Чтение онлайн

Последний момент - насчет "вам лично" - Хаецкий уточнять не стал. По крайней мере, пока. Но запомнил...

– Тогда, если вы не возражаете, продолжим, - он побарабанил пальцами по извлеченной из дипломата толстой папке.
– Здесь досье на нацистских лидеров, возглавляющих эту группировку. По крайней мере, на тех, кто это все затеял - наверняка в руководстве много новых, в том числе и из местных, о которых мы даже и не догадываемся...

– Как раз это поправимо - у нас есть агентурная сеть в германских государствах. Что-нибудь выясним, - Этне забрала папку.
– Конечно, когда будем знать, что и как искать.

– Мы и сами не слишком хорошо это представляем, - вздохнул Игорь.
– Впрочем, что - еще можно догадаться - любые несуразности... Собственно, мы полагаем, что все работы ведутся под контролем СС, а они умеют прятаться. Еще одна догадка - в качестве прикрытия используются разнообразные мистические кружки и ложи, если они, конечно, есть.

– Вот уж этого добра там хватает, - поморщилась Этне.
– Никогда не могла понять, как можно верить в подобные нелепые сказки.

– Ну, это как раз неудивительно, - Игорь покачал головой.
– Военное поражение, экономический кризис... Традиционная религия явственно демонстрирует свое бессилие, а взять собственную судьбу в свои руки люди боятся - вот и появляются оккультисты...

– Наверное, вы правы... Значит, за мистиками будет особое наблюдение, что еще? Попробуем озаботить конструкторов с обеих сторон разведывательными ракетами?

– Несомненно. Но, поскольку, в ближайшее время нам это не светит, давайте подумаем о самолетах-разведчиках. Насколько я понял, ПВО там достаточно мощная, так что поршневые самолеты имеют мало шансов.

– А своих реактивных самолетов у нас недостаточно, поэтому разведкой придется заниматься вам.

– Да, это очевидно, - Хаецкий перелистал блокнот.
– Хм, получается, что черновик предложений у нас уже готов. Больше того, даже кое-что сумели выяснить, не сходя с места.

– Да уж, - Этне собрала папки, поднялась и подошла к сейфу.
– Всегда бы так работать. А то ведь чаще приходится гадать на кофейной гуще...
– убрав папки, девушка извлекла из сейфа флягу и два стаканчика и добавила:

– Думаю, этот успех стоит обмыть.

– Что это?
– полюбопытствовал Игорь, принимая стакан.

– Потин, - отозвалась Этне, - наш дворецкий гонит его в изрядных количествах, и очень неплохой.

Отдышавшись, майор признал, что ирландский самогон ничуть не уступает русскому - а может, и превосходит. По крайней мере - конкретно этот.

– Ракета с фотоаппаратом вместо боеголовки? Не самая лучшая идея. Пока можно взять один из новых истребителей - таких, как МиГ-15, к примеру - и установить на него фотокамеру и дополнительные ЖРД. Он будет легче серийной модели, а благодаря ракетным двигателям сможет достичь больших скоростей и высот, - Королев отложил бумаги и потянулся за другой пачкой документов. Сообщения из Уайт-Сэндс обнадеживали - вполне вероятно, что уже в этом году на орбиту Земли будет выведен первый искусственный спутник. Пока, разумеется, довольно примитивный, но все-таки... И уже сейчас надо работать над возвращаемой капсулой. Пожалуй, если переложить работу по спутнику на американцев, можно уложиться года полтора-два. А потом уже и человека... Но сначала - фоторазведка. Во всех диапазонах. И все упирается в ракету, потому что двигатели, топливо и фотоаппаратуру меньше, чем в две-три тонны не уложить. Ни одна из имеющихся ракет такого не поднимет... Но теплоизоляцию можно отработать и на той же Р-3, если довести ее до ума...

Задумавшись, Королев притянул к себе чистый лист и принялся набрасывать возможные варианты будущей ракеты. Где-то на краю сознания блуждала мысль, и конструктор никак не мог ни отделаться от нее, ни обдумать толком, а потому в итоге просто махнул на нее рукой. Это помогло - мысль, наконец, приобрела законченные очертания. И мысль эта, в общем, была довольно простой: если переходы действительно можно открывать не только между вселенными, но и внутри вселенной - как должен выглядеть космический корабль, оснащенный таким устройством, пригодный для межзвездных перелетов?

Два мира застыли в шатком равновесии. Война невиданных прежде масштабов затаилась, словно зверь, во тьме будущего, готовая обрушится на человечество и, возможно, поставить точку в его существовании. И в Нью-Йорке, и в Таре, и в Берлине знали - отсчет запущен. Знали и спешно готовились в надежде, что будут готовы прежде, чем стрелка часов остановится на нуле...

Пролетая каждый час четыреста километров, пассажирский "Кондор" летел над Европой. Делегации Ирландии и Объединенных Наций (кто-то из англичан предложил говорить вместо этого "терране", и было похоже, что идея приживется), летели в Москву. Без участия Республики никаких новых шагов предпринять было невозможно, а контакты через посольство исчерпали свой ресурс полностью.

И вот теперь дипломаты, военные и разведчики летели в Москву. И пока самолет отмерял километры над Европой, Игорь Хаецкий зарылся в папку с информацией о Советской России и время от времени задавая вопросы Этне или ее брату.

В истории России в этом мире было примерно поровну и привычного, и абсолютно чуждого. Так, конфликты с Византией, хотя и вспыхивали неоднократно, но никогда не достигали масштабов русско-турецких войн, а роль Турции в качестве главного врага играла Литва. С Литвой Российская Империя воевала долго и упорно, в союзе то с Австрией, то с Византией, то с Германией - однажды даже с Норвегией. Окончательно литовский вопрос решился только после здешней первой мировой войны, когда в 1885 году это государство (напоминавшее Хаецкому Речь Посполитую), было ликвидировано.

Здесь были и Рюриковичи, и Романовы - с другими именами, но с похожими характерами. Последний из них - Борис Второй - даже внешне походил на Николая Второго, а уж вредительством они занимались совершенно одинаково. Да и закончилось их правление тоже одинаково - революцией... Впрочем, Борис все-таки сбежал в Тулузу, где и умер своей смертью - абсолютно никому не интересный. А в общем, картина получалась довольно любопытная - чем дальше в прошлое, тем меньше отличий было между двумя мирами. Возможно, где-то в прошлом скрывался момент, до которого оба мира были идентичны... Или едины?

Этой мыслью он поделился со спутниками. Этне только пожала плечами, а Патрик, после довольно долгого молчания, ответил:

– Кто знает? Но это предполагает, что мировая линия может разветвляться, что выглядит полной бессмыслицей. С точки зрения теории относительности...

– Возможно, мы недопонимаем ее? Теория относительности может описывать, только один аспект...

– Возможно... Над этим стоит подумать, но сейчас у нас есть более важные темы для размышлений.

– Несомненно. Но, боюсь, мы недооцениваем важности именно этой темы. Последнее время мы слишком часто сталкивались с сочетанием физики и политики...

– Я приношу извинения, - перебила Этне.
– Но сейчас перед нами этого сочетания нет. Сейчас только политика.

Хаецкий, вновь углубившись в папку, кивнул. Забавно, подумал он, Этне всегда так странно строит фразы, когда волнуется. Когда спокойна, конечно, тоже, но не настолько же...

А затем он подумал, что слишком уж много думает об ирландской графине, вместо того, чтобы заниматься делом. Тем более, что графиня почему-то решила занять соседнее кресло... Стоп. Займись-ка делом. Что там еще...