Чтение онлайн

Решение о борьбе союзников до решительного поражения Германии и ее безоговорочной капитуляции не оставило Гитлеру никаких шансов на сепаратный мир с кем-либо из противников. Одновременно данная формула означала крайнее ожесточение борьбы, особенно со стороны вермахта, а это продлевало войну и страдания народов. Напрасно германский посол в Стокгольме Г. Том-зен сообщал о надеждах на взаимопонимание с Англией и США перед лицом большевистской опасности для Европы — он жил в мире несбыточных иллюзий. Формула «безоговорочной капитуляции», предложенная впервые Рузвельтом 26 января 1943 г., означала не военную, а государственно-политическую капитуляцию — и не только Германии, но также Италии и Японии. Впервые на практике она была применена в период гражданской войны в США 1861—1865 гг., ее реализации требовали В. Ленин и Ф. Франко, а также Гитлер при покорении Польши. Некоторые круги в США требовали безоговорочной капитуляции Германии еще в 1918 году. Однако тогда командование англо-французскими армиями, опасаясь роста сопротивления немцев, не допустило этого.

В принципе США и Британия должны были выполнять решение, зафиксированное в августе 1941 г. в Атлантической хартии: окончательное уничтожение нацистской тирании, а вовсе не полная ликвидация государственного суверенитета Германии. Характерно, что против «формулы Рузвельта» выступал и главнокомандующий англо-американскими войсками в Европе, будущий президент США Д Эйзенхауэр.

Сталин и Рузвельт торпедировали в Тегеране предложение английского премьера о создании Дунайской федерации в составе Южной Германии, Венгрии и Австрии. Еще 28 января 1943 г. президент США. игнорируя мнение экспертов госдепартамента, предложил план раздела Германии на пять самоуправляющихся частей и две территории под эгидой ООН. Между тем американские специалисты хотели так расположить зоны оккупации, чтобы все они сходились в соответственно разделенном на секторы Берлине (принцип разрезания торта). В Тегеране Рузвельт предложил свой проект, поддержанный Сталиным.

Позднее президент США отверг высказанную Черчиллем идею смешанного расположения оккупационных войск по всей территории Германии. Для Сталина она казалась особенно опасной из-за неизбежных контактов Красной Армии с союзническими частями, что грозило заражением их «буржуазным потребительством».

Своеобразно разрешился на конференции вопрос о возможной коммунизации Восгочной Европы, о чем неоднократно предупреждал Рузвельта У. Буллит. В отличие от него, министр иностранных дел Британии А. Иден, видимо, смирился с такой перспективой, ибо в марте 1943 г. на вопрос президента об этом ответил, словно Соломон: лучше действовать в унисон со Сталиным, нежели против. Сталин же на прямой вопрос о будущих намерениях СССР обошелся иронией: после октября 1917 г. устанавливать коммунистические режимы в Европе, как известно, было не просто. На обеде он, улыбаясь в усы, несколько «уточнил» ответ: говорить о будущей политике СССР на территории Восточной Европы преждевременно, наступит время — и мы скажем. По крайней мере он не лукавил, ибо в январе 1945-го Рузвельт с сожалением заявил группе сенаторов: «Русские властвуют в Восточной Европе».

В Тегеране было также решено: Греция и Турция будут сферами влияния США и Великобритании, а Болгария, Югославия, Румыния перейдут под контроль СССР.

Нельзя не отметить, что успеху Тегеранской конференции (для союзников наиболее важным являлось согласие Сталина вступить в войну с Японией после разгрома Германии) во многом способствовал <|>акт юридического роспуска Коминтерна. А ведь с начала 1943-го его деятели, ободренные победой под Сталинградом, активизировали свою деятельность, несмотря на острую нехватку валютных средств. 25 руководящих членов исполкома Коминтерна б мая 1943 г. получили задание в течение 10 дней подготовить директивы по ведению радиопропаганды. Однако через два дня Молотов вызвал Г. Димитрова и Д. Мануильского в Кремль и сообщил им решение Сталина о роспуске Коминтерна. Речь шла не только о ликвидации аппарата самого Коминтерна, но и о судьбе -заграничных бюро 10 иностранных компартий, находившихся в Москве. Чтобы придать решению элемент коллективизма, Сталин на совещании в Кремле в ночь на 20 мая настоял: в проект постановления президиума исполкома Коминтерна включить пункт о возбуждении данного вопроса рядом секций, хотя ни одна из них даже не заикалась о ликвидации Коммунистического Интернационала.

