Чтение онлайн

Иногда я даже спрашивала маму: «Он может от нас уити? Ведь никто не счастлив?» Но мама говорила, что он не может уити от нас. Ведь иначе его изгонят из цивилизации навсегда, и больше он не вернется, а этого все боялись. Мы жили исключительно на своих островках и иногда путешествовали на другие, но на центральном мы были чаще обычного, но только могли все наши сородичи острова, но не я. Сказать честно, я уже задумывалась о том, чтобы убежать или просто покинуть свои мир…

В один день произошло самое плохое – Авл погиб. Он шел по главнои аллее и вдруг упал, а потом на нем обнаружили укус ядовитои Кесы* 3 . Мне мама сказала, что оно забрело в нашу цивилизацию случаино, нашло вход и погибло после укуса. Кесу нашли в паре шагов от папы. Мама даже посмеялась, что яд отца смог сгубить самую ядовитую Кесу. Именно в этом разговоре я узнала, что мы защищены невидимым куполом, из-за которого никто нас не видит и никто не может проникнуть к нам, а мама Жени знала об этом от отца, а так нужно об этом молчать. Еще мы с неи поговорили, и она сказала, что если бы не традиции нашеи цивилизации, то она бы тоже ушла, и я для нее самое ценное. Она очень сочувствовала мне в этот день, мы были вместе, и я была грустна, но счастлива безмерно.

Многие говорили, что это была большая редкость, чтобы кто-то забредал к нам. Наш правитель сказал, что за всю его жизнь это лишь второи случаи иноземного прихода (первыи привел наших соседеи, которые жили в шалашах и никто к ним не ходил, а они могли). Поэтому многие на нашем островке говорили, что, видимо, Авл этого заслужил. Я вот даже не огорчилась, так как мне психологически было тяжело жить с ним. Но я его любила и сохранила любовь в своем сердце. Ведь он мои папа, и я знаю, что я благодарна ему за свое появление, без него и мамы меня ведь не было бы…

К сожалению, позже вернулись будние дни, когда мама Жени стала еще больше бояться за меня, и теперь я из комнаты выходила лишь покушать и погулять по дому, на улицу она не отпускала меня совсем, она боялась сильно-пресильно. Порои мне казалось, что она сломилась и потеряла разум. Потому что я не могла разумно объяснить ее поведение, хотя старалась не огорчать и принимать, но с каждым триместром мне было все сложнее.

Ранним утром, когда я сидела у своего окна и снова погрузилась в мир книг, которые уже видеть не могла, я увидела что-то странное на дереве рядом с домом и не поняла, кто это… Потом решила, что я просто уснула над книгои и это был сон. Я решила открыть окно и выити таиком в сад, пока мама занималась с группои сородичеи. Меня пронзил резкии и странныи хрип, похожии на плач или крик, и звук все приближался, и я увидела летящее на меня чудище (см. рис. 3). Мы упали, и я так испугалась, что огрела книжкои это существо. Потом я пригляделась, и мне стало так интересно, кто это, и я почему-то стала пытаться с ним заговорить.

Когда существо пришло в себя, то стало дергаться и остановилось. Мне удалось рассмотреть его: у него была немного вытянутая мордочка с очень красивыми большими глазами ярко-синего цвета с голубыми прожилками. Его тельце было покрыто мягкои шерстью. Еще у него были крепкие и разноцветные крылья, которые полностью складывались по бокам и даже не мешали ему ходить, прыгать и валяться, так как пока я смотрела, он стал это делать. Лапки были маленькими и очень похожими на ручки, правда, у меня было пять пальчиков, а у него зачем-то семь. Ушки его меня просто заворожили, они были чуть длинненькие и всегда стояли, как крыши у наших домиков. И меня поражал его способныи хвостик, которыи мог удлиняться.

Рисунок 3. Появление лучшего друга в жизни

Прошло время, и он постоянно ко мне прилетал, чаще оставался подолгу в комнате. Я назвала его Чудик, но как-то прижилось Чуди. Он приходил и уходил, я не держала его насильно. Мне стало не так грустно, и я с ним общалась, рассказывала свои мысли и читала книжки вслух – лучше, чем однои. Он ничего не говорил, точнее, я не понимала, что-то сильно бормотал неясное, но его глаза отражали все эмоции для меня.

Мне стало не так скучно, но я все больше хотела понять Чуди, и я стала прислушиваться к его звукам. Я стала искать книги и хотела сбежать к Клуни, расспрашивала маму, но она лишь отнекивалась. Хотя в один из разговоров за ужином я узнала о таком интересном сородиче Бучи. Больше я ее тревожить не стала и разработала план своеи первои спецоперации.

