Чтение онлайн

– Винченсо! – я шёл по коридорам, пугая своей гремящей и звякающей кандалами процессией всех слуг, поскольку мы шли по их крылу.

– Да, мой юный господин! – из кухни показалось довольное лицо управляющего, которое при виде шести ободранных, вонючих людей стало резко киснуть.

– Заселить по половой принадлежности, расковать, отмыть, одеть, – приказал я.

– А? Что? – он недоумённо смотрел то на четырёхлетку, стоящего перед ним, то на группу рабов позади.

– Винченсо, тебя тоже приказать выпороть?! – взбеленился я. – Приказов не понимаешь?!

Слово «порка» было хорошо услышано.

– Я всё понял, юный господин, – он тут же низко мне поклонился, – а что значит первое ваше распоряжение?

– Девочку поселить отдельно от мальчиков, дурак, – остывая, показал я пальцем на гречанку.

– Всё будет сделано, – он тут же сунулся в комнату для прислуги и уже там раздал приказы.

– Приставь охрану, – напоследок бросил я, – нужно матушке сказать, что я вернулся.

Он поклонился, начав гонять слуг, чтобы те пошевеливались и повели рабов куда-то в глубь крыла дворца.

***

– Дорогой! – графиня, увидев меня, бросилась навстречу. Я, снова начав рыдать, упал в её объятья. Детский организм заново переживал недавнее унижение, которое я почувствовал на рынке, когда просил занять денег у враждующего рода своей семьи.

– Что случилось, мой ангел? Кто тебя обидел? – обеспокоенно заворковала она, пытаясь меня успокоить.

– Мне не хватило на покупку рабов мама, – я отстранился, – мне! Дандоло!

– Мы сейчас это исправим, дорогой, не расстраивайся, – она гладила меня по голове, – сейчас поручу слугам, они выкупят твоих рабов.

– Не нужно, мне пришлось попросить в долг, – успокоившись, я сполз с её рук, – сегодня на моём дне рождения будет ещё господин Франческо Бадоэр, распорядись, пожалуйста, чтобы ему выделили место.

У графини глаза полезли на лоб, точно так же, как до этого у дяди Андреа.

– Но… но… дорогой, я понимаю, ты ещё слишком мал, но, видишь ли, наши семьи сейчас находятся в кровной вражде.

– Я это знаю, мама, теперь представь каково было мне просить у него!

Женщина покачала головой.

– Не знаю, нужно поговорить об этом с твоим отцом, я не могу принять одна такое решение.

– Хорошо, если господина Бадоэра не пустят к нам в дом, я отправлюсь праздновать свой день рождения в ближайшую таверну, – я насупился и упёрся ногой в пол, так, как всегда делал, когда настаивал на своём.

– Пошли, расскажешь мне по дороге, – она подхватила меня за руку, направляясь к кабинету отца.

Тот, готовясь к дальней дороге, поскольку ему завтра нужно было отбывать в Константинополь, внимательно выслушал меня и задумался.

– За то, что ты без моего разрешения пригласил в дом врага, получишь пять плетей.

– Энтони! – тут же мама закрыла меня собой. – Не вздумай!

Тот не обратил на её потуги ни малейшего внимания.

– Завтра утром, перед отъездом, я сам тебя накажу.

– А вот за твоё поведение, достойное нашего дома, я выделю тебе доход в размере ста шиллингов в месяц, чтобы ты ни в чём не испытывал нужды.

– Этого ни на что не хватит! – вслух произнёс я, заставив обоих родителей переглянуться.

– А позвольте узнать ваши планы, юный отпрыск? – старик с улыбкой на меня посмотрел.

– Я хочу выучить латынь, греческий, русский, арабский, нормандский, китайский, а также начать заниматься с воинами! Мне пора учиться себя защищать!

Соляные столбы, в которые на мгновение превратились родители, меня изрядно позабавили, но мама нарушила всё очарование, бросившись обнимать и целовать.

– Ты для этого купил столько рабов? – поинтересовался отец, вспомнив из моего рассказа, что я выбрал весьма разношёрстную команду.

– Да, каждый знает один-два языка, есть два воина, которые неплохо себя показали в тренировочном поединке, – закивал я, – если не верите, спросите дядю!

– Обязательно это сделаем, но только после ужина, нам скоро нужно идти встречать гостей, ты пока переоденься в запасной костюм.

– Хорошо, отец, – я низко поклонился обоим и пошёл к себе, краем глаза ухватив влюблённый взгляд матушки и задумчивый отца.

***

Гости и правда вскоре стали подъезжать, кто на лодках, а кто и на портшезах, благо летняя августовская ночь была тиха и прохладна. Я видел в окно, как матушка с отцом принимали гостей, встречая всех у пристани дворца, и когда время подходило к семи, сам бросился вниз, чтобы с приглашённым мной гостем не случилось проблем. Стараясь не мешать родителям, я остался позади них в саду, высматривая знакомый герб посреди множества прибывающих средств передвижения.

«А вот и он», – завидел я пышную лодку со знакомым львом и бросился к отцу, чтобы показать на нового гостя.

Увидев меня, тот сначала насупился, но быстро пришёл в себя, беря за руку и подходя к пристани, на которую сначала высадилось около десятка пышно одетых вооружённых людей с гербами рода Бадоэр, и только потом появился мой знакомый, сопровождаемый девушкой лет двенадцати. Её лицо укрывала тонкая вуаль, но, видимо, отец и мама знали её, поскольку удивлённо посмотрели на эту пару.

– Господин Франческо, – я склонился чуть ниже, – позвольте поблагодарить вас за принятое приглашение и представить родителям.

Толстячок, которого тут же окружила его свита, ехидно улыбнулся, видя, как багровеет лицо отца при моих словах.

– Не беспокойся, Витале, мы с твоим отцом отлично друг друга знаем, но вот с прекрасной хозяйкой дома я не был лично знаком, до сегодняшнего дня. Сеньора, это честь для меня.

– Тогда позвольте представить, графиня Контесса Минотто, лучшая мама на свете, – я немного отступил от точного соблюдения этикета, но в конце концов должно же быть что-то детское в моих поступках, и так за сегодня превысил все лимиты «взрослости» для четырёхлетнего ребёнка.

Мама чуть покраснела от такого представления, но тем не менее сделала неглубокий реверанс в знак уважения.

– Я попрошу Джованни проводить вас в дом, – отец склонил голову, показывая Франческо, что его внимания ждут и другие, на что тот, конечно же, согласился.

– Позвольте вас проводить, – я остановился рядом с толстячком и девушкой, которая заинтересованно рассматривала меня через свою накидку. Но поскольку он решил не представлять нас друг другу, я сделал вид, что её нет рядом, чем заработал недовольное «пф-ф» из её уст.