Чтение онлайн

— Это неплохой план, — согласился Тейлор.

— Что-то происходит, — вдруг сказал Драйзер. Тейлор и Джонсон удивлённо посмотрели на него, и только тут услышали приглушённые выстрелы снаружи. Медленно и аккуратно поставив чашечку с чаем на стол, Джонсон встал и подошёл к окну. Сперва он даже не понял, что видит перед собой, однако когда разглядел, волосы у него встали дыбом. Увиденное явление напоминало огромный круглый куст, высотой с небольшой дом. Куст вытягивался вперёд, словно червь, принимая форму яйца, затем подтягивался, становясь эллипсоидом, и вновь замирал. Это было бы не опасно, если бы не скорость, с которой двигалось необычное растение. Куст лихо перекатился через проволочные заграждения, уцепился ветвями за крепостную стену, подтянулся и вскарабкался наверх, нависнув над военным городком. Внизу под стеной столпились огнемётчики, поливающие огнём незваного гостя. Круглое дерево вздрогнуло и отмахнулось ветвями от назойливых людей. Полетели ракеты, взревела сирена, из ангара вышло несколько боевых роботов. И только тут Джонсон понял, что таких деревьев там внизу у подножия вершины преогромное множество!

— Всех боевых роботов срочно в бой! — распорядился он.

— Да, это было красочно! — потирая руки, сказал Летрезен, наблюдая в магическом изображении за атакой гумкан. Каждая гумкана обладала колоссальной силой, и людям пришлось приложить громадные усилия, чтобы справиться со всеми ими. Были жертвы и разрушения — то, что нужно.

— Очередь за вивиями? — спросил стоявший рядом Рамелон.

Летрезен с улыбкой кивнул.

Вивии действовали совсем иначе, чем гумканы. С виду это лиственное дерево, по строению напоминающее хвойное: прямой ствол устремлялся вверх на большую высоту, а ветки росли вверх и расходились во все стороны почти симметрично. В один определённый миг ствол дерева неожиданно изгибался дугой, и верхушка уходила в землю и прорастала корнями. Из этого места начинал расти вверх новый ствол, который так же довольно быстро набирал высоту и опрокидывался. Всего за сутки образовывался огромный арочный забор. Вивия по природе своей являлась паразитирующим растением, и потому распространялась очень быстро. С перевернувшихся веток на землю падали многочисленные семена, прораставшие довольно быстро, и создающие непроходимый лес стволов. Эти деревья находились под постоянным магическим контролем. Эльфийская армия могла свободно двигаться по ветвям и стволам, добираясь до самого сердца вражеской позиции. На это и рассчитывал Летрезен. Выращивание вивий значилось одним из последних пунктов в плане штурма.

Появление арочного леса прямо под стенами оборонительной линии вызвало в стане врага настоящий шок. Деревья безжалостно вырубались, однако на их месте вырастали новые. В конце концов, командование людей приняло решение выжечь местность в радиусе тысячи шагов вокруг своей позиции, не в силах справиться со всеми деревьями и считая, очевидно, это бессмысленной тратой времени. Летрезен считал всё же это своей победой. Атаковать с тысячи шагов удобнее, чем с десяти тысяч.

— Надо будет вырастить ещё немного гумкан для решающей битвы, — сказал он, обернувшись к магу.

— Ну и к чему привело это твоё промедление? — раздражённо спросил Драйзер. Генерал Джонсон угрюмо молчал. Он оглядывал поле предстоящего сражения, и нехорошие предчувствия не покидали его. Всего в пятистах метрах, там, где кончалась граница выжженной земли, красовался могучий лес полукруглых стволов. Ключевая точка обороны представляла теперь наибольшую угрозу во время неминуемого штурма.

— Надо поторопиться с атакой Западной армии, — задумчиво проговорил генерал. — А с этим, — он кивнул на лес, — мы обязательно разберёмся.

— Как?

— Когда эльфы будут атаковать, польём их напалмом с воздуха, — грозно произнёс генерал и отвернулся.

Сообщение о том, что Западная армия подверглась нападению, вызвало тревогу в штабе армий Великих народов. Летрезен посоветовался с Эрвилом и решил отправить к Новому ручью сразу половину всех сил. Эрвил активно кивал, поддерживая это решение. Однако он так и не узнал, что Летрезен даже не планировал никакой переброски войск. Это была лишь проверка одной догадки. Герцог пытался дезинформировать противника, и очень надеялся, что не совершил никакой ошибки. Факты указывали, что ошибки не было.

