Чтение онлайн

Стреноженный, избитый Каримбек с недоумением смотрел на знакомых – Илью и Александра и моргал черными короткими ресницами. Он не помнил, чтобы сделал парням что-то плохое. Только кормил вкусно. А они…

– Видите ли, – тоном комиссара Мегрэ объяснил Ваня Евдокимов, – есть все основания полагать, что под маской Каримбека скрывается наемный убийца по прозвищу Самурай.

Здоровякин метнул в лейтенанта грозный взгляд.

– Нет, ну а что? Правда же, – заметался Ваня.

– Вы с ума сошли! – всплеснула руками директриса. – Наемный убийца?!

– Киллер, – расшифровал Ваня.

– Какой киллер?! Каримбек – один из лучших поваров ресторана, он работает здесь в течение шести последних лет по семь дней в неделю. Мы все его знаем и любим. У него жена, двое детей. Живет на улице Моцарта.

– Какой он киллер! – подхватили другие труженики ресторана. – Да он…

– Вся его жизнь проходит у нас на виду, – сказала официантка Дина. – И когда бы он смог кого-то убить?

– Я участвую в выборах, – жалобно напомнил Каримбек. – Я получил российское гражданство!

– Но ведь у него бывают творческие командировки? – уже с сомнением произнес лейтенант. – Вот недавно он ездил на озеро Саманкуль. И там пропали два человека…

– Так, – прокашлялся Здоровякин. – Ваня, снимай наручники. Каримбек, свободен. Иди. У тебя там что-то горит…

– Нет, я согласен, он не Самурай, – оправдывался Саша. – Гипотеза подкачала. Но все равно! Кристина могла нанять его для убийства Лунского и Инги? Могла! Почему нет?

Они двигались к выходу из ресторана. У Здоровякина на лбу проблесковым маячком горела шишка, на шее виднелся ожог…

– Гражданство он, видите ли, получил! – глухо проворчал майор. – А ты представляешь, как трудно получить гражданство такому разноцветному индивидууму?

– Ужасно трудно! – вставил Ваня Евдокимов. – Закон сочиняли извращенцы. Я слышал по телевизору, одному Герою России долго не давали гражданства. Не вписывался в рамки. Пришлось вмешаться президенту.

– Постойте! Саша! Илья! – донеслось сзади. Это мчался по следам сыщиков Каримбек. – Я хочу вам сказать…

Парни остановились и с сожалением посмотрели на повара. Как грустно, что титул Самурая оказался добропорядочному Каримбеку не по плечу. А версия была блестящей!

– Меня расспрашивал следователь. А я забыл сказать ему одну вещь. Вам говорю. Я видел Аркадия Игоревича на берегу озера поздно вечером. Перед тем, как он исчез. С ним была женщина. В голубой кофте.

– Бирюзовый джемпер с черными змеями? – уточнил Валдаев.

– Да, да, – закивал Каримбек.

– И что? – пожал плечами Здоровякин. – Ольга Валентиновна нам призналась, что гуляла с Лунским по берегу накануне исчезновения.

– Но у нее-то джемпер изумрудный! – воскликнул Валдаев. – А бирюзовый – у Софьи Орешкиной!

– Да откуда ты помнишь, у кого какой? Лунской гулял с Ольгой Валентиновной, Ольга нам об этом отрапортовала. Ее и видел Каримбек. Да?

Каримбек пожал плечами.

– Лица не разглядел. Далеко. Только спину видел, и кофту запомнил. Голубая… э-э… Бирюзовая, да.

– Голубой джемпер у Софьи, – упрямо напомнил Валдаев. – Под цвет глаз. А у Ольги Валентиновны – изумрудный. У нее глаза зеленые.

– Я не помню, какие глаза у Сони, и какие – у Ольги, – отмахнулся Здоровякин. – Не надо все усложнять.

– Но свидетельство Каримбека говорит нам о том, что, кроме Ольги Валентиновны, Лунской мотался по берегу и в компании Орешкиной. Но Софья, в отличие от Ольги, ни словом не обмолвилась об этом дефиле! Почему она промолчала?

– Действительно, почему? – задумался Здоровякин.

Из дневника Сони Орешкиной:

«Сегодня Кирочка встретила меня в тоске и печали. Ее орхидея погибла! Соседка по комнате Тамара (экс-малярщица с нацистскими замашками) взгромоздилась на подоконник, чтобы поправить занавеску. И конечно же снесла ногой кашпо! Но это полбеды, катастрофу еще можно было предотвратить! Однако Тамара, жирная корова, сползла с подоконника прямо на орхидею!

А как Кирочка любила этот элегантный кустик! Она с ним разговаривала. Гоняла меня в цветочный магазин за специальными витаминами. Нет, она не выращивала тривиальную герань или убогий кактус! У нее была орхидея, растение нежное и хрупкое, как сама Кирочка. И теперь подоконник пуст (вернее, завален Тамариным хламом), а Кирочка в слезах!»

Секретарша Зуфара Алимовича с недоумением уставилась на двух посетительниц. Дамы, появившиеся в приемной, были достойны и более сильных эмоций.

Первая, высокая и стройная, словно манекенщица, была одета в кружевную комбинацию, джинсовые шорты и вязаный жакет с оторочкой из перьев марабу. На шее у девицы висел набор юного сантехника – какие-то болты, гайки, разводные ключи, в ушах мерцали поддельные бриллианты. Волосы переливались жемчужным блеском и всеми цветами радуги.

Вторая посетительница была примечательна лишь пухлостью и потливостью. Капли пота градом катились по ее красному от жары лицу.

– Мы к Зуфару Алимовичу! – возвестила толстушка. Она достала из сумки бумажную салфетку и прилепила ее к лицу. – По личному вопросу.

– А кто вы? – спросила секретарша. – Как фамилия?

Маша убрала с лица салфетку.

– Тань, ты что? Не узнала? Я же Маша Здоровякина!

– Маша?!! – ужаснулась секретарша Танечка. – Маша… Но ты так изменилась!

– Да, немного поправилась, – самокритично согласилась Маша. – Неужели заметно?

Полковник Алимов поднял глаза от документов. В дверь, как в нору, протискивалась Маша Здоровякина. Сзади ее подталкивало неземное существо – пришелец из созвездия альфы Центавра.

– Машенька, здравствуй! – подхватился полковник. – Давно тебя не видел! Почему не заходишь? Почему не поехала с нами на шашлыки?

– Здрасте, Зуфаралимыч! Не поехала, потому что… Зуфаралимыч, я с просьбой.

– Внимательно слушаю!

Однако полковник слушал невнимательно – он разглядывал Брунгильду. Та застенчиво моргала оранжевыми ресницами.

– Это Брунгильда, – объяснила Мария, заметив интерес Зуфара Алимовича. – Девушка Валдаева. Она плохо говорит по-русски.

– Но я понимайт! – возразила Брунгильда.