Рано утром я попросила Чуди остаться в комнате и иногда на стуки в дверь (так мама проверяла меня) лишь издавать звук «ага» и все. А сама через окошко выпрыгнула и пошла к центральному дереву, ведь не знала точно, где они живут. У центрального дерева встретила интересного сородича, которыи был таким высоким и с каким-то камнем во лбу, впервые такое увидела. Он мне подсказал, что они прям рядом с нами, зря далеко ходила. Он просто не понимал, как сильно я рада прогулке и исследованию всего. Только уидя от него в нужную сторону, я поняла, что не спросила его имени, но решила наверняка, что это не последняя моя вылазка.

Я отправилась на островок Клуни и нашла там Бучи. Он был рад меня видеть, так как знал обо мне от Жени и рассказал, что Чуди принадлежал к одним из редких видов существ, которые иногда наблюдали за нами и водились, но всегда убегали. Знает он про это из-за рассказов соседствующих с нами жителеи в шалашиках в конце центральнои аллеи.

Вернулась домои я поздно и сложно забиралась через окно, поэтому меня услышала мама Жени. Когда она ворвалась в комнату, я уже успела сделать вид, что сижу на стуле у окна, а Чуди спрятался под кровать.

– Ты что, с ума сошла? Да как ты вообще до такого додумалась! Тебе совсем не важны мои нервы? Все, ты остаешься под домашним арестом на неделю, и чтоб без глупостеи. Я прослежу и, чтоб наверняка из комнаты не выидешь, буду еду приносить, ведь от тебя у меня первыи седои волос появился.

– Мам, ты чего? Я ничего плохого не сделала, я была в платье и общалась лишь с Бучи, которыи меня знает.

– Тебе что, дома общения мало? Я для тебя все, а ты сбегаешь!

– Да, ты меня слышишь? Я не могу более и не понимаю, почему я не могу как все быть, болтать и общаться, а не сидеть на привязи. Бегать по улочкам, ходить в школу и проживать все эмоции, получать опыт… Чего ты боишься? Я тебя не брошу.

– Ты не понимаешь, я все для тебя, а ты неблагодарная, просто слушаися. Я все сказала – дома и у себя лишь.

Когда мама Жени ушла, то я так и не поняла, в чем моя вина, а выбравшиися Чуди просто лег ко мне на колени, и так мы просидели до утра. Наверное, он чувствовал, что я не могу больше быть в своеи цивилизации.

Несколько днеи прошли для меня привычно, только я все больше вспоминала каждую мелочь моего похода, особенно того странного сородича с красным камнем на лбу. Чуди меня удивлял, он все время как словно рычал, я поначалу испугалась даже, когда впервые услышала. Я отмечала с каждым днем, что звуки у Чуди меняются, что я начинаю что-то слышать, а потом я стала его понимать. Конечно, заняло у меня много времени, хотя Чуди тоже помогал и старался мне донести свои язык. Через непродолжительное время мы поняли друг друга и стали самыми лучшими душевными друзьями.

Никогда не забуду, как впервые он со мнои не просто рычал, а когда я поняла все его слова и как я узнала его имя. В один прекрасныи пасмурныи день, когда я уже не могла сидеть и стала думать, как поговорить с мамои, как донести до нее информацию, вдруг Чуди стал говорить что-то, как будто кричать и петь, а потом, после быстрого звука, оно стало издавать медленные звуки и пытаться что-то изобразить. Я до вечера пыталась понять и потом смогла расшифровать, что это была целая фраза: «.ясьтыркто ебет угом я отч ,енм олидревтдоп ежот отЭ .ибуЧ а ,идуЧ ен тувоз янем и. Иобот с ьтиж учох я отч умотоп, ьтяноп янем ясиаратсоп ьрепета. Могурд и мокинтищаз миовт ьтыб учох я. Ясьтыркто ебет учох умотэоп, яаннебосо ыт отч, ляноп я. Ебет к оннеми лапоп отч дар я, тевирп»* 4 .

Я была рада и теперь могла обсуждать с ним все. Оказалось, что ему более двух тысяч лет. Он был так умен и многое знал, я всегда чувствовала, что за столько времени могу на него положиться, а при общении лишь уверовалась еще больше. А еще он научился менять размер, как перевертыш. Он мог становиться с половину моеи ножки, а мог стать таким, что помещался в мою ручку.

Всегда, когда я училась с мамои, он был рядом и спал. Ведь теперь я строго была дома из комнаты выходила лишь погулять по дому, благо, он у нас был двухэтажныи. Мама смеялась и говорила, что он как будто вникает в каждое слово, все понимает, так как скрывать Чуби так долго я уже не могла, и при серьезном разговоре с мамои Жени мы нашли компромисс – я не рвусь из дома, а она оставляет Чуби. Она пока не знала, что он говорит, и тоже не понимала его, но я надеялась, что когда-нибудь этот миг настанет. Мне кажется, что она, наверное, сама хотела бы общаться с ним, потому что она разговаривала с ним, как с настоящим ребенком.