Чтение онлайн

– Ну, и что может сделать горстка людей с такой ордой? – рассуждал Страж, сидя в окружении обнаженных небесных дев на облаке, которое медленно проплывало над долиной, – от них и мокрого места не останется. Скорее всего, они разбегутся, когда поймут, против кого мечи подняли.

Ильхегул расположился немного выше и тоже смотрел вниз.

– Вчера они уложили почти пятьсот воинов Тёгюнчи кагана, – ответил Прародитель, – смекалка вместе с храбростью храбрость – великое дело. Посмотрим.

– Но воевать с противником, которого вдесятеро больше, бессмысленно. они просто все погибнут и ничего больше. Они что, не знают этого?

– Знают, – кивнул Ильхегул, – но для них в этом есть смысл. Они люди, тебе их не понять.

– Но как можно собственноручно обрекать себя на смерть? Ради чего?

Ильхегул не ответил. Он не отрывал взгляда от долины. Страж тоже замолчал, глядя сверху на идущих по полю пешцов, на притаившихся за деревьями лучников. Несколько десятков всадников обогнали пешцов и приблизились к узкому проходу. Воины Чёрной Птицы в костяных доспехах гордо гордо восседали на лошадях. Их руки и плечи сплошь были покрыты татуировками с перекликающимися сюжетами, а у некоторых они покрывали даже шею до подбородка и затылка. Густые чёрные волосы падали на смуглые бородатые лица. Многие из них были массивнее даже варваров. Их тёмные, почти чёрные глаза с презрением смотрели на Шонкора, приближающегося к ним, в сопровождении гридей, богатырей и варваров. Они остановились на некотором расстоянии друг от друга. Пешцы в это время достигли линии атаки и сгрудились в кучу.

– Я воин Черной Птицы, Нахентикан. Правая рука Тёгюнчи кагана! – крикнул один из всадников, выехав вперед со стягом в руках, – Тёгюнчи каган приказывает вам сложить оружие и пропустить его к Белому озеру.

Шонкор выехал вперед. Доспехи из слоёной кожи закрывали его тело. Бронзовые сустуги блестели на груди. Наручи и защитные наплечники, как и кожаный шлем, окантованный бронзой, были украшены перьями сокола. За спиной у него на длинном древке развевалось зелёное знамя с древним красным солярным [19] знаком – четырьмя загнутыми по часовой стрелке лучами, выходящими из общего центра.

– Я Шонкор, вождь народов Священных Гор. Шонкор приказывает вам навсегда покинуть Священные Горы. Или сдаться на милость его народа.

– Ты шутишь, вождь, или настолько глуп?! – заорал Нахентикан, побагровев, – ты не знаешь, что всех вас ждет?! Мы вырежем мужчин, а ваших женщин возьмем в наложницы. Потом тех из них, кому повезет, отдадим наемникам. Вам лучше сдаться и стать наемниками или рабами! Вашего народа больше нет!

– Вождь народов Священных Гор еще раз, по-хорошему, предлагает вам покинуть эту землю, – бесстрастно произнес хан с каменным лицом, – иначе те из вас, кто останется в живых, сдохнут на медных рудниках, а кому повезет, будут прислуживать нашим женщинам! Мыть им ноги!

Среди воинов Черной Птицы послышался недовольный ропот. Кони под ними загарцевали. Люди Шонкора внимательно следили за каждым их движением. Внезапно на середину поляны выехала Зерка. Никто этого не ожидал.

– Эй ты, хвастун, – крикнула девушка, – я, вызываю тебя! Принимай поле!

Заригор тронул коня, пытаясь вмешаться, но Шонкор поднял руку, останавливая его.

– Поздно, – сказал он, – ты ее оскорбишь.

Воины Черной Птицы опешили.

– Эй, женщина, – крикнул Нахентикан, – иди домой и разводи очаг, иначе я тебя так приласкаю, что родные дома не узнают!

– Ха-ха-ха, – поддержали его воины.

– Я тебя так приласкаю, хвастун, что твои воины будут плевать на тебя! – крикнула Зерка, спрыгивая с коня, – бери в руки меч и принимай поле, если не трус! Хватит болтать, как баба на торжище!

