Чтение онлайн

– Надира-апа, - попросил Белый мальчик, - можно мне завтра снова придти в школу?

– Конечно, - разрешила учительница.
– Хочешь учиться - приходи каждый день. Я даже запишу тебя в классный журнал.

Так и пошла учеба, и Хуршид, чтобы не обижать товарища, никогда не рассказывал ему о том, что он нечаянно услышал в тот первый день учебы в учительской. Он как раз проходил мимо двери, а она была приоткрыта. Какой мальчишка не заглянет в приоткрытую дверь? Хуршид тоже заглянул и увидел Надиру-апа, которая стояла перед полным, очень смуглым и очень усатым мужчиной, который - и Хуршид это знал - был директором школы.

– Как так, Надирахон?
– сердился очень усатый директор.
– Вы ведь уже не девочка, зачем вам эти сказки, зачем вы портите классный журнал, записывая в него какого-то Белого мальчика? А если приедет проверка из облоно, что мы скажем, как мы объясним эту запись? Что это за такой Белый мальчик?

Хуршид даже ахнул. Как - что это за такой?!

А Надира-апа, забрав журнал у директора, легко вышла из учительской в коридор.

– Надира-апа!

– Ты зачем здесь?
– нахмурилась учительница.
– Нехорошо подслушивать.

– Я нечаянно подслушал. Я не хотел, - И во все глаза уставился на учительницу: - Надира-апа, Акбалу теперь выгонят из школы?

Учительница нахмурилась, но не выдержала и улыбнулась:

– Ну что с вами сделаешь? Почему ты думаешь, что у нашего директора каменное сердце? У него большие усы, но сердце у него не каменное. Да и как он может отказать в учебе мальчику, пусть он даже не мальчик, а облако? Ну как? Разве можно запретить учиться?

И она опять засмеялась, а Хуршкду сразу стало легко.

Великая молочная река

Тяжелые темные тучи совсем закрыли круглое лицо дедушки Солнца. Хуршид долго и внимательно всматривался в тучи, но определить, есть ли там Акбала или хотя бы Ойкыз, так и не смог - все сливалось в одну серую тяжелую массу, стремящуюся на север. К тому же дул резкий холодный ветер, он пронизывал до костей, он обжигал лицо.

– Снегом, снегом пахнет, - бормотала бабушка, поглядывая в окно.
– Зачем тебе на улицу, Хуршид? Простудишься. Играй лучше дома.

– Ага, - сказал Хуршид, а сам незаметно оделся и вышел на открытую веранду, Там холодно, но можно будет увидеть Акбалу, если он захочет опуститься в сад.

Но Акбала так и не появился, зато сверху медленно, но густо полетели белые хлопья. Они безмятежно кружились в воздухе, уплывали куда-то в сторону и вновь появлялись. Хуршид даже не выдержал:

– Бабушка, снег идет!

Выбежав в сад, он ловил снежинки на ладонь, но снежинки не хотели лежать в ладони и сразу таяли. Все равно Хуршид успел увидеть, какие они точеные, какие они сложные - как звездочки, и даже пожалел Акбалу и всех его сестричек и братьев: ведь это им пришлось делать каждую снежинку. Ой, сколько же это было работы!

А что это там бабушка говорила о запахе? Дескать, снегом пахнет? Как это снегом? Разве он пахнет?

Набрав в ладошку снегу, нападавшего на траву, Хуршид и нюхал его, и пробовал на вкус. Ничем особенным он не пах, просто был холодным и мокрым, и Хуршид почувствовал себя как ласточка, что побывала во влажном и холодном нутре Черного мальчика - Карабая.

Побелели крыши домов, обочины дорог, ветки деревьев.

Ну да, вспомнил Хуршид, Акбала так и говорил: "Мы делаем снежинки, а потом разбрасываем по всей земле..." Вот сидит сейчас Акбала на туче, смеется и сдувает снежинки на землю...

– Вот какой!
– рассердилась, выглядывая на веранду, бабушка.
– А ну иди в дом, простудишься!

И как нагадала.

К вечеру у Хуршида запершило в горле, голова кружилась и болела.

– О!
– покачал головой доктор, которого срочно вызвали к Хуршиду.
– Кто ж это ест первый снег? Ты ведь ел снежинки, да? А ну покажи язык!

Доктор внимательно осмотрел Хуршида, даже в уши зачем-то заглянул, потом обернулся к бабушке и к маме, которые, замерев, сидели здесь же в комнате:

– Не беспокойтесь. Обычная простуда. Будете давать ему таблетки, будете поить горячим молоком, а сестра придет и сделает несколько уколов.

Болеть оказалось не так уж трудно, даже приятно - лежи себе в постели, все тебя жалеют, все хотят тебе сделать что-нибудь хорошее, а ты только киваешь: ага, вот это сделайте или это, а вот это, спасибо, не надо. Жаль, что нельзя было так сказать медсестре, которая приходила и делала уколы. Без них вполне можно было обойтись, но попробуй докажи это родителям!

Вот только без приятелей было скучно. Равшана и Шавката специально не пускали к Хуршиду, чтобы они не заразились, а Акбала не появлялся, не знал, наверное, что с другом произошло.

Но тут Хуршид ошибся.

Акбала, оказывается, знал все...

Как-то ночью Хуршид проснулся от шороха и от того, что его горячему лбу стало прохладно.

– Кто это здесь?

– Это я, Акбала, - раздался знакомый голос.
– Моя мама - тетушка Туча - узнала, что ты болен, и хочет помочь тебе.

– Как?

– А просто. Мы сейчас с тобой отправимся к звездному врачу. Мама с ним уже говорила, и он тебе сразу поможет.

– Акбала, как я могу пойти с тобой? Мне же нельзя вставать.

– Это так кажется. Я тебе помогу.

И правда. Хуршид почувствовал, как прохладные руки Белого мальчика поднимают его, и уже вместе, обнявшись, они летят куда-то так высоко, что голова кружится.

И сразу услышал ровный и добрый голос тетушки Тучи, почувствовал ее прохладные губы на своем горящем лбу:

– А, это ты!.. Вижу, вижу, совсем расхворался... Ничего, Хуршид, потерпи... Сейчас придет Медвежонок и увезет тебя к звездному врачу, а он всех лечит!

Не успела она досказать, как, прыгая с тучки на тучку, откуда-то из глубины темных небес спустился мохнатый Медвежонок. В одной лапе он держал маленький ковш, а в другой - теплый овчинный полушубок. По всему его телу: и на животе, и на плечах, и на голове, и даже на кончике хвоста - поблескивали, перемигивались веселые звезды.

– Бери полушубок, - улыбнулась тетушка Туча Хуршиду.
– Без него ты замерзнешь: там, вверху, между звезд, очень холодно. Они, звезды, живут так высоко, что туда даже мы, тучи, не поднимаемся. Поэтому поедешь на Медвежонке, а Акбала подождет тебя здесь.