Чтение онлайн

Шлюпка чуть покачивалась на гладкой, бирюзовой воде залива. Над водой разносилось только тяжелое дыхание и звон клинков.

Смуглый, синеглазый мальчик, наконец, загнал своего противника, — похожего на него как две капли воды, — на корму лодки.

— Сдавайся, — сказал он, улыбаясь.

— Никогда, — твердо ответил его брат, и сделав ловкий выпад, выбил шпагу — короткую, как раз по детской руке, — из ладони противника.

Сверху, с палубы небольшой шхуны, раздался ленивый, низкий мужской голос: «Вот сейчас мы с адмиралом к вам спустимся, и устроим маленький шторм — а то у вас шлюпка и не двигается почти».

Мальчик быстрым, неуловимым движением поднял шпагу, и кольнул противника в бок.

— Майкл! — прошипел Николас Кроу.

— Да там у тебя и царапины нет, — рассмеялся его брат. «Я же понарошку».

— Кто победил? — высокий, русоволосый, загорелый до черноты мужчина перегнулся через борт.

— Он, — показали друг на друга близнецы.

— Оставь, Виллем, — зевнул Стивен Кроу, обмахиваясь старой, вытертой картой Южного Полушария, — во-первых, я и то их путаю, а во-вторых, они всегда так делают — от них правды не добьешься. Все, теперь можете купаться, — разрешил отец.

Мальчишки быстрее ветра оказались в воде.

— Хорошо плавают, — заметил Виллем де ла Марк, глядя на темные, мокрые головы детей. Он потянулся и, вытравив канат, открыл бутылку белого вина.

— Недурно, — сказал он, пробуя.

— Испанское, — единственный глаз Ворона был закрыт, на губах играла легкая улыбка. «Везли в Кальяо, да не довезли», — капитан рассмеялся и попросил: «Мне тоже налей».

Он выпил, и развернул карту.

— Смотри, — сказал Ворон, — сейчас март на дворе, значит там — он указал на юг, — сентябрь.

Если ты завтра-послезавтра снимешься с якоря, то успеешь проскользнуть через пролив Всех Святых до зимы.

Виллем почесал выгоревшие на солнце волосы. «А если туда?», — он указал еще южнее.

— Ну, — протянул Ворон, — если ты хочешь рискнуть кораблем и командой….

— А ты не рисковал бы? — каштановые, красивые глаза остановились на лице Ворона.

— Тебе сколько? — поинтересовался тот.

— Сорок один, — рассмеялся адмирал.

— Ну вот, — наставительно ответил капитан Кроу. «Ты холост, друг мой, и не похоже, чтобы это изменилось. А я тебя на пять лет старше, мне еще сыновей вывести в люди надо, и, к тому же, я помолвлен».

Адмирал поднял бровь и потянулся за бутылкой. «Ну, надо еще выпить по такому случаю.

Ты не говорил мне».

— Моя троюродная племянница, — капитан внезапно улыбнулся. «Как ей шестнадцать исполнится, так и повенчаемся».

— Не боишься? — рассмеялся адмирал. «С такой девчонкой у алтаря стоять?».

Ворон только чуть улыбнулся краем губ. «Так что, дорогой мой Виллем, последние годы я тут хожу, — он обвел рукой сияющий, бескрайний простор, — через два года отвезу мальчишек в Англию, отдам в школу, женюсь, и буду сидеть у камина с детьми на коленях».

— Скучать не будешь? — испытующе взглянул на него Виллем.

— Буду, конечно, — просто ответил капитан. «Вот если бы ты меня заменил…»

— Ну уж нет, — запротестовал адмирал, — в Старом Свете с испанцами воевать я всегда готов, а тут пусть другие этим занимаются, мне тут с ними делить нечего.

— Это пока, — коротко сказал Кроу и, вернувшись к карте, указал на оконечность Южной Америки. «Дома я тебе расскажу более подробно, за чем там смотреть — в проливе, а ты записывай, еще не хватало, чтобы ты там на скалы напоролся».

— Папа, — один из близнецов подплыл к шхуне. «Мы есть хотим!».

— Ну так вылезайте, и домой, — распорядился Ворон. «Кто на камбузе год провел — я, или вы?

И чтобы к нашему приходу все уже на столе было».

Мальчик выразительно закатил глаза, и, нырнув, ушел под киль шхуны.

— Слуг так и не держишь? — поинтересовался адмирал, входя в прохладную, скромную столовую.

— Да кто сюда поедет? — Ворон распахнул ставни. Дом стоял на берегу, и вокруг — на три стороны, было море, — темно-синее, чуть морщащееся белыми гребнями волн.

— Шторм будет, — посмотрев на горизонт, сказал адмирал. «К ночи, вот увидишь, разгуляется».

— Ну, — Ворон открыл бутылку, — надеюсь, тот, кто мне нужен, доберется сюда до ночи, — он разлил вино по кубкам.

— А кто тебе нужен? — поинтересовался Виллем, садясь за стол.

— Увидишь, — коротко ответил капитан и крикнул: «Ну, несите уже, пахнет так, что мы тут долго не усидим».

Один из близнецов выглянул из-за кухонной двери и весело спросил: «Вам сначала крабов, а потом рыбу, или наоборот?».

— Да все вместе можно — разрешил отец.

— А насчет слуг, — обернулся Ворон к адмиралу, — тут такая глушь, что из Лондона никого не привезешь, а местных брать опасно — все же за мою голову, как была назначена награда, так она и осталась — только повысилась.

— Серебро обесценивается, — серьезно заметил адмирал, раскалывая клешню краба.

Мужчины расхохотались. «Да мы и сами справляемся, — Ворон попробовал рыбу, и крикнул:

«Молодцы!».

— Тем более, — продолжил он, — ну сколько мы здесь? Два месяца в году, пока «Святая Мария» до Плимута и обратно дойдет. А с Молуккских островов ты куда? — поинтересовался он у Виллема.

— Как раз в Лондон, — усмехнулся тот. «Везу пряности, для «Клюге и Кроу».

— А, брату моему, — Ворон потянулся и достал с камина письмо. «Он, кстати, на Москву тут собрался, — летом уезжает, со всей семьей. А потом жену с детьми там оставляет — а сам в Персию».

— Ты ж говорил, вам там нельзя появляться? — удивился Виллем. «Простил вас царь Иван, что ли?».

— Меня — нет, — Ворон чуть помедлил, — а Питера — да. Там на Ливонской войне царь уже все потерял, что мог, ему поддержка Англии сейчас ой как нужна. Земли наши возвращают, поместья — все, в общем.

Тем более, что брат наш троюродный, тот, кто всем этим владел — без вести пропал. Питер там собирается все продать, ну, жена его будет этим заниматься, Марта, я тебе говорил о ней».

— Хорошо, — внезапно, безразлично, сказал адмирал, — что я с ней тогда не повенчался. Иначе кроме как шпагой, всего этого и не разрешить было бы.