Чтение онлайн

Возвращаясь к нелегкой истории распространения идей мос­ковского профессора математики Анатолия Фоменко, отметим новаторскую роль патриарха современной немецкой хронологи­ческой критики Христофа Маркса (Базель). С 1992 года он зна­комит немецких ученых в своих докладах и статьях с трудами Фо­менко по анализу истории, рассмотренной с точки зрения стати­стики [5] . Уже в мае 1996 года Христоф Маркс подробно обсудил математико-статистический метод академика Фоменко в кругу «реконструкторов времени» в Гамбурге.

Он, в частности, отметил, что «филологические источники позд­него Средневековья и начала Нового времени – и это общеизвест­но – практически полностью фальсифицированы. Немногие под­линные свидетельства скрыты за этим фальшивым занавесом и по­этому были до недавнего времени недоступны нашему анализу». При этом было бы неверно характеризовать эти произведения как своекорыстный умысел их авторов, сознательно создающих ложную историческую картину. Правильнее рассматривать эти источники, на которые мы тем не менее вынуждены опираться, как приступы коллективного невроза. Тем самым становится невозможным ис­следование реального прошлого. Итак, это психоаналитическое по сути заявление перечеркивает наши шансы на (пусть даже прибли­зительно) отражающее действительность прошедшего историческое исследование [6] .

С 1997 года его поддерживает Евгений Габович (Карлсруэ и Потсдам), автор многочисленных статей о Фоменко и других рос­сийских критиках хронологии, организовавший перевод на не­мецкий язык первых лекций Фоменко [7] . Был бы очень желателен перевод главных трудов академика Фоменко на немецкий. Мы искренне надеемся, что найдется немецкое издательство, которое заинтересуется этими книгами, и работаем над этим вопросом. Таким образом, немецкие исследователи хронологии получили бы доступ к сочинениям классика российской историко-хроно­логической критики и его соратников.

Евгений Габович неоднократно знакомил немецкую публику с результатами работы российских исследователей хронологии, вы­ступая с докладами в Берлинском Историческом салоне, в осно­ванных и возглашаемых им Исторических салонах в Карлсруэ и Потсдаме, на международных и местных конференциях, а также в многочисленных статьях [8] . Собрание трудов российских критиков хронологии можно найти в созданном по его инициативе интер­нет-журнале «История&Хронология», ( www.jesus1053.com ), где, наряду с немецким, есть российский и английский разделы. Уси­ление интереса к исторической критике в Германии способствует оживленной дискуссии на форуме этого электронного журнала.

Собственные исследования Евгения Габовича демонстрируют попытку синтеза идей и традиций российской исторической и хронологической критики с таковой Иммануила Великовского [9] и немецких критиков. В ряде публикаций он рассматривает процесс выдумывания и творения истории азиатских стран (Индии, Китая, Бирмы, Месопотамии и т. д.) и доказывает, что историками сочи­нялась не только знакомая нам с детства древняя история стран Средиземноморского бассейна. Выдуманная история этих послед­них была положена в основу придуманной же истории стран Азии.

После первых же контактов восточно-азиатских стран с евро­пейцами, последние начали насиловать местные представления о прошлом. Истории в европейском смысле в восточной Азии, соб­ственно, никогда не существовало, даже идеи истории в ее евро­пейском хронологизированном варианте во многих восточно-азиатских странах не было. Поэтому не одно столетие потребовалось европейцам (иезуитам и прочим сторонникам глобализации ис­тории), чтобы убедить азиатских интеллектуалов (это удалось только к концу XVIII века, а в некоторых странах и значительно позже) в необходимости создания фиктивной истории. Я подчер­кивал сходные идеи в последней главе данной книги.

Наряду с Христофом Марксом, среди «реконструкторов време­ни» необходимо назвать Хайнсона и Иллига, начинавших свою критическую деятельность – как и Маркс – с позиции последова­телей выходца из России, врача Эммануила Великовского (1895-1979). Будучи практикующим психоаналитиком в США, он вы­пустил несколько исторических исследований, в которых в тради­ционалистской манере доказывал древний возраст и абсолютную достоверность Пятикнижия Моисея, доверяя библейской хроно­логии больше, чем Манетону или данным современной археоло­гии [10] , хотя все их построения тесно связаны друг с другом.

