Чтение онлайн

— После этого мы с Гаарой мерялись силами, и я выиграл поединок четыре раза из пяти!

— Ладно-ладно, Наруто-кун! Так что ты хотел мне показать?

— Вот это!

Кулак Наруто ударил в солнечное сплетение застигнутого врасплох Саске, и тот, сложившись надвое, сполз по стене. Пальцы Наруто вонзились в глазницы напарника, безжалостно вырывая у того глаза. Затем Наруто подскочил к едва дышащему Итачи, и, положив глазные яблоки Саске на расстеленный свиток, вырвал глаза и у него. Вернувшись к Саске, Наруто вставил ему глаза Итачи и воспользовался медицинским дзюцу, чтобы наскоро приживить глазной нерв. Нужно было поторопиться, чтобы Итачи не помер, но Наруто было наплевать на ублюдка, больше всего его волновали дела друга. Он закатал рукав и поднёс предплечье ко рту напарника.

— Кусай!

Саске рефлекторно укусил руку, и Наруто с удовлетворением смотрел, как порезы, ссадины и синяки пропадают с его кожи, как кровь из глазниц втягивается обратно, и как Саске раскрывает глаза.

— Э нет, Орочимару-сан, вы же обещали! — раздался голос сзади.

Наруто обернулся и увидел, как клон, которого он заблаговременно спрятал под землёй, выныривает и хватает Саннина за язык, не давая дотянуться до лежащих на свитке глаз Саске .

— Ку-ку-ку, но попробовать-то стоило! — совершенно не смутился Орочимару.

— Наруто, ублюдок… — прошипел Саске.

— Потом поблагодаришь, придурок!

Наруто вновь подскочил к Итачи, надкусил большой палец и несколькими быстрыми движениями кровью начертил на лбу у Учиха затейливую фуин-шики. Затем вложил глаза в глазницы и повторил процедуру приживления. Ладонь Наруто легла на лоб Итачи, и формула полыхнула ярко-голубым светом, а кровь впиталась под кожу. Когда Наруто убрал руку, на том месте осталась лишь обрамлённая двумя линиями светящаяся свастика.

— Только не вздумайте проболтаться Хинате-чан! — предупредил Наруто. — Это должно было стать сюрпризом!

Орочимару и Саске синхронно пронзили Наруто недоверчивым взглядом.

— Чего? Нет, вы неправильно поняли! Просто для того, чтобы научиться снимать печать, мне пришлось её хорошенько изучить! И Нейджи не возражал!

Наруто сунул руку ко рту Итачи, и дождался, пока у него не пропадут раны, а дыхание не станет ровным и уверенным.

Саске подошёл и склонился над братом. Наруто взял друга за руку и, нагло ухмыляясь в ответ на удивлённый взгляд, выплеснул чакру. По коже Саске поползли цепочки иероглифов, которые закрутились в плотную спираль и бесследно пропали.

— Теперь он сможет активировать додзюцу только с твоего позволения. Пусти чакру через печать, удерживая половинную Ин Тигра. Если воспользуешься Ин Крысы, можешь ещё и заблокировать его чакру.

— А боль? — спросил Саске.

— Не-а, эту херню я не добавлял. Если тебе так хочется его помучить, просто ткни кунаем!

Саске встал, поочерёдно сложил Ин Крысы и одноручную печать Тигра, и довольно кивнул. Затем склонился над Наруто и изо всех отвесил ему подзатыльник.

— Эй, ты чего, идиот? — завопил Наруто, подымаясь с земли, в которую впечатался лицом.

— Ты первый меня ударил, придурок! Мог бы и просто сказать!

— А, ну да… Хотя стоп! А то ты мне разрешил бы вырвать себе глаза!

— Хн!

— Ладно-ладно! Ну, хватай своего драгоценного братика и пойдём!

— Куда?

— Домой, Коноху, конечно же!

Саске задумался и отрицательно покачал головой.

— Рано. Мне нужно поговорить с братом и разобраться в себе.

Наруто вздохнул, опять эти заморочки Учиха!

— Не слишком затягивай, Сакура-чан скучает! Ладно, Хеби-саннин, Цунаде и Джирайя вас очень заждались. И вы просто представить не можете, как вас вновь мечтает увидеть Анко-чан!

*

Пусть Наруто знал, что стал очень крутым, но себя он не переоценивал — прошлые уроки не прошли даром. У противника всегда могло найтись неизвестное дзюцу, какой-нибудь абсурдно могущественный кеккей-генкай или странная печать, нарушающая все понятия о разумном. Так что он был готов к самому серьёзному вызову, когда на весь мир прогремело заявление о начале Четвёртой Мировой Войны Шиноби, исполинской призрачной фигурой, скрытой плащом с высоким воротником.

