Чтение онлайн

— Можно, можно, — ответил Петя и поморщился — невыносимо разило потом и чесноком.

Последние деньги он выдавал уже при свете факелов. «Занесите стол обратно», — скомандовал он, — и тише, синьор Бонкомпаньи спит уже. Горячей воды тут у вас можно раздобыть?

— Сейчас согреем, — с готовностью отозвался кто-то из солдат. «В палатку вам принести?».

— Да, — Петя собрал бумаги и пробормотал: «Ну, надеюсь, хоть вшей я тут не заполучил».

Он долго и ожесточенно мылся, и, переодевшись, сказал себе: «Ну что, а теперь поеду, навещу истинного короля. Он у нас полуночник, долго спать не ложится».

— Я вас хочу познакомить с моим племянником, сеньор Корнель, — сказал тогда Филипп. «Он через месяц отправляется в Марокко, в крестовый поход».

— Крестовый поход? — Петя поднял брови. «Как-то это, Ваше Величество, — он поискал нужное слово, — неожиданно».

— Глупо, вы хотите сказать, — Филипп усмехнулся. «В Марокко сейчас война, султан Мохаммед борется за трон со своим дядей, Абу Марваном. Того поддерживают турки».

— А вы, Ваше Величество…, - вопросительно взглянул на него Петя.

— Страшно с вами разговаривать, сеньор Корнель, — вздохнул Филипп, — вы все знаете наперед. А я веду переговоры с турками о мирном альянсе, да. Мохаммед бежал к моему племяннику в Португалию, и Себастьян, со свойственной ему горячностью, обещал ему помочь. Я тоже».

— Вы тоже? — Петя позволил себе усмехнуться.

Король, внезапно, тоже рассмеялся. «Я сказал Себастьяну, что добровольцы из числа испанских дворян будут ждать его кораблей в Кадисе. Ну не моя же будет вина, если никто не вызовется».

— Не ваша, — согласился Петя, и, услышав звук открывающейся двери, поднялся.

Португальский король был молод. «Не больше двадцати пяти», — подумал Петя, низко кланяясь.

— Оставьте, — Себастьян махнул рукой и вдруг покраснел. «На Федьку похож», — вспомнил Воронцов пасынка. «Такой же рыжий и голубоглазый, только худой». Краснел король, как и все рыжие — мгновенно и густо.

— Ваше Величество, — сказал Воронцов, — как истинный католик я не могу не восхититься вашим желанием освободить Святую Землю от неверных».

— Я избран Иисусом для этой цели! — горячо сказал Себастьян. «После Марокко, мы отправимся в Египет, а оттуда — в Иерусалим, где я припаду к подножию Гроба Господня, как это делали наши доблестные предки».

Воронцов увидел, как за спиной Себастьяна иронически улыбается испанский король.

— Как писал ваш замечательный поэт, Ваше Величество, — Петя на мгновение опустил ресницы, вспоминая:

— Вы знаете португальский? — удивился Себастьян.

— К стыду своему — нет, я испанский-то знаю не очень свободно, — ответил Воронцов, — но истинная поэзия понятна без перевода.

— Камоэнс — гений, — вдруг, серьезно, вмешался Филипп. — Как Гомер или Вергилий. Мне очень жаль, что по-испански сейчас так никто не пишет. Я тут перевел на досуге несколько строф, послушайте.

Красивый голос короля устремлялся ввысь, под своды огромного зала:

— А я и не знал, что вы умеете плакать, сеньор Корнель, — посмотрев на него, сказал король.

— Только от благоговения перед такой красотой, Ваше Величество, — ответил Петя и тихо повторил: «Сиянье славы вечной и нетленной».

Белые флаги Себастьяна повисли в томном ночном воздухе. Петя посмотрел на герб с короной и семью замками на щите, и, расплатившись с лодочником, поднялся по сброшенному трапу на палубу.

— В Кадисе никого не было, — зло сказал Себастьян, разливая по стаканам соломенное, с зеленоватым отливом вино. «Пейте, это наше, — он кивнул куда-то на запад, — называется виньо верде. Его молодым пьют, этому еще года нет».

Вино было веселым, пьянящим и оставляло на языке вкус счастья. Петя опустошил бокал и взглянул в смертельно усталые глаза короля.

— Сколько у вас тут народу? — внезапно спросил он.

— Все, кто согласен воевать без денег, — ядовито ответил Себастьян. «Португальское дворянство, — он вздохнул. «У меня в стране не так много людей, как у моего дяди. Или золота, — добавил он.

— А Индии? — Петя налил себе еще. «Они же должны приносить неплохой доход».

— Да, вы же сами с моих островов специи возите, — Себастьян поднялся и походил по каюте.

Петя сразу же встал.

— Да сидите вы, — поморщился король, — к чему все это? Понимаете, Педро, доходы — большие, но и расходы — тоже. Туда точно никто без денег не поедет — дураков нет гробить здоровье и рисковать жизнью за бесплатно.

— И потом, — он помолчал, — в отличие от Филиппа, у меня не так уж много заморских земель. У него вон — весь Новый Свет под рукой».

— Наймите еще людей, — спокойно сказал Петя. «Вон, на берегу, в Чивитавеккья, целый лагерь солдат — ждут отплытия в Ирландию».

— Я слышал об этой миссии, — Себастьян высунулся наружу и посмотрел на едва освещенный берег. «Как-то неудобно, — он вздохнул, — их финансирует Его Святейшество».

— Я думаю, Его Святейшество больше обрадуется тому, что Гроб Господень окажется, наконец, в руках христиан, Ваше Величество, — улыбнулся Петя. «И, в конце концов, как говорят — на войне все средства хороши».

— У меня нет денег, — вдруг сказал Себастьян. «У меня есть только отвага и уверенность в себе — но за них, по нынешним меркам, ничего не выручишь».

— Держите, — сказал Петя, выкладывая на стол два увесистых мешка. «Мне тоже хочется когда-нибудь свободно помолиться у гроба нашего Спасителя, Ваше Величество».

— Я не знаю, когда я смогу отдать, — густо покраснел король. «И потом, если я погибну…у меня ведь даже нет наследника, я так и не успел жениться. Я сделал предложение своей кузине, инфанте Изабелле, дочери Филиппа, но ей всего двенадцать, надо ждать».

— Оставьте, Ваше Величество, — серьезно сказал Петя, — неужели вы думаете, что у меня нет сердца? Не надо ничего отдавать, это мой вам подарок. Просто не надо о нем распространяться, иначе, — мужчина усмехнулся, — ко мне потянется очередь всяких авантюристов.