Чтение онлайн

— Сейчас мы это проверим.

Осторожно выглянув из-за угла дома, я посмотрела на небольшую лестницу и обшарпанную входную дверь. Она была чуть приоткрыта. Я обернулась к Марте и тихо сказала:

— Послушай, давай проверим, остался ли кто-нибудь нас сторожить или нет.

— Давай. Если никого нет, обыщем дом. Может, найдем что-нибудь интересное. Если кто-то из похитителей остался, мы накажем его по заслугам. Пусть знают, как похищать ни в чем не повинных женщин.

Марта протянула мне довольно тяжелую лопату, а сама взяла грабли.

— Это на случай того, если нам придется защищаться, — объяснила мне она.

— Да я эту лопату в руках еле держу, не говоря уже о том, чтобы на кого-нибудь ею замахнуться.

— Ладно, кончай строить из себя неженку, — разозлилась Марта. — Я, может, тоже никогда раньше граблями не размахивала, а теперь придется. С лопатой попроще. Ею по хребту можно вдарить, и все, а граблями надо умеючи.

Мы пригнулись и побежали к крыльцу. Случайно Марта ударила меня граблями по ноге. Я взвыла и чуть было не закричала на весь двор.

— Прости, — испугалась Марта. — Я не хотела. Очень больно?

— Да пошла ты! — зло огрызнулась я.

— Тише, вдруг там кто-то есть, — замахала на меня руками Марта.

— Не могу тише! Ты мне своими граблями ногу разодрала. Зачем ты их схватила, если держать ни хрена не умеешь?!

— Прости… — прошептала Марта.

Выставив грабли вперед, она проскользнула в дом, я вошла следом, сжав покрепче лопату. Какое-то чувство подсказывало мне, что в доме никого нет. В коридорчике что-то тикало. Я почему-то сразу поняла, что это не часы. Мы остановились как вкопанные и уставились на небольшую коробочку, обмотанную скотчем. У меня на лбу выступил пот, в ушах зашумело. В верхнем правом углу коробки виднелся циферблат, маленькая стрелка которого приближалась к нулю.

— Бог мой, — еле слышно прошептала Марта. — Нужно срочно уносить ноги. Сейчас этот дом разлетится на мелкие кусочки…

— Что это?!

— Это то, что убьет нас через несколько секунд. Нас закрыли в кладовке для того, чтобы убить… Бежим, Танюха, авось успеем!

Мы бросились к входной двери. Почти добежав до ступенек. Марта поскользнулась и упала.

— Вставай, быстрее вставай! — закричала я.

Марта быстро поднялась и побежала вниз. Через секунду неведомая чудовищная сила ударила мне в спину и отшвырнула на несколько метров. Я поняла, что жива, только по нестерпимой боли, пронзившей все мое тело. В ушах гудело так, что мне показалось, что я либо оглохла, либо стала контуженной, как на войне. Во рту пересохло, виски готовы были лопнуть.

Я сделала усилие и подняла голову. Дом полыхал. Марта лежала недалеко от дома, уткнувшись лицом в землю.

— Марта! — позвала я, но она не шевельнулась.

Я собрала всю свою волю и поползла к Марте. Перевернув ее, я увидела, что из ее лба сочится кровь. Это не так страшно, успокаивала я себя. Марта просто разбила лоб. Это пройдет. И вдруг мой взгляд упал на ее правую руку. Я громко закричала. Кисти правой руки не было. На ее месте был бесформенный обрубок с нелепо торчащей костью.

— Боже мой, боже мой, — шептала я, не в силах отвести взгляда от этого кровавого месива.

Я понимала, что жизнь моей родственницы теперь целиком и полностью зависит от меня. Она может умереть от кровопотери. Оторвав кусок от подола платья, я принялась как можно туже перетягивать руку Марты, вернее, то, что от нее осталось. Языки пламени поднимались к самому небу. От едкого дыма было тяжело дышать. Оттащив Марту подальше, я молила бога только о том, чтобы он сохранил ей жизнь.

Вдруг я услышала крики. Ко мне бежали люди. Когда они приблизились, я громко закричала:

— «Скорую», срочно вызовите «Скорую»!

— Уже вызвали, — заголосила одна бабка. — В нашей деревне только фельдшер. Из Нижнего должна приехать реанимация.

— А сколько до Нижнего?

— Пятьдесят километров.

— Бог мой, она может умереть!!! Звоните еще! Кричите в трубку, чтобы срочно ехали! Медлить нельзя. Зовите своего фельдшера, чтобы он хоть что-нибудь ей вколол.

Бабка бросилась бежать. Вокруг толпились деревенские. Я положила голову Марты к себе на колени. Увидев, что она стала совсем синей, я изо всех сил заорала:

— Что вылупились?! Интересно?! Звоните в «Скорую», женщина умирает! Где ваш гребаный фельдшер?! Дайте мне мобильный!

— Тут нет мобильного, — ответил кто-то из толпы. — Здесь всего два телефона на всю деревню. В сельсовете и в клубе. «Скорую» вызвали. Звонили уже несколько раз. Фельдшера никак не можем найти.

Прибежала испуганная бабка и громко заголосила:

— Реанимация из Новгорода уже выехала. Должна скоро быть. Я уже их звонками измучила. Сказали, больше не звонить…

— Как это не звонить?! Человек умирает, а им не звонить!

— Правда, что девушке руку оторвало? — спросил кто-то из толпы.

— Правда, — глухо ответила я и стала трясти Марту за плечи: — Марта, ты только держись! Не смей умирать, слышишь, не смей! Уже едет «Скорая»!

Людей собралось много. Кто-то принялся тушить пожар. Кто-то громко кричал и материл извергов, взорвавших дом. Неожиданно Марта открыла глаза. Я громко зарыдала и попробовала улыбнуться сквозь застилавшие глаза слезы.

— Марточка, осталось чуть-чуть. Ты должна выдержать. Ты сильная. Уже едет «Скорая». Все будет хорошо.

— Что у меня с правой рукой? — глухо спросила Марта.

— Все нормально. Просто сильно ударила, когда падала.

— Не ври. Я должна знать правду.

— Ее оторвало. Марта, да хрен с ней, с этой рукой, главное, ты жива!

Марта застонала и с трудом произнесла:

— Ищи… Срочно ее ищи…

— Кого? — Мне показалось, что мое сердце остановилось. — Господи, кого искать-то?!

— Руку… Ищи мою руку. А если не найдешь, не смей меня спасать.

Без руки я жить не буду…

Марта закрыла глаза. Я стала трясти ее за плечи и кричать:

— Марта! Марта!

Нащупав пульс, я с облегчением вздохнула. Она была жива. Она просто потеряла сознание…

Я бросилась к пепелищу. Обжигаясь и падая, стала ворочать обгоревшие бревна, громко рыдая. Руки нигде не было. Местные жители с испугом смотрели на меня. Две женщины сидели рядом с Мартой, смачивая ее губы. Не выдержав, я смахнула слезы и громко закричала: