Чтение онлайн

– Говорит «Золотая слеза», капитан Виргиния Ханниривер. Мы извиняемся за то, что вторглись в ваш сектор – мы не знали, что он ваш. Мы присутствовали здесь с научно-исследовательскими целями. Мы не несём вам угрозы и немедленно покинем ваш сектор.

Центаврианин посмотрел на неё крайне подозрительно.

– Вы высаживались на планету, капитан… э… Вы что-то вывезли с неё? Что-то или кого-то? Имейте в виду, это преступление по законам Республики Центавр, если вы взяли на борт кого-то из этих кровожадных, опасных существ – вы будете отвечать перед нашим законом! Мы обязаны осмотреть ваш корабль и подвергнуть вас аресту до выяснения обстоятельств!

– В этом нет нужды, капитан Фаллоцци… Простите, Флавоцци. Мы гарантируем вам, что никого не брали на борт. Мы изучали этих существ в естественных условиях. Вы можете просканировать наш корабль и убедиться, что на борту нет существ этого биологического вида.

Виргиния была уверена, что это хороший ход – едва ли сканерам центаврианского корабля по зубам это чудо техники. Они б не смогли его просканировать – система автоматически отбрила бы их на подходе, и будь у них на борту хоть сотня накалинов, хоть две сотни ворлонцев – они б ничего не узнали. Но признать они это попросту не решатся – как же, признать превосходство потенциального противника! И она не ошиблась.

– А… Зачем вам их изучать? – упоминание о сканировании капитан словно мимо ушей пропустил, - и что значит – вы не знали, что это наш сектор? Все это знают! Ваш корабль… Нам никогда не встречался такой. Откуда вы?

Виргиния внутренне ликовала.

– Мы очень издалека, капитан Флавоцци. Ваши корабли никогда не бывали в нашем секторе, и вы не выходили с нами на контакт. Наш мир велик и могущественен, но мы мирно настроены, и не собираемся причинять вам вред. Наша миссия здесь уже закончена, и мы готовы к возвращению в свой мир.

Что-что, а «велик и могущественен» он услышит и интерпретирует правильно. Предположит, что незнакомцы, поведи он себя как-то не так, запросто способны его уничтожить, а если из миролюбия этого пока не делают – так то его счастье. Может, конечно, вызвать подмогу, пока затягивая время разговором… Но скорее всего – начнёт заискивать, пытаясь установить для Центавра новый полезный контакт.

– А… откуда тогда вы знаете язык?

– Мы слышали, что этот язык наиболее употребим в этих секторах космоса, и сочли нормой вежливости общаться на нём.

– А почему вы так похожи на землян? Или… - на заднем фоне промелькнул Аминтанир, и центаврианин, видимо, теперь пытался определить его вид.

– Мы сочли неудобным смущать вас своим истинным обликом, и приняли вид, более привычный для вас. Мы слышали, что самые красивые женщины – жительницы Земли, а самые красивые мужчины – жители Лорки.

– Вас ввели в заблуждение, - самодовольно хмыкнул капитан Флавоцци, - самые красивые и женщины, и мужчины – на Центавре!

– Благодарю вас, мы учтём это на будущее, капитан Флавоцци.

Про центаврианскую одежду он спрашивать уже не стал – то ли не обратил внимания, то ли сам решил, что это тоже из соображения мимикрии.

– Мы были бы счастливы… э… капитан… Ханниривер, - видимо, где-то параллельно центаврианин нажал повтор записи, ибо сам вспомнить сложное имя не мог,- если б вы нанесли визит в наш мир, мы почли бы за огромную честь…

– Не сомневаюсь, капитан Флавоцци, но я не обладаю такими полномочиями. Мы всего лишь скромный исследовательский корабль… Но я непременно передам ваше пожелание своему руководству.

– Что ж, не смею более вас задерживать…

«Конечно не смеешь. Потому что если «скромный исследовательский корабль» произвёл на тебя такое впечатление, то встретить наши истребители или тяжёлые крейсеры ты б точно не хотел. Но как только мы благополучно отчалим, сразу, конечно, наведёшь здесь панику…».

Выход в гиперпространство был открыт. Виргиния подумала было, для демонстрации мощи, воспользоваться квантовым переходом, но в этой технологии не разобралась и совершенно не была уверена в удаче подобного эксперимента.

– Просто чудо, что нам удалось уйти… Виргинне! Ты в последний момент не подтвердила координаты! Мы снова летим куда-то не туда?

– У меня нет уверенности, что он не попытается проследить за нами. Он глуп как пробка и хоть не храбр, зато самолюбив невероятно. Так вот, если мы выведем его сейчас к Минбару или Земле, это будет совсем лишним. Пусть дальше думает, что встретил в космосе нечто неведомое. А мы собьём «хвост» и вернёмся к прежнему маршруту.

Андрес вошёл в кают-компанию как раз в тот момент, когда Алан терпеливо буравил кофейный автомат взглядом, всё ещё не теряя надежды добиться от него стакана кофе.

– Ты чего такой грустный, бестерёнок? Случилось что-то? О чём думаешь?

Алан поднял глаза. «О чём думаешь» - лучший вопрос, который может задать телепат телепату. Приглашение к откровенности.

– Как много сложного… во всём этом… Как мало я понимаю…

– Отойди. Ты и не обязан понимать. Я как раз вот и иду поковыряться в этом горе-автомате, он со вчерашнего дня барахлит что-то. Талес предположил, на свалку просится, но посмотрим…

Андрес раскрыл принесённый с собой сундучок с инструментами, отсоединил автомат от сети питания, отвинтил переднюю панель.

– Мда…

– Андрес! Ты умеешь их чинить?

– Я не только ломать умею… Хотя, разумеется, мёртвых воскрешать и я не умею, так что чуда с этим автоматом не обещаю.

– Вообще-то, думал я вовсе не об этом автомате.

– Я понял, не идиот. Подай кусачки, будь добр, - голос Андреса из недр аппарата звучал немного глухо.

– Я думаю, как мало я понимаю в людях. Андо…

– Не волнуйся, Андо при первой встрече ошеломил всех. Это не один ты такой непонятливый.

– Офелия… Когда она ещё общалась с нами… Совсем немного… Мы знали, что ей было очень тяжело. Она говорила, что все ненавидят её из-за отца, что ей очень трудно жить теперь среди людей… Но Андо… Я не понимаю, как так, но он совсем не ненавидит, ни меня, ни её, хотя кому больше, чем ему…

– У тебя что, в самом деле комплекс проклятости? – Андрес вытащил из автомата всклокоченную, перемазанную чем-то вроде мазута голову, в руке сжимая какую-то деталь, - за что ему тебя ненавидеть? Ну, или мне, или кому-то? Ты что, кому что-то сделал, ты кого-то пытал, убивал, зомбировал? В том, кто тебя сделал, ты не виноват, отцовскими идеями тоже некогда было проникнуться, к тому времени, как Корпус загнулся, ты ещё в пелёнки гадил…

Алан, насупившись, прожигал взглядом пол.

– Как-то обычно… у детей врагов дружбы не получается… Ладно бы, ну просто не ненавидел, просто совсем не имел интереса, но он здесь, он говорил, что Офелия с ним… Он говорил со мной вчера, расспрашивал о моей жизни, о моей матери, обещал, что… Что я совсем скоро встречусь с ними вновь, что всё будет хорошо, семья будет вместе… Что мы – одна семья… Откуда в нём это – столько…