Чтение онлайн

— Что "но"?! — резко оборвал ее Зору, вскочив с кресла. — Хочешь воззвать ко мне с тем, что ты — моя дочь? Была ею, пока не продалась этому зазнавшемуся малолетнему нахалу! Я нуждался в тебе, а ты бросила меня, бросила! И ради кого? Ради смазливого щенка, которого видела один раз в жизни? Что? Любишь его? Небось, до сих пор вспоминаешь, как он целовал тебя тогда, на площади!

Зору только что не метал стрелы гнева, он мог бы создать их силой своей магии, но не стал этого делать: Руфина была нужна ему. Что же касается шквала эмоций, то это, пожалуйста, в любом количестве, тем более что их у Зору накопилось не мало.

— Нет, Руфина, пощады тебе не будет, ты мне за все ответишь! Я… я любил тебя, я не спал ночами, когда ты, маленькая, болела, я все для тебя делал, исполнял все твои прихоти. И вот, как ты отблагодарила меня. Подстать своей мамочке. Вместо ответной любви, помощи предпочла предательство!

Руфина молча выслушивала все эти обвинения, не в силах ни пошевелиться, ни что-либо сказать, хотя вряд ли ее слова сейчас достигли бы сознания Зору.

— За все надо платить, дочь моя, так что, посиди-ка теперь в другом месте. А в Тэнии как-нибудь и без тебя обойдутся.

С неисчерпаемой ненавистью в глазах Зору поджог пол. Девушка вскрикнула и невольно отступила на шаг назад. Бежать ей было некуда. Однако Зору, похоже, не собирался сжигать дом Руфины — он почти сразу потушил огонь, потом же решительным шагом подошел к Руфине и, резко схватив ее за руку, перенес в другое место. Как? Руфина не могла сказать, но знала одно: здесь не использовали магию.

Весь этот шум не слышали в доме: Мирра и Гордон жили в противоположной его части, но когда утром, юная Мирра пришла звать свою госпожу к завтраку, то первое, что она почувствовала — запах гари. Она вбежала в гостиную, где еще вчера вечером Руфина читала роман, теперь книга валялась на полу, удивительно, но брошенная явно с немалой силой она раскрылась, и именно на том месте, где остановилась драконица. Пол в комнате был обуглен, кресло странным образом расколото надвое. Мирра невольно вскрикнула и побежала в спальню Руфины, где ее, конечно же, так же не оказалось.

Меж тем с улицы доносилась привычная песня.

Прекрасный миг, чудесный миг

Начала дня, мгновенье утра.

Уж солнца луч в покой проник,

Лица лучом коснулся будто.

О! Новый день уже возник.

Сегодня в Школе долины Времен Года был праздник: отмечали день основания школы, условный, конечно, точной даты никто не знал, вернее, почти никто из ныне живущих. Огромная Зала Приветствия была подготовлена к торжествам, праздничный ужин, само собой, разумеется, ожидал учителей и учеников в центральной трапезной, а здесь должны были развернуться театральные действа, для этого приготовили сцену, декорации, расставили стулья. По сценарию за первым спектаклем следовала речь Главы Долины и Школы — именно такой титул носил руководитель всего комплекса Долины Времен Года. Потом вновь продолжались выступления учеников, вслед за которыми шли танцы, до самого утра.

В семь вечера ученики вошли в Зал Приветствия, впереди шли самые маленькие, замыкали колонну самые старшие, причем здесь учеников построили по возрасту, поскольку в классах возрастных рамок просто не существовало. Потому в одном классе мог сидеть и маленький девятилетний мальчик и седовласый старик, так было пятнадцать (Д) лет назад, когда сюда поступил учиться Георгий Ти-Ирис.

Вообще Школа представляла собой обособленное от башен Долины сооружение, да, и не здание, как таковое: это была сеть подземных галерей. Собственно Долина — восемь башен различных искусств, здесь также могли проходить занятия, но за редким исключением. Итак, это были башни: искусства боевой магии, общения с животными, постижения законов Природы, управления движениями различных существ и предметов, изменения конфигураций, приготовления магических напитков, концентрации сил, и центральная, самая высокая, сочетающая в себе все направления, в сечении представляющая восьмигранник, что перекликалось с горой Паллиды, но при строительстве на это сходство не опирались. Башни имели в сечении три, четыре, пять и шесть граней, и, не смотря на свои меньшие размеры, также были выстроены из белого мрамора.

— Ты проиграл, Каверис! — говорила ученица четвертого класса Есения Карс речь знаменитой Тэстары.

