Чтение онлайн

– Хорошо, не заразно, но зачем второй-то раз кусать? – Перспектива стать драконьим донором нисколько не прельщала. Скорее раздражала.

– Конкретно Эгер пытается упрочить связь, чтобы быстрее вернуть зрение. А вообще, у нас принято… метку у своей женщины обновлять почаще.

– А если я тебя цапну? – пригрозила я.

– Мне будет очень приятно! – знакомо прошуршал Дэнарт.

– Я серьезно спрашиваю, а ты все шутишь, – проворчала я.

– Я как никогда серьезен! – уже без игривости в голосе ответил Дэн.

– А при чем тут ваше зрение и наша кровь? – задала я самый актуальный вопрос.

Дэнарт не ответил и, судя по тому, как напряглось его тело, этот хитрец снова пытается уйти от ответа.

Но тут в разговор вступила Ксюша:

– Марьян, ты не поверишь! Эшарты, пока не встретят свою пару, все видят в черно-белых тонах различной яркости и интенсивности. Зато прекрасно видят в темноте. А вот когда встречают подходящую женщину и происходит связывание, теряют зрение и обретают новое. А точнее, обогащают бывший монохромным цветовой спектр. И все из-за крови женщины. Так, например, я Шкеру подарила четыре дополнительных цвета спектра.

– А я Олену – шесть, – горделиво произнесла Джулия, потершись щекой об обнаженное колено своего мужчины.

– А я – семь, – счастливо улыбаясь, добавила Кира.

Эрил решил вернуть себе «человеческий» облик и трансформировался. Уселся за спиной Киры и пересадил девушку к себе на колени.

Посмотрев на своего дракона, поймала укоризненный взгляд Дэна, брошенный на Шкера.

Шоколадный эшарт пожал внушительными плечами и оправдался:

– За четверо суток из нас вытянули по максимуму. И допрашивали с пристрастием.

А я расстроилась, вспомнив, как Дэнарт сказал друзьям, что его спектр равен трем. Выходит, все мои спутницы дали своим мужчинам больше, чем я.

– А отчего зависит цветовой спектр? – осторожно и тихо спросила.

– От способности женщины чувствовать. Чем богаче диапазон эмоций и чувств, тем шире цветовой спектр. И вероятнее всего – крепче связь и лучше отношения, – припечатал меня сиреневый нахал Айаал.

И безгубая ухмылка у него опять сделалась похабной и насмешливой, словно он сейчас в лицо мне сказал, что я бесчувственная и фригидная. Стыд и злость жаром опалили щеки.

– Наша связь не закреплена полностью. Так что все может измениться, – сильнее прижав меня к груди, шепнул на ухо Дэнарт. А потом, обращаясь уже к Айаалу, но имея в виду и остальных тоже, добавил: – Самое любопытное, что женщины-адаптеры никогда не расширяли наш спектр свыше трех основных цветов. А вы оказались столь щедры, что обогатили почти на целую палитру дополнительных цветов.

Хорошее сообщение немного успокоило, но расстраивалась я недолго. Меня отвлек и привел в восторг способ приготовления драконами мяса. В скальном углублении, нагретом солнцем, мужчины своим пламенем раскаляли камни, которыми обложили тушу непонятного животного. И вскоре в воздухе поплыл ароматный мясной дух, возбуждая аппетит и обещая нашим желудкам невиданное счастье – нормальную еду!

Затем дракон по имени Джун оторвал ломти мяса от зажаренной туши и поднес сначала каждой женщине, а потом и нашим мужчинам. Свободные товарищи подходили самостоятельно и острым камнем отхватывали себе кусок.

Есть незнакомое животное было боязно, но божественный запах отодвинул все опасения куда подальше. Тем более наши сотрапезники уже с аппетитом жевали, не забивая себе головы подобными проблемами. Конечно, и я не удержалась. Оказалось – вкусно, но много съесть не смогла: вялость и усталость заставили буквально растечься лужицей по Дэнарту. Снова захотелось пить, но еще сильнее – спать.

– Ты чересчур горячая, Марьяна. Это нормально для твоей расы? – обеспокоенно спросил Дэнарт.

Он мягко, едва касаясь, провел ладонью по моему лицу, а я чуть не зашипела, до того стало неприятно. Кожа, обожженная солнцем, саднила и горела. Желудок сыто урчал. Хотелось только спать, чтобы оставили наконец в покое и не лезли ни с любопытством, ни с участием. Я вяло отмахнулась и проворчала:

– Я обгорела сильно, потому и температура подскочила. А у вас тут даже вечером жарко и душно, вот меня и плющит.

– Плющит? – переспросил Дэн.

– Плохо мне, по-другому не скажешь! – тихо пояснила я, широко зевая.

Облизала с пальцев остатки жира и, еще плотнее приникнув к телу своего дракона, устроилась поудобнее, чтобы заснуть. Уж слишком длинный был день!

– Мы все сильно обгорели, – услышала я голос Светы, – надо завтра пораньше встать и вылететь затемно. А то, если дополнительно поджаримся, будут уже тяжелые ожоги. И нам всем станет худо!

Из глубокого сна меня выманила жажда вместе с ощущением, что я вся пылаю. Боже, как же хочется пить! Похоже, я выразила желание вслух, потому что тут же услышала:

– Как ты, Марьяш? – надо мной склонился обеспокоенный Дэнарт, удивив обращением. Наверное, запомнил, как меня ласково девочки зовут, и перенял.

– Плохо… жарко… пить хочу… – пролепетала я, чувствуя себя совсем нехорошо.

Ощущение полета – это меня подняли на руки и понесли в сторону эрхована. Так легко, словно я невесомая. Пока мы шли, заметила бодрствующего Джуна, охраняющего наш покой. Остальные спали, устроившись кто где.

В пещере было гораздо темнее, чем снаружи, но призрачный свет Эуя проникал и сюда. Осторожно посадив меня на камень возле источника, Дэнарт подождал, пока я напьюсь, и начал расстегивать пуговички на моей рубашке. Я вяло затрепыхалась, не соглашаясь снимать одежду, но Дэн мягко пояснил:

– Марьяш, тебе в воду надо, чтобы температуру хоть немного сбить.

Я мысленно согласилась и, слабо кивнув, плюнула на стыд и замерла тряпичной куклой, пока дракон меня раздевал и, подхватив на руки, забирался в спасительный водоем.

Меня накрыло необычными и очень острыми ощущениями. Мы соприкоснулись, и я обнаженной разгоряченной кожей чувствовала каждый сантиметр бугрящегося мышцами тела дракона. Кажется, я даже выступающий красный рисунок чешуи ощущала.

Дэнарт сел в воду, облокотившись на каменный бортик, положил меня на спину поверх своего тела. Одной рукой поддерживал, второй – поливал водой мои плечи и шею.

Какое блаженство! Прохладно и комфортно, хоть не вылезай наружу. Я расслабилась, откинула голову эшарту на плечо и прикрыла глаза, полностью отдаваясь его заботе. Даже задремала снова, вернее, находилась на грани сна и бодрствования. Но тело, получив желанную прохладу, начало реагировать на присутствие обнаженного и теперь весьма привлекательного для меня мужчины. Причем самым бесстыдным образом!

Голубоватый рассеянный свет, к которому постепенно привыкли глаза, позволял довольно хорошо разглядеть, как напряглись вершинки на моей груди. И причина тому – широкая ладонь Дэнарта, поливающая их прохладной водой. Контрастный душ делал свое темное дело!