Чтение онлайн

В июне 1238 года в резиденции датского короля Вольдемара II Стенби был заключён немецко-датский договор о совместном разгроме новгородских земель, подписанный самим королем, магистром Тевтонского ордена в Ливонии Германом Балком и папским легатом в Прибалтике Вильгельмом Моденским. Шведы стремились завоевать Карелию и устье реки Невы, датчане хотели занять все юго-восточное побережье Финского залива, орден стремился завоевать Псков. Для захвата важнейшего торгового пути, связывающего Прибалтику с Новгородом по Неве, датчане начали укрепляться в Эстонии, а крестоносцы — в Ливонии и Финляндии.

15 июля 1240 года пятитысячное объединённое шведско-норвежско-финское войско во главе с финским епископом Томасом и шведскими рыцарями при впадении реки Ижоры в Неву было разгромлено тысячной дружиной новгородского князя Александра Ярославича и немногочисленными новгородскими, ладожскими и ижорскими добровольцами. Александр Ярославич стал Невским, а шведы до конца XIII века больше не пытались завоевывать новгородские земли у Финского залива, однако вообще попыток не прекратили и стали осуществлять свои набеги из Ливонии.

В 1240 году орденские рыцари, отряды датского короля и дерптского епископа разгромили псковское войско во главе с воеводою Гаврилою Гориславичем и взяли Изборск, вырезав все местное население. «В лето 6748 (1240) избиша немцы пскович под Изборском 600 муж месяца сентября в 16 день. И по сем пришедше немцы и взяша город Псков и седоша немцы в Пскове 2 лета». 16 сентября 1240 года немецкие рыцари с помощью псковских бояр-германофилов овладели Псковом. Ливонцы «пригонивше под город и зажгоша посад весь, и много зла бысть, и погореша церквы и честные иконы и книги и много сел попустиша». Ослабленная в Невской битве дружина Александра Невского была не в состоянии противостоять этому натиску, а новгородские бояре, не оказав никакой помощи ни Александру, ни Пскову, вынудили князя покинуть Новгород и уехать в Пере-яславль. Зимой 1241 года немцы захватили чудские земли Новгорода и построили там крепость Копорье. Немецким отрядам оставалось пройти до Новгорода 30 километров. Новгородцы попросили у Ярослава Всеволодовича князя и он прислал своего сына Андрея, который не смог остановить немцев. Новгород опять попросил Александра Невского, который прибыл в город в марте 1241 года. Собрав войско, Александр захватил и разрушил Копорье. В начале 1242 года на помощь Александру с владимирскими полками пришел его брат Андрей, направленный в Новгород отцом, тогда уже великим князем владимирским Ярославом Всеволодовичем. Братья с войсками неожиданно отбили Псков. Немцы и войско Александра Невского встретились «на Узмени у Воронтея камня». Победа Александра Невского на Чудском озере 5 апреля 1242 года, в которой 500 рыцарей было убито и 50 взято в плен, остановила на длительный срок немецкую экспансию. Немецкий орден начал завоевание земель пруссов, куршей и Литвы. В 1243 году орденские рыцари разбили пруссов и заняли северные польские земли. 1 октября 1243 года был подписан договор о взаимной защите и помощи между епископами Риги, Тарту, Эзеля и вице-магистром Тевтонского ордена в Ливонии.

В 1239 году литовское войско захватило Смоленск, но уже осенью дружины великого князя Ярослава выбили их оттуда.

Ю.А.Лимонов в своих работах «Владимиро-Суздальская Русь» (Л., 1987) и «Летописание Владимиро-Суздальской Руси» (Л., 1967) провёл чёткий анализ этой эпохи: «Рассмотрение ряда летописных сообщений местной владимирской летописи позволяет прийти к следующим выводам. Во Владимиро-Суздальской земле существовали в ряде городских центров коммунальные органы власти — вече. Оно играло большую политическую роль в истории страны, выступая в роли контрагента княжеской власти. Князь приглашался на стол. Его власть в ряде случаев ограничивалась вечем. Иногда по приговору веча князь изгонялся и заменялся другой кандидатурой на местный стол. Все соглашения между вечем и князем оформлялись определёнными документами — крестоцеловальными грамотами. Они содержали ряд (поряд), условия, на основе которых князь получал власть над городом и землей — областью. Нарушение рода вело к смене князя. Вече организовывало местную городскую общину, исполняло в случае нужды роль законодательного и исполнительного органа, организовывало местное ополчение. Вече возникло, видимо, почти во всех городах Северо-Восточной Руси на протяжении XII–XII веков. Старейшие центры — Ростов и Суздаль, — возможно, уже к 90-м годам XI века имели коммунальные органы власти. В новых городах — Владимире и Переяславле — вече возникло в 60—70-х годах XII века. Вече образовывалось из свободных людей, жителей города. По своему классовому составу оно состояло из бояр, а также мужей — дворян, «воев» — представителей класса феодалов, купцов, торговцев. Эти прослойки имели ведущее значение при решении важнейших вопросов политики города и земли. Но кроме них существовало ремесленное население города. Лично свободное, оно составляло большинство городского населения, но не имело решающего значения. Определённую роль в делах коммунальных органов играла церковь.

