был необычайно сильным и постоянным.

Фрейя поняла, что находится не в Мидгарде и даже не в Царстве вечного мрака. Хотя она ни капли в этом и не сомневалась. Но где она? Наверное, за пределами Вселенной…

Затем она отыскала темную полосу, пересекавшую небосвод, подобно Млечному Пути. То был ствол Мирового Древа. Она решила идти, ориентируясь на него как на компас. Пробираясь к центру, Фрейя чувствовала, как узловатые переплетенные корни раздвигаются, пропуская ее вперед. Но в итоге она оказалась в тупике. Пришлось снова проталкиваться сквозь «чащобу» в обратном направлении. Поверхность корней была настолько грубой, что Фрейя вся исцарапалась. А руки у нее были перепачканы землей — ведь она буквально прорывалась в бесконечном лабиринте корней.

Вдалеке послышался чей-то слабый голос, произносящий заклятье. Внезапно перед Фрейей открылся проход. Мгновенно высвободившись из цепких объятий Древа, она бросилась вперед сквозь тьму. Она уже узнала голос Брана, которому вторило гулкое эхо:

— Фрейя, любовь моя, ты все-таки пришла ко мне? — Он вынырнул из мрака. Фрейя сразу заметила, какой злобой светятся его глаза. Значит, сияние доброты, которое постоянно его окружало, было просто частью его магических чар — сплошным обманом, ловушкой! А то, что Бран порой проявлял неловкость и даже нервозность, свидетельствовало лишь об одном. Ему было нелегко удерживать заклятия в действии.

— Нет, — ответила Фрейя, поднимая волшебную палочку. На резной костяной поверхности играл отблеск звезд.

— Ты напрасно потратишь силы, если попытаешься воздействовать на меня с помощью колдовства, — криво усмехнулся он. Человек, которого она знала под именем Брана Гарднера, исчез. И все встало на свои места. Например, мадам Гробадан являлась великаншей Ангрбодой, вечной любовницей Локи. Ничего удивительного, что она невзлюбила Фрейю.

— Отнюдь, — снова запальчиво возразила Фрейя. — Ты, по-моему, очень долго отсутствовал и успел позабыть, кто я такая. — И она гордо выпрямилась. Став ее любовником, он навеки оказался в ее подчинении. Такова была дарованная ей власть над всеми мужчинами. — Отдай мне кольцо, Бран, — тихо произнесла она. — Ты ведь не можешь мне отказать. [23]

И он обрел свой истинный облик. Перед ней возник Локи. Черты его лица вытянулись, стали почти гротескными. Он сделал шаг в сторону, стараясь быть в тени, и заявил:

— Разумеется. Забирай, но какой в этом смысл? Разве ты выживешь со своим драгоценным Балдером в том мире, который мной отравлен? Оставь мне кольцо, и я постараюсь остановить ядовитую кровь, текущую из раны в коре Мирового Древа. — Он просительно посмотрел на Фрейю, но она оставалась тверда и непоколебима.

— Отдай мне кольцо, — вымолвила она. Ее слова прозвучали как приказ богини.

И он не смог сопротивляться. Фрейя почувствовала, что ее окутало волной теплого зловонного воздуха. Когда смрад рассеялся, на ее ладони лежало кольцо Одина. Она внимательно рассмотрела, что оно сделано не из золота. Матово-белая, пористая поверхность свидетельствовала о том, что кольцо вырезано из кости, как раз из обломков рухнувшего моста между мирами. Последний знак власти, более древней, чем сами боги. Могущественный Один потерял его во время последней битвы Асгарда с Мидгардом. Теперь кольцо никому не принадлежало — ни единому живому существу во всей Вселенной. Его время давно миновало. Фрейя держала его, крепко стиснув пальцами, и хрупкая кость начала крошиться. Мелкие осколки посыпались вниз. Казалось, достаточно одного прикосновения, чтобы превратить волшебное кольцо в пыль.

— Не наноси ему вреда, лучше верни мне. Я дам тебе то, чего ты больше всего хочешь, — пролепетал Локи. — Если те, кто бросил меня в бездну, найдут меня, то уже не отправят в темницу. Меня просто сотрут в порошок, и я исчезну, перестану существовать. Неужели у тебя не осталась ни капли любви ко мне?

Каждое его слово — ложь, подумала Фрейя. Он никогда ничего не сделает, чтобы мне помочь. Она снова посмотрела на Локи. Все крепче стискивая в пальцах кольцо, она начала медленно его перемалывать.

— Хватит, Локи. Я не стану вести себя, как последняя дурочка, которую ты с легкостью обманывал.

— Идиотка! — вскричал он, бросаясь на землю и тщетно пытаясь подхватить хотя бы частицу той костяной пыли, что сыпалась из пальцев Фрейи. Затем, выпрямившись, он посмотрел Фрейе прямо в лицо и сказал, словно плюнул: — В таком случае тебе всю оставшуюся жизнь придется провести в этом жалком, умирающем мире!

— Нет, Локи. Как только ты покинешь Мидгард — через ту самую дыру, которую проделал в стволе Мирового Древа, — она навсегда закроется за тобой. Древо вновь станет целостным. — Собственно, то была идея Ингрид, но Фрейя надеялась, что ее сестра окажется права. Она полагала, что, как только Локи снова пройдет сквозь ствол Иггдрасиля, рана затянется сама собой, и яд перестанет изливаться в мир людей.

Локи колебался, но Фрейя продолжала наступать:

— Учти, для тебя это — единственный способ остаться невредимым, ибо кольцо я уничтожила. Только так ты можешь спастись. Вряд ли тебе захочется дожидаться того момента, когда к Балдеру вернутся силы и он вновь обретет власть над тобой. — Для Локи Балдер, бог Света и Ярости, стал бы поистине страшным противником, ибо теперь его уже не сковывали путы древнего проклятья.

Локи промолчал. Он стоял совершенно неподвижно, но Фрейя чувствовала, что он пребывает в смятении. На лице его отражались, сменяя друг друга, самые разные мысли. Вдруг он улыбнулся и сказал:

— Ты гораздо больше похожа на меня, чем думаешь, дорогая Фрейя. — Затем он резко отвернулся от нее, почти прижавшись лицом к гигантскому стволу дерева, и пробормотал несколько слов на неведомом языке.

И сразу звезды у них над головой померкли, а тропы, ведущие сквозь густую путаницу корней, задвигались и стали меняться местами в сумраке ночи. На поверхности ствола выступил неровный шрам — след от глубокой ножевой раны. Прямо из нее исходил мощный поток энергии, ощущавшийся как сильный, пропитанный ядовитыми испарениями ветер. Локи приложил ладонь к разрубленной коре, еще мгновение помедлил, словно хотел снова повернуться к Фрейе и попрощаться. Потом, передумав, он прикусил губу и бросился в пустоту. Из щели дохнуло зловонным вихрем, словно Мировое Древо, только что поглотившее бога-злодея, приобрело дополнительную мощь.

Земля вздрогнула и качнулась. Фрейя не смогла устоять на ногах. Небеса почернели, и тьма начала быстро распространяться вокруг, окутывая окружающий мир.

— Локи! — крикнула Фрейя. Ответа не последовало. И она, зажмурившись, решила переждать налетевшую бурю. Ярость Мирового Древа была подобна смерчу, но закрученному не в одном, а во всех мыслимых направлениях. Наконец ураган стих. Когда она осмелилась открыть глаза, то увидела, что Древо снова стало целым.

Фрейя поднялась, отряхнула с колен комья земли и громко окликнула сестру: