Чтение онлайн

«После воцарения стоит собраться с братьями и отцом в замке, будет, о чем с ним поговорить». Нет, она уже не та маленькая девочка, которая беззаботно плясала под рожок паяца. Пиры и представления – лучшее место для политики. Если Андор берёт силой, а Лавьен – умом, она – Ионнель, установит в своем Царстве власть искусства! Девушка вздохнула – до празднества осталось не так уж долго, а приготовлений ещё невпроворот – и отправилась в опочивальни.

Обитель царевны преобразилась. Стены замка очистили и выбелили, расписали витиеватыми узорами – в строгом соответствии с рисунками Дарилиона – волшебного зеркала, увезённого царевной с Осдерна. Анфилады блестели мозаикой, вместо строгих гобеленов повесили приятные мягкоцветные полотнища. Факелы заменили на сияющие люмены – благо в местных хранилищах их нашлось достаточно. Главная восьмистенная зала – просторный атриум с высоким куполом – претерпела самые значительные изменения. Каменный пол застелили кондовым белым дубом, отполировали и покрыли лаком. Потолок сделали из сорока тысяч осколков цветного хрусталя, приторочили по краю две сотни и шестнадцать сфер, а для ухода за этим сооружением Дарилион месяц обучал двух немых парнишек, гордо нареченных «осветителями». Осветители из своей каморки легко управляли сферами – снизу казалось, что само небо меняет цвет, переливается, показывает знамения. Стены зала выбелили серебрянкой, разрисовали тридцатью двумя изображениями – символами тридцати двух искусств.

Преобразился и сад под стенами замка – пересаженные деревья образовывали замысловатый узор, который Ионнель могла созерцать часами. Рощи и палисадники наполнились новыми деревьями – грабами и вязами, лохами и кедрами, эбеном и ольхой. Садовники даже поляны по настоянию царевны выжгли и засадили особым разнотравьем – выросшая зелень оказалась мягкой на ощупь, после опыления распустилась желто-синими, красно-зелеными и черно-оранжевыми цветами, источающими свежий медово-пряный аромат. Даже короткая прогулка по такому лугу наполняла силами и дарила благое расположение духа. Среди зелени прогуливались ручные карликовые олени, деловито чистили рыбу в протоках еноты, заливались трелями соловьи.

Для знатных гостей приготовляли комнаты – вычищали, белили, смазывали жиром дверные петли. Оконные рамы пропитали маслами – свежий ветер приобретал едва ощутимые нотки корицы, мяты и мелиссы. Для простого люда в садах и рощицах натягивали полупрозрачные тенты и раскидывали шатры – хоть солнце всё ещё припекало, но к празднику воцарения ветер может быть прохладным.

Ионнель поутру решала все царские дела, а после скромного обеда и занятий с Энталлой спешила к Дарилиону. Вот и сейчас она поднялась по винтовой лесенке, отворила узенькую дверь и оказалась в комнатушке под площадкой царской башни – самой высокой в её замке.

Царевна погладила старое зеркало. Темная поверхность замерцала и по ту сторону появился смуглокожий юноша в шелковом халате и желтом колпаке:

– Приветствую, владычица.

– Ах, Дарилион, к чему эти преферансы. Зови меня Ионнель.

– Слушаюсь и повинуюсь, владычица Ионнель.

«Раз тебе так хочется, зови как угодно».

– Мне нужен твой совет.

– Я к твоим услугам, – юноша поклонился.

– Мы собираем замечательных артистов и влиятельных гостей. Благодаря твоей мудрости, представления пройдут на славу. Многое уже готово. Но мне нужно что-то, что запомнится правителям надолго.

– Программа великолепная, так же как и ты, моя госпожа, – Дарилион учтиво улыбнулся, во рту блеснул синий зуб. – Яства насытят желудки приглашенных, а зрелища напитают их взор.

Ионнель поправила фероньерку – красный агат на лбу тяжеловат, убор все время норовит сползти на нос:

– Да, твоя… программа… прекрасна. Вот только, – царевна помедлила, подбирая слова. – Всё это господа могут себе позволить. Артистов можно переманить, рецепты яств достать или подобрать самим. Празднества пройдут отлично, но я хочу что-то исключительное, чего нет ни у кого. И не будет. Я хочу построить лучшее во Второй земле царство и прошу тебя помочь.

Смуглокожий сложил ладони, притронулся пальцами ко лбу. Ионнель знала, что в этот момент Дарилион размышляет – или молится? Она все время гадала, кто же этот юноша по ту сторону зеркала. Джинн? А как же желания? Да и, насколько она помнила старые предания, джинны жили в лампах, среди знойных пустынь – но никак не в Осдерне, земле лугов, полей и лесов. А спросить – вдруг ответ разжалобит её – глядишь, дарует узнику свободу, – а ей такой советник сейчас, ой, как нужен. Вот через три-четыре года, когда царство укрепится…

– Я готов, царица. На третий день гуляний, после вечерних представлений, произнеси – «Да славится новое Царство – Веллоэнс прекрасный!». Все гости убедятся в величии и красоте твоего замка, а молва распространит весть о пристанище искусства до краев земли. Я не скажу, что задумал, ибо и малую мысль птица может перенести завистникам. И ты никому не говори обо мне, иначе злые языки и зависть испортят наши труды, как малая закваска квасит огромный таз с тестом.

Девушка кивнула:

– Замечательно. Теперь приступим к учению. Хочу знать, как вести беседы со знатными господами. Я молода и должна предстать перед правителями достойной владычицей.

– Смотрите, слушайте и запоминайте, Ваше величество.

– Как твои занятия? – Ионнель нашла Энталлу в яблоневом саду.

Девчушка изящно поклонилась:

– Всё болит, моя госпожа, но мастер Крэг доволен.

– Крэг научит тебя всему, о чем ты попросишь, Змейка. Он отличный учитель и не дает больше, чем возможно.

«Бездушный». Ионнель не могла избавиться от чувства смущения рядом с этими творениями. Кошки, собаки, кони – любая живность имеет душу, чувства, боится боли, жаждет ласки. Бездушные – лишь инструмент. Они не размножаются, стареют очень медленно, не учатся новому, но и не забывают того, что в них вложили. Мудрец Суфий рассказывал, что их создают в тайных обителях школы Летаа. Ткачи собирают тончайшие волокна, превращая их в кости, сухожилия, связки. Волшебницы вдыхают в созданные тела жизнь и знания. Создание такого существа требует многих сил. Крэга ей подарили на тринадцатилетие – как телохранителя и слугу – Ионнель подозревала, что его принялись делать задолго до её рождения. Бездушный обучил царевну фехтованию и стрельбе из лука – остального беспечной Генриетте не требовалось – да и зачем, если всю свою жизнь царевна собиралась провести на пирах и балах?

– Он обучает меня искусству баланса, битве на копьях и шпионажу.

Брови Ионнель вздернулись:

– Шпионажу?

Энталла смиренно поклонилась:

– Я попросила его. Моей госпоже пригодятся слова знатных гостей – вы сразу обнаружите обман. Пир в Веллоэнсе – не праздник в Осдерне, только моих умений здесь мало. А Крэг открывает такие премудрости, что Ваша подданная будет незаметна среди пришельцев.

– И какие «премудрости» ты уже освоила? – Ионнель давно забыла, что Крэг владел не только мечом. Да и сколько – пять лет минуло с ее тринадцатилетия, и все это время бездушный служил ей лишь кучером и переносчиком.

– Я могу читать по губам, изготавливать тайнописные чернила, нашептывать мысли и развязывать язык во сне.

– Хорошо, – смущенно пробормотала царевна. – Запоминай все, чему Крэг тебя учит. Ты сослужишь добрую службу, моя дорогая Змейка.

Девчушка сделала реверанс. Ионнель протянула ей яблоко:

– Те три дня очень важны для меня. У приезжих господ разные желания. У многих – свои шпионы. Третий Веллоэнс для них – лакомый кусок, ведь им правит «какая-то глупая девочка». Одни будут свататься. Другие – торговаться. Кто-то может припугнуть, намекнуть о «древней меже».

– Древней меже?

Ионнель недовольно вздернула носик:

– Наше царство расширялось не одно столетие и многие не прочь срезать наросший жирок, вернуть себе земли, якобы принадлежавшие их древним предкам. Особенно теперь, когда Царством правят трое.

Энталла понимающе закивала:

– К братьям не полезут сразу, а вот сестру…

– Да. Поэтому ты нужна мне как никогда. Либо мы установим свое первенство на этом пире, либо нашу землю начнут делить в следующую же ночь.

Глава 23. Чаши