Чтение онлайн

– Ну, это да, - Винтари нехотя убрал кинжал, мрачно поглядывая на сосуд в руках Дэвида, - парень, может, и не хотел, да проболтался…

– Хотя бы за это нам стоит его пощадить.

– И что вы собираетесь с ним делать? Ну, отдать на изучение – это понятно… А дальше?

Дэвид водрузил сосуд обратно в нишу.

– Есть мнение, что нет такой тьмы, в которой не было б хоть капли света. Ведь и Тени не всегда были такими, какими мы их узнали. Но они выбрали свой путь и менялись в угоду этому пути. Возможно, его изменение не окончательно.

– Перевоспитать зло? Дэвид, простите… не слишком ли это наивно?

– В любом случае, сейчас нам следует сообщить старшим, и уже вместе мы примем решение.

Немного неловко и даже стыдно было разбивать хрустальную строгую тишину лаборатории своими шагами, своими голосами. Но ничего не поделаешь – необходимо… Они здесь по делу. По очень важному вопросу.

– Выяснили что-нибудь? Вы знаете, что он такое?

Это выражение в глазах учёных и жрецов-телепатов иначе, чем отвращением, сложно было назвать. Видно было, они едва сдерживали это отвращение, прикасаясь к Стражу.

– Если б это делалось так быстро, юноша. О физиологии дракхов мы знаем мало, большинство трупов, доставшихся нам во времена войны, были сильно обезображены, в некоторых случаях уже и анатомировать было нечего… В их тела были вмонтированы устройства, в момент смерти выпускающие кислоту, разъедающую тело. Надо думать, специально, чтоб мы не узнали больше. Поэтому всё, что мы смогли выяснить – дракхи действительно родственны Теням физиологически, генетически… вероятно, изменены ими, как и сказало… это существо. Как и Тени, они способны становиться невидимыми – природу этой невидимости мы ещё не разгадали, предположительно – их природа отчасти волновая, и они способны сами менять спектр. По-видимому, у них эта способность выражена хуже, чем у Теней, они всё же сохранили отчасти свои плотные физические тела, после смерти они способность к невидимости теряют. Возможно, там, где стоит невидимый дракх, можно всё же заметить смутную колышущуюся тень. И возможно, если суметь убить его в этом его состоянии – он проявится… Это пока непроверенные домыслы, больше со слов – агентурной разведки на Центавре и показаний… этого существа. Стражи – это одно из их названий – как ни странно, больше несут от Теней, чем сами дракхи, но их инвиз так же несовершенен. В минуты сильного страха или угрозы жизни они становятся видимы. Что и произошло в момент приближения девочек.

– Я видел его и до этого, правда, смутно, - пожал плечами Винтари.

Пожилой минбарец потёр подбородок, рассеянно побарабанил пальцами по крышке резервуара, где лениво шевелил щупальцами Страж.

– Возможно, это была большая удача. Возможно, вы обладаете редким даром различать в тенях их истинную природу. А возможно, из-за ослабленности Страж не мог держать полный инвиз.

– Ну да, пролежать в сосуде больше шестнадцати лет – не шутка… Они что же, не едят, не пьют?

– Пока неизвестно, сканирование не обнаружило никакого подобия пищеварительной системы. По сути, большей частью они состоят из нервной системы… Они являются, по природе и происхождению… Своего рода съёмными деталями организма дракхов, отпочковываются от них – это одно из изменений, внесённых Тенями. Что-то смутно подобное наблюдалось у некоторых рас во времена радиационных катастроф, когда возрастало количество рождений недоразделившихся близнецов… Полноценным в паре получался только один, второй оставался в его теле чем-то средним между паразитом и раковой опухолью – часто у них были единая кровеносная и пищеварительная системы, и лишь частично раздельная – нервная. Их собственный недоразвитый мозг мог ловить импульсы мозга брата. Иногда вплоть до чтения мыслей. Аналогично, и более развитая особь чувствовала тело менее развитой и даже слышала её мысли. В некоторых исключительных случаях паразиты могли сами отделяться от тела носителя – ненадолго, к самостоятельному существованию они были практически неспособны. Понятно, лишь в том случае, если они имели раздельный кожный покров и… В общем, я могу поднять для вас файлы, если хотите. Здесь несколько другое, искусственное и более управляемое. Один дракх может в среднем продуцировать трёх Стражей, был случай, когда Стражей было пять, но, по-видимому, это слишком большая нагрузка для организма-родителя. Число таких соединений-разделений может быть бесконечным, а вот присоединить чужого Стража, порождённого другим дракхом – сложнее… Стражи одного дракха, «братья», способны чувствовать друг друга на сравнительно большем расстоянии, чем «неродственных» Стражей. Долгое время паразитировавший на жертве Страж может вернуться в тело дракха, и тогда дракх может считать с него всю полученную информацию, но это не то чтоб телепатия, это переписывание памяти. Да, очевидно, они способны впадать в стазис надолго. Но возможно, дракх, пославший этого конкретного Стража, всё же переоценил их способности. До сих пор никогда им не приходилось ждать так долго – во всяком случае, этот конкретный Страж ничего такого не знает. Но торопиться, подключаясь к ребёнку, они боялись – ребёнок не мог бы достойно выполнить их план…Страж получил лишь общие инструкции, согласно которым Дэвид должен был похитить что-нибудь из новейших разработок военной техники Альянса, а затем встретиться с дракхами для дальнейших указаний. Увы, мыслесканированием мы не можем выудить всего. Их сознание достаточно примитивно, аналоги серых полушарий занимают в их мозге меньшую часть, и они сами понимают не всё из того, что слышали… Мы могли бы считать записанное в его памяти насильно, но это может убить его. И не то чтоб мне так уж претила эта мысль, но нарушить запрет сына президента и Дэленн мы не можем.