И когда Какаши-сенсей, такой сильный, такой умелый, был похищен с помощью странной техники, Узумаки не стал бросаться в погоню безрассудно. Нет, он, конечно же, бросился в погоню немедленно, но был готов к любым неожиданностям. Впрочем, поначалу неожиданности были терпимы.

Первым появился призывающий змей придурок с острым подбородком и очень приличными запасами чакры. Для Наруто, чьи спарринги с Анко-чан были привычным времяпровождением, это был вопрос одного Разенсюрикена стихии Огня — наконец-то можно было не сдерживаться.

Затем была восхитительная красотка с толстой косой и скверным нравом, призывавшая странных животных — шипастых собак, а затем и диковинную помесь кабана, черепахи и дикобраза, с которой она слилась и торчала из покрытого бронёй лба. Это слишком напоминало былые деньки, правда во время Вторжения Звука, Гаара, торчащий изо лба Шкуаку, просто спал, а не размахивал кнутом. Впрочем, это не слишком мешало беседе, так что вскоре дзюцу призыва было завершено, а Наруто, сжимая девушку в объятиях, неловко гладил её по спине и нашёптывал утешающие слова, отгоняя непрошенные будоражащие мысли насчёт пышной едва прикрытой груди пришимающейся к его телу. Куноичи, которую звали Ни-чан, лишь растерянно потирала покрасневшую щеку.

Третий придурок, казавшийся близнецом первого, развернул два свитка и воспользовался дзюцу Призыва, что сразу не понравилось Наруто. Один из свитков оставался мёртвой бумажкой, а из второго поползла чёрная жижа со слишком знакомой сигнатурой чакры. Тут же пришли воспоминания клона, оставшегося с Ни-чан, оказалось девушка исчезла в клубах дыма, и теперь происходящее не нравилось Наруто ещё больше. Он боялся прервать странную технику, ведь в этом случае Ни-чан могла погибнуть! Впрочем, выход нашёлся быстро — Узумаки просто подскочил к придурку, ухватил его за плечо и, пока чёрная масса не покрыла руку полностью, оторвал её в плечевом суставе. Жижа полностью покрыла руку, после чего начала светлеть и обретать форму, превратившись в ошеломлённую, растерянную и очень-очень злую Ни-чан, которая, не мешкая, подбежала к бывшему напарнику и захлестнула его горло своим кнутом. Узумаки не любил причинять боль, как и наблюдать за причинением боли другим, поэтому быстро оборвал мучения придурка, вонзив кунай ему в глаз.

Сражение с Хируко, другом детства Джирайи, Цунаде и Орочимару, было бы очень тяжелым (набор из четырёх кеккей генкаев, который он себе приживил, весьма впечатлял) если бы изголодавшийся по вниманию собеседников нукенин не растолковывал суть каждого своего действия. Со стихией Шторма Наруто сталкивался и ранее, а вот стихии Тьмы, Стали и Скорости стали для него очень неприятным сюрпризом. К счастью, поглощать ниндзюцу, делать своё тело прочнее стали, и развивать невообразимую, неразличимую глазом скорость, Хируко одновременно не мог. Это и предрешило его судьбу. Наруто умел сражаться с крепкими противниками, он сталкивался со врагами, намного быстрее чем он, а дзюцу и артефакты поглощения чакры он встречал слишком часто, чтобы не придумать контр-мер. И для каждой из способностей, словно в «камень-ножницы-бумага» у Наруто был способ противодействия. Стальному телу противостояли мощные ниндзюцу, Скорости — вырастающие из земли стены и барьерные дзюцу, а Тьме — физические атаки несокрушимого тела Отшельника. Наруто видел, что у Хируко, самонадеянно объявившего войну всему миру, мало боевого опыта, он мог закончить сражение быстро, но тянул время, чтобы клоны успели вытащить Какаши-сенсея из храма, перед которым происходило сражение. Когда один из клонов развеялся, показав, что теперь в порядке не только Какаши-сенсей, но и четверо других едва живых жертв Хируко, Наруто, создав десяток клонов, перешёл в атаку.

Наруто опасался, что нукенин сосредоточится на единственной технике, которой было сложно хоть что-то серьёзно противопоставить, что он просто возьмёт в руки кунай и на невообразимой скорости начнёт резать горла, и что придётся отступить, теряя клонов. Но Хируко так был горд своими геномами, так радовался открывшимся перед ним возможностям, что совершил ошибку талантливого новичка, демонстрируя противнику всю ширину диапазона своих дзюцу. И расплата была неминуемой.

Пара клонов сложила печати и выдохнула изо рта дзюцу Большого Огненного Шара. И, к огромной радости Наруто, Хируко совершил именно то, что от него и ожидалось. Он вытянул вперёд руку с двумя ромбами стихии Тьмы и начал поглощать технику.