Это понял бременский профессор Гуннар Хайнсон [11] (доклад «Хронология Авраама»), который, вернувшись к естественнонауч­ным критериям и создав метод «учета очевидного», открыл новый путь в деле реконструкции исторической картины мира. Его обра­щение к данным археологии вкупе с критическим исследованием документов (считавшихся до него подлинными) вело к новым вы­водам: хронология всего периода от момента зарождения челове­чества до 1000 года н. э. должна быть пересмотрена. История зна­чительно короче, чем в том пытается убедить нас Библия или со­временные археологи. И все-таки Хайнсон, невзирая на критику, остается по-прежнему схож с Великовским своим слепым довери­ем тексту: так, Библию и сочинения церковных писателей (Евсе­вия и др.) он считает произведениями «реальной» раннехристиан­ской эпохи более чем тысячелетней давности [12] . Даты он сдвигает для того, чтобы последовательность была более убедительной, при этом пытается привязать датировку к археологическим находкам, не осознавая того, что подобное занятие есть сотворение новой фикции, не могущей претендовать на право стать фактом.

В связи с этим я хотел бы уточнить, что положения Хайнсона и Иллига способствуют насаждению ложной исторической картины, так как, вычеркивая из средневековья только 300 лет, они почти це­ликом признают античность официальной истории [13] . Иллиг уста­навливает, что ранние средневековые монастыри после прыжка че­рез «фантомное» время продолжали существовать и успешно разви­ваться . А того, что сведения об основании христианских монастырей в эпоху, предшествующую «фантомному» времени, полностью вы­мышлены, он (пока) не замечает. То, что Иллиг всерьез принимает историографию периода до 614 года н. э., толкает его на некритиче­ский путь, противоречащий его собственным установкам.

Есть вопрос, не дающий покоя «реконструкторам времени» с самого начала их исследований: почему историческая память оказалась стертой настолько, что проникновение за определен­ный временной барьер, находящийся где-то в позднем средневе­ковье, сделалось практически невозможным. Только ли церковь с ее «охотой на ведьм» и сожжениями книг – единственная ви­новница. Или вину с ней разделяют и катастрофы, возможно, космического происхождения. Эту гипотезу, опираясь на тру­ды Эгона Фриделля, всесторонне исследовал Христоф Маркс. Он установил, что около 1350 года, во время Черной чумы, в Солнеч­ной системе имел место последний «Большой толчок», не только вызвавший огромные разрушения, но и изменивший положение Земли относительно Солнца и, соответственно, сделавший бес­смысленными астрономические расчеты, привязанные к пред­шествующим периодам [14] .

О четырех катастрофах, каждый раз практически стиравших с лица Земли человеческую цивилизацию и культуру, мне известно более тридцати лет [15] . Новым для меня явился тот факт, что по­следняя космическая «волна уничтожения» прокатилась над Зем­лей всего 650 лет назад, о чем свидетельствуют геологические вы­кладки и устные предания.

Разумеется, мои расхождения с группой Хайнсона и Иллига ка­саются не только катастрофизма. Если верно то, что от всего исто­рического периода до 1500 года сохранились лишь обрывочные воспоминания, отголоски преданий и не связанные между собой отдельные традиции различных культурных народов, то достовер­ная реконструкция была возможна уже в то время только для не­скольких предшествующих столетий. Значит, можно было тогда, в принципе, помнить о том, что существовали саксонские короли по имени Генрих или Оттон, но нельзя было установить для них никакой точной временной привязки. В XVI веке (в основном, по инициативе церкви) их расположили на временной прямой, кото­рая находилась в стадии разработки. Отсюда и происходит столь внушительное расхождение в «документах», которые зачастую призваны удостоверить задним числом событие, случившееся три­ста лет назад.