Ученики третьего класса поставили отрывок из знаменитой пьесы Анжи Гринды "Смерть лианного короля", они умело сымпровизировали иллюзорными вспышками сцену битвы двух великих магов. Яромир, повзрослевший, сильно изменившийся, также участвовал в этом спектакле и играл одну из главных ролей, Кавериса. Он не просто прочувствовал эту роль, но буквально перешел в иную реальность, в душе представляя себя Каверисом. С ненавистью и неизмеримой злостью в глазах смотрел он на Есению и испепели бы ее, если бы в последний момент не взял себя в руки и вслед за пущенной огненной стрелой не создал ту шуточную вспышку, которую они накануне разучивали. Зрители решили, что все так и должно быть, но и Есения, и Анна, а в спектакле Берта, верная помощница Тэстары, едва нашли в себе силы доиграть последнюю сцену — огонь же успел потушить их помощник по освещению Милий.

— Яромир, ты, что, с ума сошел? — кричала Есения вслед Яромиру, который сразу после спектакля, сняв с себя мантию Кавериса, выбежал их гримерной и стремительно направился наверх. — Остановись, слышишь?!

Яромир развернулся и, продолжая подниматься, активно жестикулируя, уверял Есению в своей невиновности.

— Отстань от меня! Я же сказал, что не нарочно! Это вышло случайно! Случайно!

— Но я видела твой взгляд! Ты… ты просто дышал злобой и ненавистью!

— Я только прочувствовал роль.

— И забылся?

— Можешь называть это и так.

Яромир более не желал разговаривать с одноклассницей и, развернувшись, побежал наверх, перепрыгивая через одну, две, а то три ступени. Есения хотела, было, догнать, его, но передумала и, постояв немного на лестнице, вернулась в Зал Приветствия.

Яромир поступил в Школу, когда ему исполнилось четырнадцать лет, а он учился еще только в третьем классе. Многие, с кем он начинал, были уже в пятом, шестом, а некоторые даже в седьмом классе. Но он, талантливейший ученик, только в третьем, и второй год. Почему? Яромир страшно обижался на учителей, в особенности на Главу Долины и Школы дракона Астэлиаса Дэ" Найялу. Еще в первом классе, в свой первый сезон пребывания здесь, когда шло распределение учеников по руководителям, Яромир мечтал видеть своим наставником именно его — Астэлиас прочитал эту, пусть и невысказанную просьбу и… отказал, не удовлетворив также и просьбы князя Андрея Дэ" Эстена Бероева стать руководителем юного эльфа. Яромир стал учеником рядового учителя из башни общения с животными. Да, Яромир, действительно, не умел говорить ни с одним из животных, но посредством приложения титанических усилий, он освоил это искусство за три сезона, оставшиеся два (а учебный год опирался на год драконов) он помогал учителю, остальным ученикам, но после того броска по сути ничего не делал. Эльф страшно злился, но таково было решение Дэ" Найялы, который, приняв экзамен у мальчика, поставил ему "отлично" и вновь отправил к его учителю, в первый класс. К счастью, на третий год его там не оставили, иначе Яромир бы просто не выдержал такого отношения, непонятно чем, на его взгляд, продиктованного. Однако учителя ему так и не сменили, хотя он просил, также безмолвно, ибо знал, что глава Долины и Школы, будучи драконом, без труда читает его мысли. Также просил об этом и князь Бероева, но если ему Дэ" Найяла аргументировал свой отказ, списывая все на молодость и неопытность Андрея, да еще при условии такого неординарного случая, то мальчику он ничего не пояснял.

Во втором классе Яромира продержали также два года, то есть десять сезонов, но ведь он одолел все необходимые препятствия и раньше других приготовился сдавать экзамены по искусству изменения конфигураций, но Дэ" Найяла отказался принять его и вызвал на экзамен лишь в седьмом сезоне, а не в четвертом, и в создавшийся промежуток ему неоднократно давали понять, что он не должен знать выше такой-то планки. Ему не давали развиваться! Именно в этот сезон он вернулся к тому, кого испугался поначалу, вновь, как в первый год обучения, проигнорировал просьбу Антонио приехать на каникулы. Укрепило его решение и то, что Дэ" Найяла не засчитал ему экзамен, хотя ученик успешно справился со всеми заданиями.

— Искусство изменения конфигураций подразумевает не только внешние преображения, но и внутренние. Ты постиг первое, Яромир, я дал тебе достаточно времени для постижения второго, но ты не воспользовался им. Мне очень жаль, я надеялся, что ты поймешь это.

И через три сезона он поставил ему всего лишь "удовлетворительно". Яромир негодовал, вновь он хотел бросить школу, но его учитель настоял на обратном, объяснив точно и подробно: как пройти в запретные отделы библиотеки, башни постижения законов Природы. Астэлиас пристально наблюдал за ним и вот однажды вызвал к себе.

— Ты хочешь что-нибудь рассказать мне, Яромир?

— Что именно, господин?

— Что именно? Как ты думаешь, зачем я вызвал тебя?

— Я не знаю, господин.

— Не знаешь! — Астэлиас пронзительно посмотрел на юношу, но тот, действительно, не думал о плохом, из чего следовало, что удерживать свои мысли от проникновения он научился превосходно.

— Хорошо. До меня дошли сведения, что ты был вчера в запретном отделе библиотеки. Что ты на это скажешь?