Великосветские воровки, или Красиво жить не запретишь!
Шрифт:
Глава 9
— Что это с ним? — поинтересовалась Марта.
— Не с той ноги встал.
— Дома сегодня не ночует…
— А как он, по-твоему, обновит твой гардероб? У тебя запросы слишком большие, вот ему и приходится в две смены вкалывать.
— Ой, и не говори. Лучше без мужа, но с деньгами, чем с мужем, но без денег. Без денег мужчина сразу теряет свою ценность. Какой от него прок?! Одна стирка да готовка. Вот Славка уедет, выйдем на работу. Ты времени даром не теряй, учи английский.
— Я его и так зубрю с утра до ночи. Скоро русскую речь совсем забуду. Одни английские фразы в голове.
— Можно, конечно, и сегодня в какой-нибудь отель наведаться, но это рискованно. Вдруг на Славку нарвемся. Представь картину: заходят две симпатичные американки в ресторан, а там мой муженек ужинает. Он бы нам головы на месте оторвал. Я бы раз и навсегда забыла все свои языки!
— Нет, Марта, ни в какой отель мы сегодня не пойдем. Об этом не может быть и речи. Нужно дождаться Славкиного отъезда. У меня другие планы. Собирайся, мы едем в заброшенную деревню.
— Зачем? — удивилась Марта. — Меня никогда не прельщала деревенская жизнь. Я не выношу запаха навоза. Кстати, что с твоей рукой?
Я сварила кофе и подробно рассказала Марте свою историю. Она тяжело вздохнула.
— Братик знает?
— Частично. Если бы он знал, что я ездила в Кронштадт, то прибил бы меня. А уж если бы он знал, где прячется этот зэк, то похоронил бы его прямо в этой деревне.
— Жаль, что ты ему все не рассказала. Я имею в виду — про зэка.
Не мешало бы его наказать, чтобы он раз и навсегда запомнил, как стрелять в мою родственницу. Скажи на милость, зачем нам ехать в деревню?! Ты, подруга, случайно не влюбилась?
— Вот еще, — покраснела я.
— Он что, так хорошо тебя трахнул?
— Да, в общем-то, неплохо, только дело совсем не в этом.
— А в чем?
— В том, что он сидит в лесу и ждет подмоги, а подмога не прибудет. Нужно его предупредить.
— Мне кажется, твой зэк посидит и догадается об этом сам.
— Короче, Марта, ты едешь со мной или нет?
— Еду, конечно, правда, без особого желания. А если твой братец позвонит?
— Ну и пусть звонит. Может, мы по делам уехали.
— Какие дела? Он специально меня позвал, чтобы я с тебя глаз не спускала.
— Да не будет он звонить. Он же знает, что ты со мной.
— И что из этого? Твой братец никогда не считал меня эталоном нравственности.
Я надела новое платье, уложила волосы и улыбнулась Марте, которая подозрительно посматривала на меня.
— Ты что так нарядилась?
— Ничего я не нарядилась. Ты же всегда потрясающе выглядишь, а мне хочется хоть немного быть похожей на тебя. Надо собрать ему поесть, а то в этой деревне шаром покати.
— Давай-давай, собери ему узелочек, — усмехнулась Марта. — Ты ему уже и так много услуг оказала. Хорошо зэк устроился, ничего не скажешь. Поесть — пожалуйста, потрахаться — пожалуйста. Зэку и не снилось, что он такую дурочку встретит.
— Прекрати!
Я открыла холодильник и набила пакет продуктами.
— Может, ему еще обед из ресторана принести? — не унималась Марта.
Не обращая внимания на ее реплики, я с удовольствием осмотрела свое отражение в зеркале.
— Поедем на твоей машине. Я свою в навозе пачкать не хочу, — махнув рукой, сказала Марта.
— А я и не собиралась ехать на твоей, — ответила я. — Слушай, может, ты дома останешься? На кой черт мне всю дорогу твои нотации выслушивать!
— Нет уж! Мне ужасно хочется увидеть новоявленного секс-агрессора, сбежавшего из «Крестов» в мусорном баке. Надеюсь, он хоть помылся…
Мы сели в мою машину и направились в сторону заброшенной деревни.
— Долго туда ехать? — спросила Марта.
— Прилично.
— Лучше бы иностранца какого-нибудь обчистили. Больше бы толку было. Мы же не общество благотворительности, чтобы уголовникам продукты по месту назначения развозить. А он красивый?
— Я что-то не разглядела, — усмехнулась я. — Какая польза от красоты?
— Это ты правильно подметила. Красотой сыт не будешь и на хлеб ее не намажешь. Вот, например, братец твой красотой не блещет, но зато деньги может из воздуха делать.
— Неправда. Мой брат самый красивый.
— Посимпатичнее, конечно, некоторых придурков, которые встречались на моем жизненном пути. А ты уверена, что твой зэк сидит в деревне и ждет помощи? Может, он уже умер от голода?
— Не должен. Я ему оставила немного денег.
Услышав, это. Марта схватилась за голову:
— Так он еще и безденежный?!
— Может, у него временные затруднения, ведь он все-таки из тюрьмы сбежал.
— Запомни, Танька, деньги должны быть всегда. Если в кармане пусто, значит, мужик не добытчик. Такой только слюни умеет пускать. Найдет какую-нибудь дуру и тянет из нее все соки. Надо уметь делать деньги. Как — неважно. Главное, урвать побольше, чтобы жить достойно, а не прозябать в нищете. Вот братик твой молодец! Старается, только работает не в полную силу. Мог бы и побольше добывать.
— Марта, имей совесть. Он и так вкалывает как ненормальный. Ты его хоть немного жалей. Еще эта кража дурацкая. Он, наверное, помрет, пока весь твой гардеробчик восстановит. Твои шмотки всегда по цене зашкаливали.
— Мужчин нельзя жалеть. Их раз пожалеешь, и все пропало. Не так уж и устает твой братец. Он же не у станка стоит. Я видела, как он бабки загребает. Ему сами носят.
— Это тоже тяжелая работа. Сделай так, чтобы тебе сами носили. Просто никто не принесет. У него работка — будь здоров. Сплошные нервы. Мне всегда хотелось, чтобы он нашел себе спокойную, милую женщину, которая бы подарила ему красивых детишек и заботилась о нем как мать. Так нет же, он нашел себе жуткую стерву и будет теперь мучиться всю жизнь.
— Это еще неизвестно, кто с кем мучиться будет. Я пока не готова к тому, чтобы родить. Вдруг у меня фигура испортится?
— Славка тебя любую будет любить. Он на тебе помешан. Можешь смело толстеть.
Когда мы стали подъезжать к деревне, я начала волноваться.
— Ну и где же твой голодающий? — с нетерпением спросила Марта.
— Может, он и не голодающий вовсе. У его друга в Кронштадте джип был. На голодающих покушение не готовят и из автоматов по ним не стреляют.
— Может, один джип на десятерых. Хозяина днем с огнем не найдешь.