Чтение онлайн

Сейчас ему казалось, что это тишина непроницаема, а тот поцелуй на дворцовой площади Риданы — всего лишь видение, чудный сон. Какова же реальность? Не утешительная. Что теперь должно было последовать за этим нападением? Новые заговоры? Георг всерьез подумывал о том, чтобы покинуть Каримэну, на этот раз навсегда, правда, он плохо представлял: кто тогда будет править. Но потом решил: "Какое-то время Эдвард, а там, глядишь, дадут начало новой династии. Если только Андрей не согласится принять пост, в конце концов, он такой же потомок Амедео Антвелле Ти-Ириса, как и я. Да, нет, что я такое говорю! Он, едва узнает, что случилось, ни за что не оденет корону, это ведь равно что предать маму, отца, да и через собственные честь и достоинство переступить. Нет, Андрей не согласится, и я тоже!" Вначале Георг только злился, представлял: как можно отомстить. Но потом ему вдруг стало ужасно неприятно, мерзко и противно. "Что я такое говорю! Опять месть, опять злость. Нужно уметь прощать"

— Прощать, — вслух произнес Георг. — Да, нужно уметь прощать. Я… если бы она сейчас могла слышать меня. Мне жутко сознавать, что мои родители так поступили, такое совершили, но я знаю, что они способны не только на злое и мне хочется, чтобы впредь они как можно больше проявляли это доброе, а не злое. Мама, папа, я… могу, нет, я просто прощаю вас, прощаю.

— Спасибо, — внезапно для себя услышал он ответ матери.

— Мама! Вы проснулись!

Георг мгновенно поднялся с кресла и подошел к постели.

— Как же я рад, что вы открыли глаза! Как вы себя чувствуете?

— Хорошо. Милый мой, милый, я знала, что любишь меня.

— Конечно, люблю, просто…

— Молчи… я знаю, сколь виновата перед тобой.

— Тогда я прощаю вас, прощаю!

***

Утром следующего дня Георг попросил отца собрать народ на площади, о поводе собрания умалчивалось, что вызвало некоторое недовольство со стороны ряда сенаторов, в первую очередь бывших правителей. Но Даниил только пожимал плечами и уклончиво немногословно отвечал: "Надо" К полудню почти все жители Карим, а также немалое количество жителей прилегающих (по меркам драконов) к Каримам поселений.

— Отец, а здесь есть усилитель голоса? — спрашивал Георг, несколько смущенный таким количеством народа.

— Да, конечно, вот оно.

— Но…

— Думал, должен быть такой же, как в Долине? — рассмеялся Даниил.

— Ну, хотя бы, как в Сияющем городе.

— Ладно, зато заклинание там такое же! Что ж, — Даниил положил ему на плечо руку, — удачи тебе, я в тебя верю!

— Спасибо, папа.

— Папа? Кажется, ты сказал, что не возьмешь мою фамилию?

— Пока нет, вы должны понять.

Даниил кивнул.

— Спасибо!

Георг подошел к небольшому кругу, установленному на рукояти, и мысленно произнеся заклинание, обратился к собравшимся.

— Жители Каримэны! В первую очередь, спасибо вам за то, что откликнулись на нашу просьбу и пришли сюда, на эту площадь. Все вы знаете, что случилось вчера, и все вы знаете, что случилось двадцать лет назад. Да, многие из вас скажут: одно с другим связано и первое — наказание за второе. Но не кажется ли вам, что вы вступаете на тот же путь. За обидой следует месть, месть порождает новую обиду, и за ней вновь будет следовать месть, и вновь обида. Так нужна ли нам эта бесконечная цепь, неужели мы не в силах разорвать ее? Не в силах простить? Неужели никто из вас не сможет сказать: "Я выше этого, я умею прощать"? Я не верю в это, но решать вам: жить ли дальше в ненависти или начинать новую страницу жизни с теми идеалами, что дали нам наши великие предки. Я не думаю, что вы настолько слабее тех первых драконов. Так, как думаете вы? Можете ли вы простить?

— Да! — воскликнул кто-то в толпе.

Этот ответ некоторое время передавался по цепочке, а потом его стали повторять хором. Даниил подошел к сыну и, обняв его сзади за плечи, шепотом сказал.

— Я горжусь тобой! И… я могу простить.

— Спасибо, — ответил ему Георг, а поскольку сказал он это во весь голос, то это "спасибо" стало обращено и ко всем собравшимся драконам.

— Да здравствует принц!

Но Георг поднял руку, попросив еще немного тишины.

— Я хочу последовать вашему примеру, достойные жители Каримэны, и тоже простить. Тех предателей, и… недавнего короля Эдварда, — в толпе послышались удивленные восклицания. — Пусть он идет с миром и с моим, и также, я надеюсь, с вашим прощением. Да восстановится мир в Каримэне!

Величайший дар — умение прощать, оно дает нам шанс начать новый этап в жизни, возможность увидеть новые горизонты, новые вершины. Не опускайтесь вглубь, но идите вперед, к Солнцу!

Прекрасный миг, чудесный миг

Начала дня — мгновенье утра.

Уж солнца луч в покой проник,

Лица лучом коснулся будто.

О! Новый день уже возник.

Новый день, ясный и теплый, встречала Тэния, такими же теплыми и добрыми улыбками своих граждан. Каждый день в Ридане начинался благодарениями Природе, тэнийцы, эльфы пели подобные песни дома, в школах, на работе. Солнце ласково опустило лучик на лицо Руфины — девушка улыбнулась и сразу открыла глаза.

— Доброе утро, Природа, — прошептала девушка и, как и всегда, добавила. — Доброе утро, Георг.

Солнце освещало большую часть просторной спальни Руфины, нужно было вставать, а девушке очень хотелось еще какое-то время полежать в постели. Но сон куда-то улетучился — солнце, словно, спугнуло его. Да и в дверь постучали — нет, поспать сегодня ей больше не удастся.

— Госпожа, — это была Мирра, ее служанка.

— Да, да сейчас.

Руфина быстро встала, накинула халат и пригласила служанку.

— Входи, Мирра.

В комнату вошла миловидная девушка, почти девочка, ей было всего шестнадцать. Тихая, внимательная и не по годам серьезная, а иногда Руфине казалось, что взгляд ее серых глаз бездонный, скрывающий какую-то Тайну. Да и говорила она временами такое, что Руфине приходилось списывать это на легкий бред, ведь сама девушка потом ничего не помнила. И в то, что она могла рассказывать о каких-то новых нитях в пространстве не верила. "Как это может быть, госпожа моя? — искренне удивлялась Мирра. — Это ошибка какая-то" Какая-то, но какая, или, может, чья?

— Госпожа, вам прислали записку.

— Давно?

— Час назад, но я подумала, что раз солнце еще не взошло…

— Мирра! А если там что-то срочное? Давай скорее.

Девушка боязливо посмотрела на свою госпожу — лучшую целительницу во всей Ридане, что так великодушно взяла ее к себе в дом от отца-пьяницы. Но Руфина не злилась, хотя и укоризненно посмотрела на Мирру — записку, действительно, лучше было передать сразу.

— Живо на конюшню, пусть седлают Аргуса.