Он вовремя почувствовал напряжение, возникшее в отношениях между членами «большой тройки», особенно после того, как СССР отозвал своих послов из Лондона и Вашингтона, разорвал связи с правительством В. Сикорского. В марте 1943 г. Сталин отклонил предложение США о посредничестве между Финляндией и СССР с целью выведения финнов из войны. Затем в связи с подготовкой вторжения на Сицилию американцы приостановили отправку грузов для Красной Армии на Севере. Кроме того, возникшие у Черчилля планы создания после войны Европейского регионального совета (нечто вроде Соединенных Штатов Европы) требовали сотрудничества с Рузвельтом, недолюбливавшим Британию из-за ее колониального статуса. Необходимо было убрать орган, нацеленный в своей программе на мировую революцию. 22 мая 1943 г. в «Правде» появился проект постановления о роспуске Коминтерна. Сталин надеялся, что это поможет также преодолеть идиосинкразию многих антифашистов, не желавших сотрудничать с коммунистами в силу наличия Коминтерна.

...В разгар летнего наступления на Сталинград и Кавказ Гитлер 8 июля 1942 г. пришел к выводу: если Англия в ближайшее время не откроет второй фронт, то она потеряет Россию как политический и военный фактор. Ложная уверенность в неизбежности поражения советского режима странно сочеталась в данном случае с поразительной догадливостью относительно места высадки союзников: фюрер определил его между Дьеппом и Гавром в Нормандии.

Хотя положение Красной Армии в это время многим казалось отчаянным, однако Сталина покинула всякая видимость тревоги: он был уверен в конечном поражении Германии. Но планы широкой экспансии в Европу требовали экономии сил и средств, поэтому диктатор в Кремле настойчиво подчеркивал тяжелое положение на юге СССР и требовал от США и Британии скорейшего открытия второго фронта.

Как английская разведслужба МИ-6, так частично и советские спецслужбы оказались дезинформированы в результате организованной командующим Западным фронтом вермахта фельдмаршалом Г. фон Рунштедтом операции «Порто-Н». Службы абвера убедили противника, что в районе Дьеппа находится ослабевшая в боях на

271

территории СССР 110-я пехотная дивизия в составе 1400 боеспособных военнослужащих. На самом деле побережье здесь прикрывала сильная 302-я дивизия, артиллерийские и другие части, а ближайшей танковой дивизии требовалось всего 6 часов марша, чтобы достичь места возможного десанта.

Немцы «гнали дезу» столь активно, что в августе 1942-го британцы отважились на высадку у Дьеппа 6086 своих и 4963 канадских десантников и коммандос (операция «Джубили»). Результаты, как и следовало ожидать, оказались неутешительными: у англичан убито и ранено 3623 бойца, у канадцев — 3367, сбито 106 самолетов, уничтожено или серьезно повреждено 522 корабля различных классов, в том числе эсминец. Потери немцев составили: 297 убитыми, 294 ранеными, 46 самолетов. После этого Г. Рунштедт с уверенностью заявил Гитлеру: теперь они не посмеют сунуться вторично.

Обсуждая совместные планы военных действий, Рузвельт и Черчилль на встрече в Касабланке 13 января 1943 г. не могли не учитывать, что открытие второго фронта — крайне сложное и дорогостоящее предприятие. Между тем от действий подлодок К. Деница союзники потеряли за 1940—1942 гг. суда общим водоизмещением почти в 16 млн т. Для сравнения: советский ВМФ за весь период войны потопил суда Германии и ее союзников водоизмещением 3 млн 149 тыс. т. Ни одна из 100 советских десантных операций не имела стратегического значения.

В 1943 г. подводный флот Германии насчитывал 400 единиц, из которых 110 действовали в Северной Атлантике. Но благодаря новой системе радаров и деятельности разведки союзники сумели более эффективно защищать свои конвои. Поэтому за три летних месяца 1943 г. немцы потопили лишь 58 кораблей, но потеряли 72 подводные лодки.

В конце 1942-т в меморандуме госдепартамента США звучала озабоченность тем, что война в Европе может закончиться без существенного участия в разгроме Гитлера американских войск, равно как и британских. В таком случае, предупреждали авторы, будет крайне трудно противостоять политической линии Кремля на Европейском континенте. Именно поэтому Д. Маршалл — председатель комитета начальников штабов армии США, настаивал на высадке в апреле 1942 г. 48 дивизий союзников в Северной Франции.

С 19 по 30 октября 1943 г. в Москве состоялась конференция министров иностранных дел СССР, США и Англии. Здесь уточнялись сроки открытия второго фронта в Европе — открыть его намечалось весной 1944-го. Документы совещания тайно (дабы не злить японцев) подписал посол Китая в СССР Фу Бинчан. Молотов в своих выступлениях не обмолвился ни словом о послевоенной судьбе Германии, что поставило в тупик его зарубежных коллег. В отличие от А. Идена и К. Хилла, повторивших тезис о безоговорочной капитуляции, он предпочитал не раскрывать преждевременно политических карт. Простодушным гостям казалось: СССР не может предложить ничего сверх тех планов, что разработаны союзниками. Но в недрах кремлевских кабинетов шла скрупулезная прикидка возможных альтернатив раздела сфер влияния, где еще не все было ясно.