Чтение онлайн

Коляныч обернулся к остальным. Парни подошли к ним и присели кружком на песок. Бывший раб, что называется "не стал ходить вокруг да около", а сразу перешёл к делу:

– Куда ты конкретно идёшь, Хтон?
– спросил он старика.
– Уходишь из Пустоши на север?

– Верно, - кивнул тот.
– На север. А вы куда?

– Мы тоже туда идём - в Северные Земли. А именно - на побережье, в Сиралис.

– Вас там ждёт кто?

– Да, есть кое-какие дела там, - усмехнулся Коляныч и обвёл парней многозначительным взглядом.
– Но сейчас, для нас главное - из Пустоши выбраться и к жилым местам выйти. Вот я тебе и предлагаю - пойдём дальше вместе. А там, как дойдём, ты сам решишь. Но, прямо скажу, если останешься с нами, то не прогадаешь.

Он опять обвёл всех многозначительным взглядом и Агей вспомнил их планы по возврату спрятанного на побережье золота.

"- Этот старик, не абы кто, - подумал парень.
– Вон он, как ловко Берга разоружил. Когда за золотом поплывём, он наверняка пригодится".

– Подумай, - сказал Коляныч, глядя на старика.

– А чего тут думать?
– пожал плечами тут.
– Дураком я буду, если буду думать. Припасы у вас есть, да и вы сами, по виду, не то, что вот этот.

Он кивнул в сторону, куда убежал Берг.

– Я только рад буду, если вы меня с собой возьмёте.

– Ну, и отлично!

– Тогда, договорились. Пойдём на север, до жилых мест, вместе. А там, видно будет, как мы дальше...

Коляныч и остальные пожали новому спутнику руки.

– Что посоветуешь, сейчас?
– сразу спросил бывший раб.
– Куда двинем?

– Для начала уберемся отсюда чуть дальше, - сказал старик.
– Я смотрю, у вас вещей масса. Надо их как-то разобрать и по-новому сложить. И мясо вы какое-то несёте...

Все принюхались и учуяли слабый неприятный душок.

– Сегодня утром отрезали, - пояснил Коляныч.

– Вот его бы тоже надо оприходовать, чтобы не стухло. Поэтому, давайте, пока пыляк стоит, отойдём немного дальше. Мы сейчас на какой-то равнине. Пыль через пару часов уже развеется и хорошо бы к тому моменту дойти до холмов или мест, где машины не проедут, а там и устроим привал.

Хтон поднялся на ноги, остальные последовали его примеру, подойдя к своим вещам.

– Слушай, Хтон, что это за железки?
– сказал Жерех и кивнул взятые в машине тонкие прутья, завёрнутые в синее полотнище.

– Это же водогон, - хмыкнул старик.
– Вы, что, не в курсе, что это такое?

– Первый раз слышим.

– Идём, по дороге расскажу.

Видя, что Коляныч с Жерехом берутся за носилки, Агей тоже нагнулся и взялся за тяжёлые носилки вместе с Виленом и Добером. Старик первым направился в северном направлении, также взяв сразу два не сильно тяжёлых тюка. Парни с носилками шли рядом, а старик между ними.

– Водогон, - сказал он, - для таких путников, как мы, это самая ценная вещь в Пустоши. Он воду собирает, прямо из воздуха.

– И как эта тряпка воду собирает?
– скептически ухмыльнулся Добер.

– Для тебя это - тряпка, а для кого-то - сложный прибор. Он состоит из трёх частей. Вот этих железок, на которых стоит и держится. Из самой водяной плащаницы и воронки, которая воду собирает и под которую ёмкость для сбора воды надо ставить.

На юге Пустоши, воды сейчас достаточно, но есть места, где с водой туго и там сейчас строят большие водосборные станции. А вот такие, малые водогоны, их, наверное, почти и не осталось. Как говорят, эти плащаницы ещё в древние времена сделаны, до Большой Катастрофы.

При этих словах, Агей с интересом посмотрел на светло-синюю ткань, похожую на брезент.

– Так, как это работает?
– спросил Жерех.

– Очень просто. Ставишь прибор на ночь, а и вода потихоньку капает. Не сильно много её получается, но достаточно, что бы нам всем от жажды не загнуться.

– А днём это работает?
– поинтересовался Коляныч.

– Работает, но лучше всего на ночь его ставить.

Почему-то никто больше вопросов не задал и несколько минут, шли молча.

– Послушай, Хтон, - сказал Коляныч.
– Я к тебе в душу не лезу, но ты рассказал бы о себе, вкратце, кто ты и откуда ты?

– Я же сказал вам уже, тогда, когда познакомились - беглый я. Как вы, уже поняли, наверное, я раньше воином был, джигитом. Когда Сегрегор Пустошь завоевал, я в плен попал, ну и с тех пор, полтора десятка лет, за решёткой сидел.

– Мы слышали, что они раньше срока могут отпустить, - сказал Коляныч.

– Так и есть! Я бы уже лет десять мог бы жить тут, как вольный, но я тогда дурной был, бежать пытался. Куда? А хрен знает! "На свободу"! Погубил себе репутацию и, можно сказать, мне повезло, что меня не вздёрнули или на кол не посадили. Отправили в Дол и там я почти пять лет обретался.

– Из Дола же вроде выпускают людей, - сказал Жерех.
– В Хибар их селят.

– Так и есть, - кивнул старик.
– Годика через три, а может и раньше, меня бы выпустили, чтобы я там старость и смерть встретил. Но я, уже от жизни ничего не жду, парни, она для меня кончена. Единственное, что меня в жизни удерживало - желание сбежать, утереть им нос. Ведь из Дола никто ещё не сбегал! Попытки, конечно, были, но всех до одного - или убивали, или ловили. Я же хотел стать первым, кто смог сбежать "по серьёзному", а потом добраться до безопасных мест.

– И ты пять лет ждал удобного момента?
– спросил Коляныч.

Агей, внимательно слушающий их разговор, тут же вспомнил историю Коляныча, как тот сам много лет, в рабстве, ждал удобного момента. Видимо история Хтона оказалась весьма близка бывшему рабу.

– Совершенно верно, - кивнул старик.
– Готовился я с самого начала, как туда попал. При этом, понимал, что у меня будет всего один шанс. Ведь если меня поймают, то, учтя мои прошлые побеги, точно убьют, без всяких снисхождений. На жизнь мне уже наплевать было, смерти я не боялся, но не хотел помереть, не сделав задуманное.

Поэтому я долго ждал подходящего случая, выжидал момента. Были, конечно, и раньше у меня возможности... Уже в первый год, сошёлся я с одним мудачком, который мне сбежать предложил, но он сразу гнилым мне показался. Понял я, что в случае чего, он запросто меня бросит в трудный момент. Его, кстати, уже в первый день побега поймали...

Был ещё один тип, но он откровенно "корову" искал. Слышали про такое?

– Я слышал, - сказал Жерех.
– Это когда берут с собой напарника, а затем, когда еда кончится, его убивают и едят.