– Нам пригодилась бы вся возможная информация, конечно…

Учёный поколебался, прежде чем произнести:

– Он говорил телепатам, что мог бы отдать свою память – во всяком случае, попытаться, до сих пор он делал это только со своим дракхом… Но для этого необходимо присоединение.

– Ни за что!

– Мы того же мнения. В конце концов, мы и так узнали немало…

Телепат-минбарец подошёл ближе к резервуару.

– Он говорит, что не сделает ничего плохого. Только передаст информацию, которую более развитый мозг сможет осмыслить. Он говорит, для нашего спокойствия мы можем собрать при этом сколько угодно телепатов, хотя и одного достаточно для того, чтоб заставить его отсоединиться или вовсе убить. Даже если б он попытался выполнить задание своего дракха, Дэвиду не вырваться из помещения, которое полно народу.

– Что?! Он ещё и Дэвида хочет? Больше ему точно ничего не надо?

– Он говорит, что хочет отдать Дэвиду информацию в благодарность за то, что защитил его от убиения. Он знает, умирать больно и страшно. Один из родственных ему Стражей умер, когда его носитель выпил яд, парализующий нервную систему. Он не знал, что бокал отравлен, и не успел отсоединиться. Дракхи с другими Стражами тоже опоздали, яд уже поразил обоих. Не то чтоб они имели привязанность, страх потери… но он ведь чувствовал его эмоции.

Дэвид приблизился к стеклу.

– Я обещаю, тебя не убьют. Ты не виноват в том, что тебя создали. В том, что научили только злу. Но нам нужно больше информации о том, что ты такое. Просто потому, что иначе ты можешь погибнуть просто потому, что мы не будем знать, как за тобой ухаживать. И нам нужно знать, как победить дракхов. Ты ведь знаешь, они принесли разрушение и смерть во многие миры – «Планетоубийцей», дракхианской чумой… А сейчас они держат в своих тисках Центавр, сделав его отверженным, изолированным миром. Ты, конечно, не можешь знать, что творится там сейчас… Но ты знаешь больше нашего о том, что творилось там тогда.

Телепат явно заколебался, прежде чем озвучить следующее.

– Он говорит: так никогда не делалось, но он попробует. Присоединяясь, он не станет подчинять себе нервную систему Дэвида, и будет отключаться сразу, как только ему прикажут.

– Разве к человеку он тоже может присоединяться бесконечное число раз?

– Он предполагает, что да, если не прорастать в чужую нервную систему, меняя её под себя – то отсоединение не будет болезненным.

– Он предполагает… А мы должны довериться его предположениям.

– Он говорит: так никогда не делалось, но он думает, у него получится. Стать Стражем в истинном смысле этого слова. Наверняка, говорит, когда дракхи поймут, что их план провалился, они попытаются ещё раз, и на сей раз будут осторожней и изворотливей. Пока он на Дэвиде, с ним не случится никакого зла. Пока он на Дэвиде, к нему не смогут подослать другого Стража, присоединения двух Стражей к одной жертве не случалось никогда, это считается невозможным. Кроме того, он почувствует приближение другого Стража или дракха. Пока он на Дэвиде, к нему не сможет, например, подобраться наёмный убийца ночью – ведь Стражи не спят.

Дэвид обернулся. Лица друзей яснее ясного говорили, как они ко всему этому относятся, без всякой телепатии можно было понять.

– Мы не слишком и рискуем, это ведь правда, вы рядом и вмешаетесь, если что-то пойдёт не так.

– Дэвид! Кроме всего прочего – скажите, как вас не коробит от самой мысли?

– Хорошо, исполнить первоначальный приказ у него, предположим, не получится… Но что ему мешает, например, убить вас при подключении? Отдаст вашей нервной системе приказ… Вот совершенно не факт, что мы успеем что-то сделать. Эй, жаба, что ты имеешь на это возразить?

– Он говорит, что хочет жить. А если он даже не умрёт тогда вместе с Дэвидом – вы ведь точно убьёте его.

– Звучит, конечно, резонно, своя шкура каждому ближе…

– Он говорит, раньше никто не видел ценности в его жизни.

– Я и сейчас не вижу.

– Поэтому он хочет быть полезен… полезен Дэвиду.

Дэвид, под пристальными и откровенно неодобрительными взглядами собравшихся, приоткрыл крышку резервуара и просунул руку. Страж прищурил жёлтый глаз под его прикосновением.