Улыбки с лиц воинов, как ветром, сдунуло. Нахентикан спрыгнул с коня и обнажил меч. Он сразу же бросился в атаку, нанося рубящие удары. Зерка парировала их, держа свой меч обеими руками. Она едва доставала ему до подбородка, но ее гибкое и сильное тело без труда уклонялось от шипящего в воздухе лезвия. Нахентикан, выходя из себя, вкладывал в удар всю силу. Но каждый раз его меч рассекал лишь воздух или встречался с мечом девушки. Зерка была спокойна и сосредоточена. Но когда девушка отбила колющий удар, и меч прошел совсем рядом с ее грудью, едва не задев доспехи, Нахентикан внезапно ударил ее свободной рукой в лицо. От неожиданности она покачнулась. Следующий удар ногой пришелся ей в живот. Девушка упала на колени. Нахентикан занес меч над ее головой. В этот момент Заригор тронул коня. Воины Черной Птицы закричали, доставая из голенищ сапог небольшие бронзовые чеканы с веревками, привязанными к рукояткам.

– Куда?! – раздались возгласы, – Сами поле вызвали! Назад!

Зерка из последних сил закрылась мечом. Дыхание у нее перехватило. Боль в сплетении сковывала движения. Вместо того чтобы обрушить удар на голову девушки, Нахентикан выбил меч у нее из рук. Перебросив оружие в левую руку, он ударил ее в лицо кулаком. Зерка упала на спину, широко раскинув руки. Шлем слетел у нее с головы. Нахентикан хмыкнул и вложил меч в ножны. Его воины злорадно засмеялись. Богатыри Шонкора удерживали коня Заригора, не давая ему вступить в бой. Нахентикан подошел к девушке и сел ей на живот. Он достал кинжал и разрезал кожаные доспехи, разорвал рубаху. Солнце осветило крепкие выпуклые груди и нежно-розовые соски.

– Ха, да она еще и девственница! – Нахентикан, схватил Зерку за волосы и повернул лицом к своим воинам, – повеселимся сегодня, а?!

Гарцуя на лошадях, воины Черной Птицы закричали и заулюлюкали. Доставая на ходу боевые топоры, Заригор и Гурк, растолкав воинов Шонкора, направили своих коней к месту боя. В это время Зерка, придя в себя, дотянулась до бронзового шлема, и что есть силы ударила воина по голове. Нахентикан свалился на бок. Оглушенный, он начал вставать, но второй удар шлемом разбил ему лицо. Зерка сбросила с себя доспехи и рубаху, мешающие ей размахнуться, и осталась в одних штанах. Воин, качаясь, поднялся на ноги.

– На! – крикнула девушка и ударила носком сапога воина между ног. Тот сложился пополам и застонал.

– На! – крикнула Зерка и с разворота нанесла ему еще один удар шлемом.

Нахентикан упал на колени, теряя сознание. Зерка, держа бронзовый шлем за рог обеими руками, размахнулась что есть силы и с криком обрушила шлем на его голову.

От удара Нахентикан развернулся в воздухе, упал лицом вниз и затих. Зерка водрузила шлем себе на голову и повернулась в сторону воинов Шонкора. Девушка тяжело дышала. По лицу у нее текла кровь, руки и спина были в грязи. Она сплюнула и вытерла губы тыльной стороной ладони.

– Ура! – закричали воины Шонкора.

– Зерка! – крикнул Гурк, размахивая топором. Его конь встал на дыбы.

– Бей, Зерка! – восторженно кричал Заригор, – а-а-а!

Девушка подошла к лежащему воину и достала у него из ножен меч. Дети Черной Птицы с помрачневшими лицами тронули своих коней, Шонкор поднял руку.

– Куда?! – крикнул он им. – Назад! Это честное поле. Не сходить с места!

Сразу около сотни лучников спустили тетиву, и частокол воткнувшихся в землю стрел, вырос у самых копыт коней жуганей.

– Назад, мразцы! – кричал Заригор, размахивая топором.

Наконец, воины Черной Птицы остановились. Зерка одним взмахом меча разрезала кожаные штаны Нахентикана, обнажив ягодицы. Она взмахнула мечом и воткнула его в землю между ног воина, прямо у самых ягодиц. Гурк в ужасе закрыл глаза. Воины затихли, пораженные жестоким зрелищем, но когда поняли, что девушка воткнула меч не в тело, а в землю, выдохнули с облегчением и засмеялись.

– Гы-гы-гы, – раздался смех Гурка, перекрывающий все остальные голоса.