Анализ источников, летописных и актовых, позволяет установить следующее. Термин «дворянин» вначале обозначал слугу крупного феодала. Этот слуга жил при дворе своего господина. Как уже оформившаяся социальная группа дворянство выступает во второй половине XII века. Следовательно, ее появление надо отнести ранее этого времени. Дворянин — член «младшей» княжеской дружины, а впоследствии «двора». В конце XII — начале XIII он выполняет разнообразные функции. Дворянин

— военный слуга (рыцарь крупного феодала, управляющий его хозяйством, член административного управления и исполняющий роль судебного чиновника и полицейского. В XIII веке эта социальная группа — дворяне

— распространилась повсеместно на всей территории Древней Руси. За свою службу дворянин получал вознаграждение в виде денежного или земельного пожалования. Дворянин был земельным собственником. Он мог приобретать и держал села и рабочую силу — смердов. Последних он покупал или кабалил и мог «сводить» на свою землю. Все это позволяет сделать вывод, что истории дворянского класса, сыгравшего значительную роль в России, предшествовала история вначале небольшой социальной группы, чья долгая и сложная эволюция растянулась почти на весь период феодальной раздробленности.

Битва на Сити вписала последнюю страницу в историю Владимире-Суздальской земли. Отныне история северо-востока Руси развивалась во взаимодействии с внешним фактором — политикой Золотой орды. Страшная сила татаро-монгольского ига надолго вторглась в жизнь русского народа. Она не остановила развития и поступательного движения общества, но во многом их тормозила и деформировала.

Татаро-монгольское иго было постоянным тормозом политического, экономического и культурного прогресса. И все же разгром Владимиро-Суздальской земли, массового убийства жителей, почти полное уничтожение народного хозяйства не остановили поступательного движения русской истории. Государственность была сохранена. Значение этого фактора трудно переоценить. Роль государства в этот критический период русской истории была исключительно важной. Значение сохранения государственности, видимо, в известной степени понимали и современники. Пример Волжской Болгарии, буквально развалившейся под ударом монголов за полтора года, был перед глазами. Вот почему летописная запись о восшествии Ярослава звучит необычайно торжественно и подразумевает определённый подтекст: «Ярослав сын Всеволода великого седе на столе в Володимери. И бысть радость велика хрестьяном их же избави Бог рукою своею крепкой, от безбожных татар, и поча ряды рядити, яко пророк глаголет Богове суд твои церкви дажь, и правду твою сынови царстви, судити людем твоим в правду, и нищим твоим в суд, и потом утвердися в своем честном княжении». Летописец подчеркивает, что обычный порядок, традиция государственного устроства сохранены. Князь рядит ряд с вечем, заключает договор, садится на стол великого княжения во Владимире, управляет и судит. Другими словами, подчёркнуты обычность, возвращение к нормальной практике жизни общества, к повседневному функционированию государственных институтов. Продолжалась жизнь, правда, уже в новых условиях развития. Начался её новый этап. Летописец превосходно это понимает и подчеркивает в тексте. С ним трудно не согласиться. Действительно, начался новый период истории русского народа. На смену Владимире-Суздальской Руси шла Русь Московская.

Правящий класс Севере-Восточной Руси превосходно разбирался в делах сопредельных государств. Владимиро-Суздальские князья внесли определённую лепту в историке-юридические анналы русской дипломатии. Александр Невский уже в начале 50-х годов XIII века особым мирным договором установил границу между Русью и Норвегией. В общих чертах она сохранялась много лет. А его отец Ярослав после удачного похода под Юрьев, где он разгромил войско Ордена, обязал к уплате дерптского епископа так называемой «юрьевской дани». Вопрос о ней был одним из важнейших при Иване III и Иване Грозном в XV–XVI веках.

Владимиро-Суздальская Русь поддерживала связи и контакты со многими странами мира. Они зиждились не только на торговле, экономике, ремесленном производстве, но и на обмене культурной информацией. Северо-Восточная Русь XII–XIII веков может служить превосходным примером, моделью общества, осуществлявшего интенсивный обмен духовными и материальными ценностями между Востоком и Западом, и в то же время вносившего своё, весьма деятельное начало в развитие их цивилизаций. Объём и интенсивность контактов были таковы, что Владимиро-Суздальскому княжеству, видимо, принадлежало одно из первых мест во внешнеполитических связях в XI–XIII веках на севере Европы.

В настоящее время известен ряд памятников, содержащих комплекс Владимире-Суздальских известий. Подобные сообщения находим почти во всех опубликованных летописях: Лаврентьевской, Троицкой, Суздальской, Симеоновской, Радзивиловской, Летописце Переяславля Суздальского, Ипатьевской, Новгородской I, Новгородском кратком летописце, Рогожском летописце, Никано-ровской, Новгородской IV и Софийской I, Московских летописных сводах 1480, 1493 и 1495 годов, Ермолинской, Львовской, Типографской, Тверском сборнике, Воскресенской, Никоновской, псковских и смоленских памятниках. Наиболее пригодной для нанализа является Лаврентьевская летопись.

Ростово-Суздальское летописание первой половины XII века представлено памятником, созданным непосредственно на северо-востоке — Ростовским сборником («старым ростовским летописцем», как назвал его епископ Симон в начале XIII века), который содержал печёр-скую летопись и Повесть временных лет, излагавшие события XII века. В сборнике находились также сообщения начала XII века о градостроительстве Владимира Мономаха; о нападении болгар на Суздаль; далее — о походах Юрия и Георгия Симоновича на болгар, о градостроительной деятельности Долгорукого. И, наконец, известия конца 50—60-х годов рассказывали об избрании Андрея на стол.