Летрезен активно пользовался заклинанием невидимости, проникая на тот берег и изучая обстановку. Несколько раз его непостижимым образом замечали, и пришлось спасаться бегством. Сейчас же он стоял на берегу реки у единственного места, где проходящая между двумя занятыми противником посёлками дорога выходила к реке. Была безлунная ночь. Слабо сияли звёзды на безоблачном небе. Река тихо журчала, перенося огромное количество пресной воды, разделяющей две враждующие армии.

По сообщению магов-разведчиков именно в этом месте скоро пройдёт вражеский отряд огромных механических машин, прикрывающий группу людей, идущих за водой. Летрезен несколько раз глубоко вдохнул чистый холодный воздух, а затем произнёс заклинание невидимости.

Люди, в самом деле, появились довольно скоро. Шесть человекоподобных машин ростом пятнадцать шагов и одна машина высотой в двадцать пять шагов прикрывали бодро шествующих к воде людей, которых было около трёх десятков. Ничего не подозревая, люди подошли к реке, бесшумно подвезя к берегу странную тележку с большой металлической бочкой цилиндрической формы. От бочки отходил длинный тонкий шланг, который сразу же опустили в воду.

Кто-то из людей наблюдал за процессом закачки воды, кто-то опасливо оглядывался по сторонам, а кто-то просто курил. Никто не произносил ни слова.

— Эй, ребята! — не удержавшись, крикнул им Летрезен и с удовольствием стал наблюдать за произведённым эффектом. Это сложно было назвать паникой, хотя другого определения поведению людей трудно было подобрать. Эдакая беспомощная суетливость. Повинуясь магической команде, скрытые в чаще гумканы и энты неожиданно атаковали отвернувшихся роботов. В прошлой битве энты не использовались, и Летрезен возлагал очень большие надежды на эти ходячие деревья. Роботы оказались достойными противниками. Люди, стоявшие на берегу, все как один схватились за оружие и открыли беглый огонь, однако почти моментально их одного за другим стали поражать стрелы прятавшихся в ветвях близкого леса лучников. Летрезен достал из ножен свой меч. Клинок этого меча был сделан из красного кристалла, необычайно прочного и обладающего очень любопытными свойствами. До недавних пор этот меч томился во тьме третьего этажа дома герцога, куда путь остальным был запрещён. Летрезен забрал его во время визита в Вир.

Бросившись вперёд, Летрезен закрутился, поражая противников насмерть. Люди умирали от одного касания алого лезвия, причём не важно, куда они были ранены. Этот меч был слишком смертоносным. Очень скоро всё было кончено. Люди были мертвы, роботы повержены.

Летрезен подошёл к самому большому роботу и приказал одной из гумкан вскрыть грудную броню механизма. Вытянувшиеся ветви с громким скрежетом справились с задачей, оторвав изрядный кусок металла от безжизненной машины. Летрезен вскарабкался на этого монстра и не без удивления увидел внутри мёртвого человека.

— Обыскать другие машины! — тут же отдал он приказ. Услышав на берегу какое-то шипение, Летрезен спрыгнул вниз и прошёлся мимо человеческих трупов. У одного из людей что-то было зажато в руке. Что-то тёмное, прямоугольное, с множеством кнопок и маленьким тёмным экраном. Герцог недоумённо повертел устройство, осматривая его со всех сторон. И тут из устройства раздался голос!

— Ударная группировка «G», ударная группировка «G»! Ну где вы, мать вашу?! Отвечайте!

Летрезен, повинуясь указаниям логики, нажал на большую зелёную кнопку. На экране появилось лицо Джонсона, который с искреннем удивлением воззрился на герцога.

— Ах, генерал Джонсон! Какая чудесная ночь, не правда ли? — весело сказал Летрезен, узнав посла Новой Астии. Джонсон, казалось, пытался что-то сказать, но не мог. Несколько раз он открывал рот, но не мог произнести ни слова. Наконец он собрался с мыслями и совладал с бунтовавшими чувствами.

— Я никогда ещё не был так зол! — были первые слова генерала.

— Считаю это комплиментом, — улыбнулся герцог.

— Ну, и что же дальше? Выбросишь рацию или повесишь на стенку в качестве трофея?